Калейдоскоп. Многомирье (СИ) - Мерхина Анна - Страница 49

Зоя буквально ощущала подавленное состояние Элли. Она понимала ее чувства. Сама испытала нечто похоже, когда узнала о смерти Нобуо. Ей тоже было тяжело, а еще стыдно, что она ничего не могла для него сделать. И Зоя хотела бы помочь этой странной, временами пугающей, но очень честной и смелой девушке. Однако Зоя слишком боялась, что Элли начнет спорить и ругаться. А она, Зоя, этого ничем не заслужила.

Девушки шли и шли, а тоннель никак не кончался. Посветив фонариком на стены, Зоя поняла, что тоннель имел округлую форму и высокие потолки. Здесь вполне могла проехать машина. Судя по кабелям, здесь имелось и освещение, вот только включать его сейчас опасно.

— Мне кажется, или тоннель постепенно поднимается? — нарушила тишину Элли. Зоя вздрогнула — она не ожидала, что исследовательница начнет разговор — и кивнула.

— Значит, мы скоро выйдем на поверхность.

— Наверное. Как думаешь, где мы окажемся?

— Не знаю, Сид не может пока определить наши координаты.

— Я не могу определить точные координаты, — сообщила Сидасионна с чувством уязвленной гордости. — Но я уверена, что мы находимся за внешними стенами крепости.

— Мы уже в лесу? — Элли грустно улыбнулась. — Значит, доложим о нашей вылазке Дереку лично.

Они снова замолчали. Исследовательница достала портативный компьютер, открыла видео, снятое Паулусом, и чуть не выронила устройство от изумления.

— Зоуи, ты представляешь, та комната… Это была оружейная. Только посмотри! Каждый миллиметр заставлен бластерами, пулеметами, огнеметами, да-да, — кивнула она, увидев округлившиеся глаза Зои. — А еще тут подобия Стрижей и фау-плексов мистера Зеглера.

— Думаешь, он в числе заговорщиков?

— Не знаю, — Элли вернула запись на тот момент, где в кадр попал стол. — Их фау-плексы выглядят иначе. Может, это только копии, а, может, улучшенный вариант.

Зоя пристально посмотрела на Элеонору. Набралась решимости и дружески толкнула ее под бок.

— Будем надеяться на лучшее.

Элли улыбнулась и посмотрела вперед.

— Да уж. Тем более что нам пора выбираться.

Впереди виднелась круглая дверь — как у огромного сейфа. Вместо замка выход был оснащен вентилем.

— Оригинально, — хмыкнула Элеонора и взялась за ручку.

— Черт, — пыхтела она, — его уже сто лет не открывали. Зоуи, помоги, а?

Пришлось пыхтеть вдвоем. К счастью, старый механизм оценил усилия и соизволил сработать. Послышался скрип, потом странный звук — будто тело волокли по земле. Зоя поежилась. Раздался глухой щелчок, и дверь едва заметно сдвинулась. Выбравшись наружу, девушки оказались в лесу. В ночной темноте яркие цвета листвы превратились в оттенки черного и синего — идеальная картина для фильма ужасов. Хорошо, что некоторые растения светились в темноте.

Выход, как оказалось, располагался внутри валуна на берегу ручья.

— И как нам сдвинуть эту глыбу обратно? — пробормотала Элли. Зоя же, заметив среди зарослей рычажок, прижала его к земле. Дверь закрылась, скрывшись за камнем.

— То есть вот так просто, — начала возмущаться исследовательница, но ее отвлек шелест за спиной.

— Эм, Элли, тут…

Элеонора обернулась. Из ручья медленно поднимался огромный змей — удивительно, как он не застрял в узком русле. Змей напоминал пиаста. Даже в полумраке Элли разглядела темно-зеленую кожу с бурым рисунком и глаза без единого отблеска, сейчас казавшимися двумя черными дырами. Но в отличие от изящных пиастов, этот змей был будто свит из веревок. Как канат. Угрожающе согнувшийся и пугающе шипящий канат.

Элли попятилась. Попыталась наощупь нашарить руку Зои. Не смогла.

Архивница стояла с бластером на изготовку — оказывается, он полагался даже ей. Последовало три залпа: один в голову змею и два в грудь. Существо исчезло — рассыпалось сотнями водорослей. Вернувшись в воду, маленькие растения сбились в стайку и поплыли прочь. Только несколько — те, на кого пришлись выстрелы, — медленно опускались на дно.

