Тараканьи бега - 2 (СИ) - Литвин Виталий - Страница 105

“Проклятое оружие” — это которое при использовании налагает проклятие, кинжал — “истечение жизни”. Оно пропорционально физическому урону. То есть, если заехать моим клинком в печень, пациент помрет именно от шокового истечения.

— А если сразу же воткнуть точно туда во второй раз, то истечение прекратиться, но в печени будут две дыры?

— … купировать которые уже будет способен достаточно сильный светлый целитель, — улыбнулся декан. — Если он окажется рядом. Но всё-таки… Носить подобное обнажённым — не следует. Помимо физической опасности, он ещё и фонит тьмой. Это подставляет Вас как разной нечисти, так может возникнуть недопонимание и с охотниками на неё. Рекомендую вложить его в ножны и раскрытым не носить даже в Рюкзаке.

— Покупаю! — тут же среагировал я. — У вас же здесь арсенал имеется? Ножны куплю.

— Подождите, а разве Вам их не вручили?

— Мне вручили на это квест. Без права на отказ.

— Как интересно!.. — исполнился энтузиазма исследователь магии.

И следующие полчаса я тыкал и тыкал свой клинок в несколько десятков ножен. Но он был несколько толще обычных и с заметным изгибом. В общем, либо не входил до конца, либо болтался в очередных… А фоновое излучение не гасилось в любом случае. Да и таймер без устали продолжал отсчитывать:

167-15-34,167-15-33…

Наконец, их оружейник прекратил всё это:

— Бесполезняк. Божественный квест. Халявы не будет.

А эльфийка-магичка — собралось уже несколько преподавателей, у неё на поясе кинжал висел тоже, так вот, когда Агведус предложил ей попробовать напоследок, она как-то странно усмехнулась и спросила меня:

— Молодой человек, а Вы уверены, что правильно поняли условие?

– “Вложить кинжал в ножны” — как это можно понять по-другому? — пожал плечами я.

— Ваша наивность умиляет, — опять скривила губы эта прожжённая училка, и у неё, как у насторожившейся кошки, дёрнулись уши. — Но совать клинок в мои ножны я Вам не позволю.

— Ну, сами… — предложил я и заткнулся, даже кинжал протянуть не успел: обе мои коррелятки синхронно схватились руками за лицо.

Из мужиков первым захохотал квадратный гном-оружейник, остальные попытались сдержаться, а сама она вслух подумала:

— Испепелить его, что ли?.. — и, словно готовясь к касту, встряхнула руками.

— Верлли, не советую, — перестал хрюкать в бороду Агведус, покосился на меня и добавил. — Перехватывать жертву у Моры? Я думаю, это плохая идея.

— Ты думаешь?.. — вдруг по-серьёзному задумалась она.

— А правда… — задумался он.

И все остальные с новым интересом посмотрели на меня.

— Молодой человек… — опять обратился ко мне седой декан. — Я понимаю: риск — Ваша профессия. Но у Вас не возникало в последнее время ощущения, что Вы слишком часто выигрываете у смерти?

Теперь задумался я.

— Гвед, — покачала головой эльфийка. — Кажется, ты попал в точку, потому что…

Причину я не разобрал, потому что Чи-сан вдруг запищала:

«— Господин, она лезет! Я не удерж…

— Прекратите! — выкрикнул я выхватил алебарду. — Немедленно!

— У-у! Какая прелесть… — умилилась магиня и…

Я очень надеялся, что она выставит какой-нибудь легендарный щит, но она выхватила пару сабель.

— Верлли… — опять проворчал тот, для кого он “Гвед”, и встал передо мною. — Добилась своего? Всё, прекращай. А Вы, молодой человек… Она бы Вас на завтрак съела вместе с Вашим чудовищем, — кивнул он на моё оружие, — даже вне Академии. У неё сабельный бой за сотню давно… Так давно, что об этом и говорить неприлично… И сколько, там, этих сотен — так и предполагать страшно. А уж в стенах Академии…

— Пусть извинится! — потребовала женщина.

— Пусть извинится! — тогда потребовал я.

— Прошу меня извинить! — не на секунду не поколебавшись, ошарашила меня эльфийка. — И во искупления моей вины прошу принять дар — “заколка неприметности”.

