Ласточка в Академии Штормового ветра (СИ) - Марлин Юлия - Страница 24

— Свалился на мою голову, — продолжал бубнить герцог. — И начались неприятности. А еще велели жить в одной комнате. Да я лучше брошусь в ледяные волны, чем еще один день проведу с тобой в Академии.

Я скрипнула зубами.

Послали же духи сокурсника. А еще, называется, аристократ.

— Сначала унизил в главном холле, теперь обжёг непонятной магией. — Его голова безвольно свесилась, ноги споткнулись одна об другую. — Решил меня уничтожить, Эдвард? Да? В наказание за грехи рода Винсанов?

Я закатила глаза.

— Прекрати нести чепуху. — И свернула к мраморной лестнице с узорными перилами. — Бубнишь, как старая бабка. Как только Оракул определил тебя на факультет защитной магии?

— Я сам удивился, — признался Ишен. Потом вспомнил, что мы не друзья и прошипел: — Не твоё дело. Веди в лазарет и не задавай глупых вопросов.

Хмыкнув, помогла мерзавцу спуститься на первый этаж и через пять минут вошла в лазарет.

Внутри было светло, пахло целебными зельями. Стены, отделанные светлым материалом, излучали природное сияние. Полы были сработаны из темной древесины, покрывала на койках и рабочие стеллажи оказалась пастельных тонов. На окнах я заметила шторы мягкого ванильного оттенка, правда, все были плотно задернуты.

— Доктор Мальер? — Крикнула, оглядываясь по сторонам.

Именно эту фамилию упоминал магистр. Надеюсь, не ошиблась.

Из смежного помещения повеяло теплом, и к нам вышел высокий незнакомец. Лампы лазарета давали достаточно света, чтобы я смогла разглядеть: передо мной довольно молодой мужчина, лет тридцати. У него было открытое лицо, прямые светлые брови, аристократический нос с едва заметной горбинкой, высокие, четко обрисованные скулы. В блеске огней глаза казались цвета темного шоколада: пронзительные, бездонные и невероятно притягательные. А волосы, зачёсанные назад, снежным серебром лежали на широких плечах.

Фигура подтянутая, под льняной белоснежной рубахой перекатывались тугие мускулы. Ноги обвивали темные брюки, заправленные в сапоги. На руках светлели медицинские перчатки, которые он только что надел.

Встретив мой взгляд, доктор чуть заметно сузил глаза и их цвет изменился.

Я отчётливо заметила, как в насыщенной глубине блеснули таинственные янтарные сполохи. Такие оттенки несвойственны народу людей, а вот живым воплощениям бескрайних выжженных пустынь...

Вдоль позвоночника скатился холодок.

В мужчине передо мной совершенно точно текла кровь демонов Арруана. Но, если так, почему он здесь — в глуши, на захудалой должности? Когда мог бы жить в столице и работать в лучшем имперском госпитале?

Несколько мучительно тяжелых секунд доктор изучал мое лицо и фигуру и, наконец, удостоил взглядом Винсана.

— Укладывай сюда, — указал на крайнюю свободную койку.

К этому моменту герцогу совсем стало дурно. Тихо постанывая, он висел на мне мешком с картошкой. С трудом доволокла здорового парня до кровати и опрокинула на простыню.

Глаза Ишена закатились; от обожженной руки исходили зловоние и пар.

— Что произошло? — Мужчина поднёс его покалеченную конечность к глазам. — Это ты его «обжёг»?

Глаза с янтарными всполохами заковали в свой цепкий капкан.

Я растерялась. Если отвечу «да», он обо всем доложит ректору и меня в два счёта выставят из заведения. А солгать не позволяли аристократическая совесть и привитое Пансионом чувство ответственности.

Глухо сглотнула.

Доктор дернул уголком рта, поманил.

— Подойди.

Наверное, со стороны это выглядело смешно — здоровые плечистый студент робеет перед мужчиной, чуть старше себя. Вот только едва я заглянула в янтарные глаза незнакомца с волосами цвета снега — темная магия в груди подозрительно зашевелилась.

— Как тебя зовут?

— Анже… двард, — промямлила, борясь с магическим жаром под сердцем. Ой, как не вовремя.

Доктор изогнул красивую бровь:

— Анжедвард?

— Эдвард, — поправилась, непроизвольно краснея. Благо, под иллюзией этого незаметно.

