Счастье бродит на кошачьих лапках... Книга 2 (СИ) - Кадуцкая Татьяна Владимировна - Страница 89

Последняя мысль, которая пронеслась в голове: что это было?..

Очнулась кошка на холодной земле. В голове туман. Перед глазами всё плывёт. Во рту странный привкус. Ощущение, что язык распух и потерял чувствительность. Девушка на четвереньках подползла к стене и оперлась спиной. Нос забивал сырой запах земли и глины. Звуки… Мало, да и те приглушённые. Кругом кромешная темень. Оборотница ждала, пока глаза привыкнут к темноте, и осторожно ощупывала место рядом. Где же она? Судя по стенам, в какой-то яме. Девушка посмотрела вверх и сглотнула, увидев покосившийся свод, подпёртый старыми балками. Это не яма, а подземелье! Она поднялась на ноги и обошла незнакомое помещение. Кошка заметила в самом верху небольшое оконце. Цепляясь руками и ногами за выступы и выемки, она попыталась подняться наверх, но глинистые края не выдерживали, крошились и осыпались вниз. Чертыхаясь, Калина стряхнула с рук землю. Заметив чёрный проём на стене, осторожно двинулась к нему. И замерла, когда оттуда донёсся подозрительный шорох. Девушка затаила дыхание, надеясь на чудо, но, различив два силуэта, испуганно вскрикнула:

— Пардусы…

Извечные враги ликоев! Ненависть, страх к ним передавались с молоком матери! Оборотница попятилась и сразу же упёрлась в стену.

— Что это значит? Кто вы?

Леопарды продолжали медленно приближаться. Калина испугалась.

— Что вам надо?!

— Замолчи!.. От твоего крика у меня болит голова, — послышалось из-за стены.

Калина застыла столбом, узнав этот сиплый голос.

— Лея?.. Ты не умерла?

— Как видишь!

На стенах заплясали тени от тусклого фонаря. И оборотница смогла хорошо рассмотреть место, куда её притащили. Оказалось, это была не отдельная землянка, а целый подземный лабиринт. Кошка догадалась, где она. На границе с пустыней Лехоатой были древние полуразвалившиеся катакомбы. Уцелевшая западная часть использовалась как туристический объект, а вот опасные, грозящие обвалиться подземные коридоры с восточной стороны были закрыты для посещения. Обвалы здесь случались так часто, что даже отчаянные обходили это место стороной.

Кошка задрожала, не ожидая ничего хорошего от этой встречи. Никто не отыщет её под тоннами земли.

— Лея, что тебе нужно от меня?

— Чтобы ты сдохла!!!

Женщина двигалась медленно, шаркая ногами. Когда она наконец появилась в проходе, калина вытаращилась.

— Что с тобой?

— А тебе наш муженёк не рассказывал?!

Кошка слушала поток брани и брезгливо разглядывала леопардицу — худую, сгорбленную, как старуха. Жидкие, сбившиеся в колтун волосы свисали на лицо. Через лохмотья виднелась кожа, покрытая струпьями.

— …Он заразил меня керпасом!.. Конечно, просто так Тандекар не мог убить. Чтобы альфу прайда не обвинили в смерти жены! Матери его единственной дочери! Проклятый чистоплюй! Он обрёк меня на муки! На позорную болезнь и смерть!

Лея уже истерично орала. С потолка и стен сыпался песок.

— …Тандекар заставил меня уйти в Степь. Заставил всем сказать, что я слышу Зов! А стоило мне пересечь границу, его шавки схватили меня и заразили керпасом. Я знаю, это тигр нашёл заразу. О-о-он! Паскуда! За тебя мстил! А ты вон, живая стоишь!!! — леопардица ткнула в кошку посиневшим пальцем. — А я умираю! Я не могу перекинуться!.. Все шарахаются меня, избегают. Только мои братья остались рядом. Приносят еду, воду… Еду… Я уже не могу есть… — Лея подняла голову, демонстрируя обвисшую кожу на горле. — Недолго мне осталось… Но я отомщу Тандекару! За всё!

Калина сглотнула.

— Лея, одумайся! Что Я тебе сделала?

— Ты заняла моё место!

— Я?! — девушка не выдержала и нервно хохотнула.

Это стало последней каплей для леопардицы.

— Разорвите её! — велела она братьям.

— Лея! Остановись! — закричала кошка.

— …И медленно! Пусть она мучается!

