Роузуотер. Восстание - Томпсон Таде - Страница 69

– Нет, гибель вашего вида прискорбна, но это ничем не отличается от того, как вы сами убиваете коров и свиней, чтобы выжить. Многие из вас сожалеют о смерти животных, но если бы от этого зависела ваша судьба… – Алисса широко разводит руками, а потом роняет их.

– Есть другой выход. Аминат?

Аминат берет слово, пытаясь не думать о том, что будущее всего человечества зависит от того, что она сейчас скажет.

– Твой предшественник, Энтони, оставил предсмертное сообщение, но мы не сразу смогли его расшифровать. Обезьяны и деревянные статуэтки близнецов. В мифологии йоруба обезьяны напрямую связаны с происхождением близнецов, а деревянные статуэтки – сосуды для душ умерших близнецов, которые мать носит с собой и за которыми ухаживает, как будто ее дети до сих пор живы.

– Интересно. То есть на самом деле не слишком интересно, но какое отношение это имеет к моему виду?

– Реаниматы, – отвечает Аминат. – Они лишены душ, как деревянные статуэтки. Они безвольны настолько, что даже Кааро может ими управлять. Твои сородичи могут переместить свои сознания в них и жить здесь вместе с нами. А когда кто-то из нас будет умирать, вы сможете использовать его тело. Ваша культура, ваша цивилизация может начать новую главу своей истории, живя в гармонии с людьми.

– С каких это пор люди способны жить в гармонии хоть с кем-то? Даже с самими собой?

– С этого момента. Ты понимаешь, что это хорошая идея, – ты ведь все еще здесь. – Джек демонстрирует свою фирменную улыбку. Так странно видеть его в инвалидном кресле.

– Я должна проконсультироваться, – говорит Алисса.

– Я думала, у тебя есть полномочия, – удивляется Аминат.

– Говорить от имени Полыни – да, потому что мы едины, но не от имени всей популяции Дома. Вы просите меня изменить основополагающий план, принятый тысячелетия назад. Я должна проконсультироваться.

Сказав это, Алисса усаживается на пол в окружении складок платья и закрывает глаза.

– Сколько времени это займет? – спрашивает Джек у Кааро.

– Кто знает? Я есть хочу.

В комнате отдыха Кааро уничтожает башню из крекеров с молотыми орехами, потому что больше ничего нет. Его рубашка вся в крошках, а когда он говорит, изо рта летят кусочки печенья. Он неотесан, и Аминат любит его.

– А ты не можешь подслушать их разговор в ксеносфере? – спрашивает она.

– Я пытался. Меня вышвырнули.

Двое охранников проводят мимо окон заключенную. Феми Алаагомеджи. Она косится на Аминат и Кааро, но сразу же устремляет взгляд строго вперед.

– Ее ждет целая вечность в глубокой черной дыре, – говорит Кааро.

Аминат вскакивает, догоняет ее.

– Подождите.

– Ну что, рада? – спрашивает Феми. – Ты спасла свой городишко.

– Я рада, в каком-то смысле.

– Это потому, что ты простодушная. Впрочем, я взяла тебя на работу только из-за того, что было у тебя между ног.

Первое задание Аминат. Ее бывший муж.

– Я бы, может, и обиделась, да только это неправда.

– Ты должна была всего лишь исполнять мои приказы, Аминат. А теперь тебе досталась сомнительная честь быть женщиной, обрекшей человечество на гибель.

– А вам досталась сомнительная честь быть женщиной, которая права, но бессердечна.

– Милая, пора. Нас зовут, – вмешивается Кааро.

– Я навещу вас в тюрьме, – обещает Аминат.

– Это мы еще посмотрим, – говорит Феми. – Президент с Жаком договорятся. Через несколько дней меня выпустят. Я хочу, чтобы ты уделила время размышлениям о том, что я буду делать по ту сторону неизбежной границы, на чем я сосредоточусь.

Аминат хочет ее ударить, но вместо этого отворачивается и идет на совещание. Для Феми у нее будет время потом.

– Ваше предложение принято. Мы начнем переселение в реаниматов, как только это станет возможно. Я ожидаю, что подготовка жилья и удобств для моих сородичей начнется столь же быстро.

– Так и будет, – заверяет ее Джек. И протягивает Алиссе правую руку. – Добро пожаловать на Землю.

На выходе они сталкиваются с Тайво, который помнит Аминат как бывшую жену своего подельника, а Кааро – как полицейского под прикрытием. Она чувствует, как съеживается Кааро, и ненавязчиво встает между ними.