— Так, Эдвард. — Мужчина распрямился. — Поможешь мне.

— Я? — Взвизгнула так, что на полках подпрыгнули склянки с настойками. И замотала головой: — Я с детства боюсь крови. Совсем ее не переношу. Как увижу, сразу падаю в обморок. Может, кого другого позовёте?

Выдала на одном дыхании и прикусила язык.

Что я несу! И что обо мне подумает доктор? Румянец стал ярче, и, кажется, проступил сквозь обманные чары.

К счастью, доктор переключил внимание на больного.

— Принеси бутылочку, подписанную «Морской корень». Она на третьей полке справа. Синего цвета. Быстрее.

Я попятилась, оббегая глазами красные, зеленые, желтые и фиолетовые склянки. Зацепилась за нужную, схватила и принесла. Доктор успел обработать руку Винсана дезинфицирующим раствором, затем взял «Морской корень», откупорил и капнул три капли себе на ладонь.

Синеватая жидкость взвилась огненными языками, после чего мужчина поднёс ладонь к губам, что-то шепнул и обтёр жидкостью обожженную кисть герцога. Прямо на глазах искалеченная кожа начала розоветь. Волдыри уменьшились, а язвочки затянулись.

— Бинты, Эдвард. Они на тумбе.

Пока доктор мастерски исцелял обугленную магией конечность, я не двигалась. Почти не дышала, чувствуя первобытный страх перед тем, кто намного могущественнее меня. А еще пыталась осмыслить факт, что вижу самого настоящего демона. Ну, или полудемона.

Сотворить целебную настойку — дело непростое, но вполне по силам многим человеческим магам. И совсем иное дело — «принудить» духов стихий, трав, корней, металла делиться своей благодатью ради исцеления. На это способны только очень сильные маги-целители, или те, в ком течет огненная демоническая кровь. Как, например, господин Мальер.

— Эдвард, бинты, — сурово оборвали мои мысли.

Я кинулась к тумбам.

Через пару минут рука герцога утонула в марлевой белизне.

Доктор занёс над его лбом ладонь, прикрыл глаза и что-то шепнул. Дыхание Винсана стало глубже, напряженные веки расслабились, а стоны прекратились.

— Ожог очень серьёзный, — мужчина выпрямился, в два шага подошёл к полкам и вернул «корень» на место. — Оставлю его до утра.

Я покосилась на бледное, умиротворенное лицо гада. Распоряжение магистра Балина исполнено. Довела, сдала доктору и даже чуточку помогла. Пора бежать.

Рядом с доктором мне отчего-то было очень неуютно.

Под кожей бесилась темная магия Унсурэ. Рвалась наружу, опаляла лицо, губы, сердце. Кроме того, под пристальным взглядом янтарных глаз я чувствовала себя совершенно раздетой. Неприятно и пугающе. Особенно, если есть, что скрывать.

Доктор стоял ко мне спиной и вроде даже не замечал. Я потянула дверную ручку, но в этот момент в тишине прозвучал интригующий мужской баритон:

— Не торопись.

Меня опять «сцапали» невозможными янтарными глазами.

— У меня к тебе разговор.

Внутренне напряглась.

— Слушаю, доктор.

Мальер вернулся за рабочий стол, откинулся на спинку и сцепил руки замком. Янтарный взгляд всё так же пленял жаром и внимательностью, от какой невозможно убежать.

— Почему ты ударил сокурсника магией. Он угрожал тебе? Напал?

Будь она неладна, демоническая проницательность.

Если так пойдет и дальше, доктор легко меня разоблачит. Вот не зря чувствовала, что надо бежать. С демонами шутки плохи. Сильные маги, свирепые воины, опасные и непредсказуемые мужчины — вот как их описывали воспитательницы Пансиона. От таких надо держаться на расстоянии.

— Нет, — выдавила глухо.

— Заклятие защиты высшего уровня не срабатывает просто так. Винсан тебя обидел?

— Что вы. Мы поспорили, не рассчитали сил. Всё вышло случайно.

Глаза демона стали ярче, опасней.

— Я тебе не враг. Скажи правду.

Но и не друг, подумала зло.

— Не верите? Спросите герцога, когда очнётся.

Я перевела глаза к аристократику. Внутренняя интуиция нашептала: он тоже не захочет выносить сор из избы и отговорится обычным недоразумением.