Калина поняла: просить и объяснять что-то бесполезно. Женщина ослеплена ненавистью и пойдёт на всё ради мести. А братья ненормально преданы сестре. Она затравленно глянула на приближающихся оборотней, видела их оскаленные клыки, уверенные взгляды. Девушка пятилась вдоль стены, затравленно оглядываясь в поисках спасения. Пардусы не нападали, словно наслаждались её страхом и отчаянием. А Калина понимала, стоит ей повернуться спиной — всё! Что же делать? Куда бежать? Она видела ещё один тёмный проход, но куда он вёл, неизвестно. Может, через десять метров всё будет завалено! Тихий рык леопардов прозвучал совсем близко. Оборотница вдруг вспомнила глубокую щель в стене, по которой пробовала подняться наверх, к окошку. Ни человек, ни пардус туда не поместится, а вот кошка — да! И Калина в ужасе от грозящей смерти перекинулась. Истошный вопль боли прокатился по подземелью, впитываясь в холодные стены. Оборотни сбились с шага, глядя на содрогающуюся в конвульсиях девушку. В её облике отчётливо проступили звериные черты. Но трансформация шла неправильно. Кошка выгнулась, цепляясь за землю когтями. От напряжения лопались сосуды. Кровь шла из носа и рта. Калина уже не кричала — по-звериному выла. Леопарды настороженно наблюдали, как трещат её кости, как тело покрывается шерстью…

Налетевшие тигры сбили их с ног. Разорвали, щедро поливая землю кровью. К Лее, прижавшейся к стене, медленно шёл огромный тигр. Она знала, кто это. Ноги подкосились, и женщина рухнула на пол. Понимала, что пощады не будет. Взмах огромной лапы — и голова леопардицы покатилась по земле.

Виджей перекинулся в человека и подбежал к кошке.

— Калина!..

Оборотница лежала в ворохе грязной, мокрой от крови одежды. Глаза закрыты. Только бока тяжело вздымаются и дыхание хриплое. Тандекар осторожно погладил кошку. Она открыла глаза и слабо мяукнула.

— Ты перекинулась… — альфа не сдержал облегчённого вздоха. — Ну!.. Ну!.. Знаю, тебе больно. Маленькая моя, сейчас будет легче! Намного легче!.. Давай!.. Давай обратно!

Но оборотница смотрела на него медовыми глазами, не понимая, чего от неё хотят.

— Кали, милая моя! Успокойся и ничего не бойся! Тебя никто больше не обидит!

Рядом замер Сабир Элкади.

— Дай мне!

Он выхватил кошку из рук тигра, тихо зарычал, впившись в неё немигающим взглядом. Виджей чувствовал силу льва, направленную на Калину. Сабир поставил оборотницу на землю. Она ещё немного припадала на лапы, но внимательно смотрела на мужчину. Тот перекинулся в льва — и кошка шарахнулась в сторону. Тандекар подхватил её и прижал к себе. Элкади уже в человеческой ипостаси подошёл к ним и напряжённо глянул на альфу.

— По-моему, это кошка, Джей. Именно кошка. Она не понимает тебя.

Тигр сглотнул.

— Хочешь сказать, что Калина ушла? Осталась только звериная ипостась?

Элкади пожал плечами. Альфа обернулся к ханам.

— Позовите Ратомского! Рус, притащи его сюда немедленно!

Валерий Ратомский уже больше часа сидел рядом с шоколадной кошкой. Шипел на неё, гладил, что-то говорил, даже укусил. После чего оборотница жалобно мяукнула и попыталась вырваться из рук ликоя.

Остальные мужчины наблюдали за происходящим, с каждой минутой мрачнея всё больше. Рустам не выдержал:

— Джей, как её могли похитить у тебя из-под носа? Где были ханы?

Тандекар тряхнул головой, проклиная себя за легкомыслие.

— Я отпустил их на праздник. А сам пошёл к тебе: предупредить, что мы с Калиной летим домой, — тигр скрипнул зубами. — Ей велел ждать в фойе.

— …А кошка не утерпела и вышла за ворота, — закончил за него Элкади.

— Как леопарды могли знать, что она там будет? — Виджей уставился на льва.

Сабир пожал плечами.

— Во-первых, вы вместе: где ты, там и Калина. А во-вторых, думаю, им просто повезло.

Один из ханов альфы осторожно заметил:

— Они не собирались её похищать, скорее всего, следили. Слишком топорно действовали. Людное место. Куча свидетелей. Если бы не портальная рамка, мы задержали бы их ещё в городе.

Найгас выругался.

— Кошка перестала быть осторожной. И вот результат.

Ратомский перекинулся в человека и подошёл к оборотням. Он посмотрел на альфу прайда.