Зоя выдохнула и убрала оружие.

— Г-где ты этому научилась?

Зоя опустила взгляд вниз.

— Нобуо согласился дать мне несколько уроков.

— Не знала, что вы двое, — медленно начала Сидасионна, — были парой.

— Нет, — Зоя закусила губу. — Мы просто дружили. Он составлял мне компанию, делился секретами. Например, рассказал, как влюбился в Милу с первого взгляда.

Девушки помолчали.

— Я, наверное, — Элеонора ткнула в часы-коммуникатор на руке. — Я свяжусь с Дереком.

— Да, конечно. И не волнуйся насчет меня, — Зоя вымученно улыбнулась. — Я в полном порядке.

Глава 18

Мила и Реджинолд решили, что лучше разойтись на противоположные концы комнаты. Таким образом, принц остался сторожить у входа, а посланница следила, чтобы никто не залез через окно. Конечно, злоумышленник мог взобраться по стене и пробраться через мансарду. Но на подобную трату времени решится только любитель скалолазания и позерства, так что Мила не боялась нападения сверху.

Разговаривать через всю комнату было неудобно, поэтому сидели молча. Мила то и дело устало терла глаза. Энергетическое зрение уже стало для нее привычным, но отнимало много сил. И, как будто мало было усталости, время тянулось мучительно медленно. Даже Солон задремал от скуки, а ведь у него сейчас период бодрствования.

Мила в очередной раз глянула на часы: до конца их смены оставалось меньше получаса. Она решила перебраться к Реджи. Конечно, безответственно оставлять свой пост. Но заснуть на посту не только безответственно, но и стыдно.

— В чем дело? — удивился принц, когда посланница, пройдя извилистый путь между пледами, подушками, дхеосами и одним милым человеком, оказалась рядом.

— У меня глаза слипаются. Вот я и подумала сесть рядом. Мало ли, вдруг засну.

— Понимаю, — Реджинолд заразительно зевнул. — Меня тоже дремота одолевает.

Повисла тишина. Информация в головах у Реджи и Милы загружалась крайне медленно.

— А расскажи что-нибудь, — вдруг сообразила посланница. — Я имею в виду, еще что-нибудь из сказаний Желтого мира.

— Еще что-нибудь, — Реджи потер виски и вздохнул. — Ничего на ум не идет.

— Совсем? А как насчет истории о Богах?

— О Богах?

— Ну да. Рирха, то есть магистр Комнисен, часто упоминает каких-то Богов.

— Так это та же история, — Реджинолд зевнул. — В Каторхо сложилась похожая легенда. Только у них говорится о едином даре для всех предков, благодаря которому повелителей ввергли в вечный сон. А Духов каторхецы привыкли называть Богами.

Мила понимающе кивнула. «Надо было читать главы про становление религии в Желтом мире, а не насмешливым пересказом Паулуса ограничиваться».

— Когда-то эти разночтения мешали контактам между государствами. Но сейчас Донанимизм вобрал в себя все версии этой истории. Небольшая плата за формирование общей религии.

— Общей для озерников и эмотивистов? — Мила и не заметила, как оживилась.

— Эмотивисты — это народность, составляющая расы озерников, пусть они и не любят этого признавать, — Реджи тоже приободрился. — А Донанимизм — религия для всех, независимо от расы. Хотя эльфы смотрят на нее свысока, превознося научную теорию эволюции.

«Обязательно надо читать главы о становлении религии в Желтом мире!» — мысленно поругала себя Мила, уже готовя длинный список вопросов.

Только задать их она не успела, заметив, как внезапно напрягся Реджи. Его взгляд был прикован к окну. Сбросив остатки сонливости, Мила проверила потоки и увидела знакомый комок искр на фоне человеческого энергетического рисунка.

Потенциальный взломщик подошел к окну. «Наверное, проверяет обстановку», — подумала Мила. Очевидно, носитель эмоционика увидел спавших на полу и потому отошел назад, а потом и вовсе скрылся из виду. Зато стало слышно едва различимое «Шкряб-шкряб-шкряб».

— Он полез наверх?!

Реджинолд кивнул и на четвереньках пополз к Фэйдре. Обернувшись, он кивнул головой на спавшего рядом с музой Макхоса: «Разбуди его». Мила подобралась к эроту и легонько ущипнула его за руку. Тот резко подскочил, но, к счастью не издал ни звука. Принц тем временем разбудил Фэйдру.