Тараканьи бега - 2 (СИ) - Литвин Виталий - Страница 23

И ещё ей больше не следовало обращаться в храм. Она полагала, что не исключено, что её так быстро нашли во второй раз было именно это — искали по монастырям.

Она пошла в магистратуру, и… тамошние чиновники приняли деятельное участие в поиске для неё работы. «Социалок» — заданий для игрока, связанных с работами на благо города, острова, княжества было несколько: например, расчистить очередной участок канализации от местных помойных бобров, которые обожали строить на подземных потоках плотины из мусора. Правда, бобры эти — стайные и 9-ого уровня… Крокодилы тагриды были 5-ого… Не то, что б она очень их забоялась, однако, плавать в зловонной воде…

Но потом она увидела «курьер доставки почты». В княжестве имелось почтовое судно, которое раз в месяц обходило все острова, развозя почту и небогатых пассажиров, но княгине выражение «неспешный, как почта в Лаёильне» весьма не нравилось, и она была готова очень неплохо платить. Но морские чудовища…

Мелководья близ островов они избегают, на больших кораблях помимо судовой охраны и магов имеются прочные высокие борта, а в одиночку или с малым экипажем плавать опасно. Твари — даже 24-ого уровня встречаются.

Её попытались отговорить, мол, Вам и лодку купить не за что, но Хельга… Прикинулась милой Оленькой и наивно улыбнулась:

«— Лодка? Зачем мне лодка, я так.

«— Расстояние меж островами до тридцати миль!

«— Хоть накупаюсь. А вы мне будете платить, как всему вашему кораблю — с его высокими бортами, командой и магами?

«— Могли бы — уже платили бы второму кораблю! — испугались её контрагенты.

Договорись: за борта не платить, за команду не платить, за охрану с копьями не платить, за магов не платить, а только за капитана. Соответственно, ещё она выторговала у них капитанскую каюту (оплату личной комнаты в таверне), капитанский стол (оплату еды капитанского рациона в тех же тавернах) и форменную капитанскую шляпу.

«— А она-то Вам зачем?!

«— О, вы не представляете, как мне идут всякие шляпки!

Ну, и аванс — 1 (один) золотой. За полный круг (тридцать шесть островов) пообещали дюжину. Но, судя по их вздохам — что платить придётся, не верили:

«— Пробовали ваши уже. Не один раз. Пять-шесть островов и всё. Хорошо хоть, благодаря вашим рюкзакам, посылки не пропадали — страховку выплачивать не приходилось, — и опять вздыхали: — Как вы так живёте — что вас время от времени чудовища едят?

Через два дня она уже плыла. За первый день прошла четыре острова, преодолела двадцать пять миль… На акул перестала обращать внимание. У тех был 10-12-ый уровень, но они ж не стайные, догоняли на дистанции в лёгкую, а дальше начинался ближний бой, в котором против её Плавучести вкупе с её божественной алебардой у тех шансов не было. Даже когда их было несколько — нападали-то они на неё всё равно поодиночке. К тому же, у ксан имелось нечто вроде “боковой линии” рыб — тоже две, тоже по бокам, от подмышек до ступней. Линии реагировали на движение и колебание жидкости, то есть окружающее водное пространство она ощущала во всём его объёме, и врасплох её акулам было не застать.

Нарезав плавников с десятка акул, она попервоначалу с ними возиться перестала. И акулы, промазав мимо неё два-три раза — отставали. Но, когда на обед на втором острове вышла в город, — на первом почтарь ждал её у причала, и она не стала тратить время — зашла в таверну и предложила свой улов хозяину — у того загорелись глаза. Два золотых! Третий островок был совсем маленьким, но золотой она и там заработала! Зато последний в ее дневном маршруте остров оказался солидным, и он — Калеолан — оправдал все ожидания — четыре золотых! Так что, брезговать добычей она перестала.

На Калеолане после удачного торга она вышла на ужин в зал, свободных столиков не было, и она присела с краешка у самого большого. Трое местных, давая ей место, молча сдвинули свои стулья, четвёртый улыбнулся, а двое героев переглянулись, и один из них почти выкрикнул:

— Женщина, ты что не видишь, это место капитанов!

И его услышали все. Судя по ироничности гула, капитанствовал тот разве что над парой гребцов на своей лодчонке, но Хельга не стала вникать в подобные тонкости. Да и не следовало ей ссориться, драться, привлекать к себе внимание.