– Так-так. Жена-изменница и изменник, – говорит Тайво. – Как твой муж?

– Бывший муж. Понятия не имею, гниет где-нибудь, наверное, – отвечает Аминат.

– И теперь твой мужчина – вот он? Этот amebo?

Аминат приближается к гангстеру.

– Уходи, Тайво. Нам не нужны проблемы.

Тайво улыбается глазами и зубами – медленной улыбкой хищника.

– Интересно теперь будет жить в Роузуотере. Вот на меня, например, посмотри – свободный человек, герой войны, все грехи отпущены.

– Звучит как хорошо отрепетированная реплика, – замечает Аминат. – Сколько раз ты повторял этот кусок про героя войны?

Тайво склоняется к Аминат; он обращается к ней, но предназначает свои слова Кааро:

– В этом новом будущем мне нечего будет делать, кроме как разыскивать старых приятелей. Близятся веселые времена. Пошли, мальчики. Мне нужны дорогая шлюха, «виагра» и чуток кетамина.

– Мудаки прямо косяками идут, – говорит Аминат. Она кладет руку на плечо Кааро. – Я не позволю ему причинить тебе зло, любимый.

– Я устал от всего этого, Аминат, устал драться. Тайво один раз уже чуть меня не убил. Его за решетку посадить нужно, а не прославлять.

Аминат смотрит ему в глаза.

– Я не позволю ему причинить тебе зло.

У нее звонит телефон. Это Лора.

– Он хочет с вами поговорить. – Она переключает звонок на Жака.

– Куда ты идешь?

Аминат пожимает плечами, хоть и знает, что Жак ее не видит.

– Домой, с одним мужчиной и его собакой.

– Тебе работа нужна?

– Простите, что?

– У меня только что были телефонные переговоры с президентом. Нас рассудила… заинтересованная третья сторона. Так вот, нам предоставили статус города-государства – в принципе, хотя ряд существенных вопросов еще нужно проработать. Мне нужен тот, кто возглавит службу безопасности, Аминат.

– А с чего вы взяли, что я достаточно квалифицирована, чтобы ее возглавить?

– Если уж я могу выполнять работу, для которой недостаточно квалифицирован, то почему ты не можешь? К тому же я видел тебя в деле. Мне нужна именно ты.

Аминат бросает взгляд на Кааро.

– Мне нужно подумать.

– Думай сколько хочешь. Шучу. У тебя есть двадцать четыре часа.

С этими словами он отключается. Аминат хочет рассказать все Кааро, но замечает, что его глаза остекленели. Она прослеживает его взгляд и видит Ойин Да, Велосипедистку – мыслительницу, анархистку, путешественницу во времени и бывший предмет обожания Кааро. Где она – там всегда неприятности.

– Какого хуя тебе тут надо? – выплевывает Аминат.

– Я хочу поговорить с Кааро, – отвечает Ойин Да.

– Не получится, – отрезает Аминат. – Мы многое пережили, и он хочет домой. Он буквально только что мне это сказал.

Ойин Да кивает – дважды – и, кажется, хочет что-то сказать, но потом отворачивается, чтобы уйти.

– Не дай Феми умереть в заключении, Аминат. Иначе всем придется плохо.

Она как будто проходит сквозь завесу воздуха: вот она была, а вот ее нет.

Аминат передает информацию Лоре, а потом отводит Кааро домой, где берет на себя непривычную роль заботливой домохозяйки, чтобы вытащить его из бездны уныния.

И даже кормит цербера.

Интерлюдия

2067

Эрик

Я не могу уйти тем же путем, которым пришел – на юго-востоке шумное празднование и безумные толпы, – поэтому поворачиваю севернее, надеясь пробраться через руины того, что было деловым районом, подняться на холмы, а когда миную комплекс по переработке отходов – связаться с О45. Бомбардировка здесь была неравномерной: некоторые небоскребы снесены до основания, а некоторые чудом остались нетронутыми. Я иду по бетонным каньонам, вымощенным битым стеклом, сжимая щупальце Нуру, как оружие. Иногда присоски прилипают к моему предплечью, но кончик всегда смотрит вперед. Я чувствую внутри щупальца пульсацию, словно оно отрастило себе сердце. По пути меня преследуют фантомы – это обитатели руин, напуганные моей уверенностью, разбегаются, как тараканы. Кто-то стреляет в меня из укрытия, но графен поглощает удар. Я даже не заморачиваюсь тем, чтобы догнать стрелка.