Она выдернула из своей прически что-то вроде булавки. И тут же над нею появился стандартный бейджик Системы: «Нерриальвелли, эльфа, 99-ый уровень». Она протянула артефакт вставшему между нами декану.

«— Господин, я читала о таких. Эта заколка не только, как Вы его называете, “бейджик” гасит, она ещё и внутренние параметры скрывает. А уж у этой “преподавательницы”… На ней все артефакты должны быть поднебесного уровня!

Агведус повернулся ко мне. И я отчётливо понял: если забыкую и промолчу, вся Академия будет у меня во врагах. А заколка… Взять хотя бы “Зеркало Катли” — оно висит надо мною дамокловым мечом, ведь нарваться на хитромудрого умельца с повышенной проницательностью я могу в любой момент. Увидит и… Как, там, Рилль описывала? — вся дальнейшая жизнь будет скучной, но недолгой. Нет уж, лучше быть здоровым и богатым.

— Прошу меня извинить! — выдавил из себя я. — И во искупления моей вины прошу… — что же ей предложить-то, чтоб не оказаться у этой стервы в долгу?

— Ты дашь нам внимательно рассмотреть твою прелесть, — усмехнулась она, опять мгновенно просчитав мои колебания. — И будем в расчёте, торговец!

«— Упс… Так это она для этого? Хозяин, тебя ещё одна эльфийка уделала.

«— Да, господин. Устроила маленький, миленький концертик во имя науки.

Насмешливость моих двойняшек уменьшилась, когда они присмотрелись к самой заколке. Начать с того, что уровень скрытности с нею доступен к настройке через интерфейс, её саму можно рассмотреть только с помощью артефактов легендарного уровня, а пробиться сквозь неё и того не хватит…

В общем, когда мы перешли к гоблинскому снаряжению мой, так сказать, интерфейс по отношению к ним был предельно дружественен. Я рассказал всё и во всех подробностях. Я даже отдал им свой последний «дикарский кинжал, мастерский», чтоб у них была пара: нападение-защита, шамансккий посох — мой жвал. А уж алебарду они только рентгеном не просветили…

— Всё-таки странно, — резюмировал Агведус: — магию, направленную против интерфейса бессмертных, блокирует только защита от самой примитивной животной магии…

— Гвед, — покачала головой эльфийка, — она самая примитивная, потому что — изначальна сама по себе. Так самое изысканное здание стоит на совсем простых фундаментных плитах, и у самых экзотических деревьев — всё та же корневая система, что и у простой травы.

— Корни? — встрепенулся я. — Эту алебарду мне, можно сказать, передала Катли!

— Рассказывай!

Пришлось рассказать и про детей скорпиона.

Копию рабочего журнала исследования гоблинской магии за эти дни мне отдали без споров. А ещё и подняли уровень артефакторики, а ещё эльфийка подкинула три свитка повышения умения «Алебарда».

— А до десятой ступени добьёшь — заходи. Подсоблю. Больше одного свитка в день не используй. Небезопасно. Да, и после каждого нужен бой — хотя бы тренировочный.

Золота я с них не выбил ни единой монетки, но они задним числом обозвали мои рассказы «выполненным заданием» и расплатились шестью тысячами экспы.

Да, а звёздочка Системы о повышении уровня, замигала незадолго до этого: я, наконец, нашёл повод, чтобы передать привет от Дорнатора. Агведус воспринял это как намёк, после чегои добавил от себя.

В общем, работать с академиками мне понравилось. Напоследок я у них попросил личную комнатку на час. На активацию уровня. Ведь, чем быстрее после его получения она проводится, тем более жирные с неё падают плюшки. А если я оправлюсь в таверну, то пока дойду, потом наверняка отвлекусь на Тарру, потом ещё на что-нибудь…

Агведус предложил подняться в гостиницу — больше нигде кроватей нет. А зачем мне кровать? Два аршина ровного пола и крючок на двери, чтоб не вломился кто-нибудь ненароком. Академики переглянулись и выделили подсобку. Дверного крючка она не имела, но метресса Нерриальвелли пообещала постоять на часах, а мэтр Агведус тут же — посидеть с нею, чтобы той “не было скучно”. Мои коррелятки при этом многозначительно переглянулись и дружно посоветовали согласиться.