— Хозяин! — повысила голос и она.

— Да, леди? — отозвался от бара тот.

— Какой у меня стол?

— Капитанский.

— Значит, я туда села?

— Да, леди!

— А ещё у меня имеется вот это! — и она, распахнув пошире и так не маленькие, глазищи Митрии Ашкеннзои, нарочито кокетливо нахлабучила на голову капитанскую шляпу флота княгини Лаёильны.

— О-о… — разнеслось по таверне.

— …Но я причинила неудобство славным морякам, — улыбнулась она уже вовсю улыбавшемуся ей капитану и водрузила на стол двухфутовый спинной акулий плавник.

— О-о! — опять выдохнул зал.

— …К сожалению, его сначала надо несколько часов — несколько часов, никак не меньше! — вымачивать в молоке, но, хозяин, если завтра кто-то из этих господ зайдёт — будьте добры, угостите его супчиком из него!

— О-о, — завистливо вздохнули вокруг.

— Да, леди! И обращаю внимание посетителей: суп из акульих плавников в меню ресторана будет. Всю эту неделю — точно! И для всех, а не только на губернаторский стол.

— О!

Когда капитан Феонор, узнал, что она взялась за доставку почты, то улыбаться перестал, а после ужина увязался за нею — они «вышли подышать». Высокий, статный — всё его при нём, от аппетитной задницы, до холёных усов и шалых, отчаянно чёрных глаз, но… Хельга вдруг с недоумением отметила, что его «случайные», «небрежные» прикосновения приятного, пьянящего послевкусия не оставляют. Сто сорок четыре года назад это бы её только раззадорило, и своё она бы всё равно с ним урвала. Теперь не хотелось.

Эй, Сверг, ты, таракан двуногий, какую-нибудь подлянку на прощание не кинул? «Соглашайся со всем!» Она с чем-то не тем в суете не согласилась?! Но это всё потом, а в тогдашнем настоящем женщина чуть повернула голову и недоумённо скосила взгляд на его пальцы, забывшиеся на её локте.

— Извините, — внял тот, отодвинувшись. — Но, тем не менее — зря Вы это. Я понимаю, мне Вас не отговорить. Ваши все такие — пока их не съедят, советам не внимают. Но шансов завершить круг у Вас… — и он просто цыкнул зубом.

Тогда она бросила изображать малышку Митрию, и Феонор непроизвольно сделал шаг назад. Нет, Хельга ничего особенного не вытворяла, просто её спортивная подтянутость перетекла в позу предбоевой расслабленности. А ведь она даже чуть ссутулилась при этом… Но капитан свою шляпу не по блату получил и зверя, пристроившегося рядом, учуял сразу.

— А по делу что-нибудь есть? — лениво поинтересовалась Хельга.

— Да. Я сбрасываю Вам свою карту архипелага, а Вы…

— А я? — чуть добавила она ледка в голос.

Пару мгновений тому назад своё желание помочь наивной девочке капитан оправдывал амурными перспективами, теперь — ни “девочки”, ни “амуров”, а помочь всё равно хотелось. И он нашёл доводы:

— А Вы, леди, весь акулий бизнес ведёте с моими людьми. Цены они Вам дадут хорошие. Меньше, конечно, чем в ресторанах с тавернами, но зато Вам не придётся терять на них время, — и почти равнодушно хмыкнул: — И нервы. Ведь даже здесь… У Вас же ещё плавники остались? Забираю всё. И после этого мы — не конкуренты, а компаньоны. Не враги, а друзья. Леди?

Так она получила ещё золотой. И настоящее сокровище — карту, хоть он сбросил не свой полный вариант, а то, чем для начала, делился со всеми своими подчинёнными.

Фактически это было даже не картой, а путеводителем по архипелагу — не только расположение и очертания островов, не только течения и приблизительные глубины, но и местонахождение жемчужных заводей, к примеру. И другие пометки тоже присутствовали: «косяки кефали», «чёрная дыра», «подводный вулкан», «спруты», «кутулш» — и сноски, сноски.

«Появлению кутулша предшествует бегство акул», «извержение происходит не чаще одного раза в три месяца, последнее случилось 3.231.02.03.», «в течение суток-двух после извержения особенно велик риск встречи с чудовищами глубин».