Тараканьи бега (СИ) - Литвин Виталий - Страница 5

Они утихли, и я побежал.

Бежалось легко. Более того… Будто бы, когда летом в море входишь после долгого года в душных квартирах или на слякотных улицах, и, вот, вокруг вода и хочется, как дельфину — вымахнуть на всю длину и захохотать; будто в спортивном зале на разминке после долгого перерыва, когда бежишь вокруг зала, и вдруг накатывает: еле удерживаешься, чтоб не крикнуть тренеру: «Михалыч, пусти падрацца!». Бежалось — сладко!

Ну, и ещё одно… Я всё-таки городской житель и бегать привык, если уж не по тротуарам или тартанновым беговым дорожкам вокруг стадионов, то из самого дискомфортного — по утоптанной сотнями других бегунов тропке в парке, а тут… И земля в кочках, да ещё и травой заросшая, и маршрут то и дело пересекают какие-то лианы, а сверху сумасшедшее солнце, дробясь в странной листве диковинных деревьев, мельтешит тенями, пятнами, бликами! Но я… Мне даже приглядываться не приходилось! Не пришлось даже переходить на шаг — хватало бокового зрения, чтобы выбрать, куда правильно поставить ногу, чтобы не споткнуться о выпирающий из-под земли корень, не поскользнуться на гниющем широколапом листе.

Опять Восприятие?

— Хозяин, не увлекайся! Бодрость просаживается.

Чуть перенаправил внимание на бары. Да уж, вот тебе и выносливость, равная единичке! Метров триста пробежал, и четверть бара бодрости пустая! И ведь по внешним признакам практически незаметно! Дыхание — нормально глубокое, в боку не колет, сердце из грудной клетки не выпрыгивает.

— Принято. Продолжай следить.

Так, понятие «лёгкий бег» требует корректировки. Перехожу почти на шаг.

— Нормально, — шепчет рыжая, — почти застабилизировалось.

Что? И теперь снижается? Да… Разбаловали моё прежнее тело спортзалы… Ладно, скала уже вон она.

Шагов за десять до неё перехожу на шаг. Скала выпирает резко, без всяких подходов-переходов. Размером с хороший особняк…. задираю голову вверх… — трёхэтажный. Слазить наверх будет… убеждаюсь: можно. Так, стоп! А имея в ловкости одну единственную единичку? Да нет, ничего сложного. Слажу. Осмотрюсь хоть. Но это — следующий шаг, а пока оглядеться требуется здесь. И, насколько я понял намёки, — маскируясь и себя явными поисками плюшек не выдавая. Ну, это мы щас…

— Первоначальная цель достигнута. Что дальше?

— Обход объекта по часовой стрелке, — тут же дала ответ по всем инструкциям японка.

— А вон тот хвощ ты как обходить будешь? Лучше уж его напоследок оставить, обойдём с другой стороны, а потом уж… Вон там какие заросли! — не согласилась ирландка. — Да и чего тут блукать? Лезем! Сверху видно всё сразу будет!

Вот именно: если у двух женщин спросить совета — получишь прямо противоположные рекомендации. Три штуки! Вот, теперь можно изобразить глубокое раздумье и смотреть, смотреть! Особо прятать приз босс не будет, значит оно должно быть на траверзе к скале от моей точки выброса. То есть здесь. И что-то должно привлечь моё внимание. А что здесь наиболее бросающееся в глаза? Правильно — тот самый хвощ.

Дикое зрелище — толстенный, метра два в диаметре, голый ствол, почти вросший одним боком в бугрящуюся скалу, прикрытый только слоями и слоями наростов, — можно ли их называть корой? Раскинувший во все стороны, корявые воздушные корни. И он не утоньшался к верху. Эдакая неровная, словно сделанная неумехами, заросшая колонна с тот самый трёхэтажный особняк! И из плоской верхушки выбивается несколько дохленьких, по сравнению со стволом, плоских, как птичьи перья, зеленоватых веток. Но нас интересует не верхушка.

— А это что у него? — показываю я на темнеющее пятно у подножья.

— Как бы ни нора… — отозвалась рыжая. — Проверим?

— Господин, опасно…

— Да безопасно здесь только в своём кабинете! Но туда до 10-ого уровня больше не пустят!

— …поэтому надо предусмотреть пути отхода, — будто не заметив её, будто продолжила свою реплику умная гейша.

— Хозяин, здесь любое логово может быть тайником! А это означает лут!

«Не разочаруй Её!», «Позабавь Его!», «Полакомь Её!», «Твоя задача — брать призы, выигрывать бои, приходить первым. Будешь никем — конец фильма.»

Надо смотреть. Да и интересно же! Что особо губы раскатывать не следует, — намёкнуто со всею недвусмысленностью, но нищему и грош — золото.

Однако прежде, чем войти, подумай, а как потом оттуда выйти! — этому меня в российском бизнесе выучили хорошо. И если из той норы кто-то выберется, и придётся убегать… Я завертел головой. Самый очевидный путь — к точке выброса: дорога проверена, мин нет, но и убежища тоже нет никакого. Второй — на скалу. Наметил себе маршрутик — вдруг выскочит на меня что-то вроде крокодила, наверх без помощи рук не залезешь, а у земноводных разве что — ласты. И третий путь — вокруг скалы в обратную сторону…

— Проверяем обходной.

Проверка быстро завершилась: за крутым изгибом скалы прямо из её камня бил ключ. Вода! Обе корреляты в один голос подтвердили, что ядовитых источников здесь… в начальной локации, по крайней мере! — не бывает.

Напился. Ай да Восприятие! Я такой вкус только из детства помню. Тоже тогда на родник в походе вышли.

Наполнил, кстати, и флягу.

Но ко всему прочему, вода в местной рыхлой почве прорыла эдакий каньончик метра на два с половиной в ширину и… да, на столько же и в глубину, который тянулся, тянулся… К далёким горизонтам. Так, а я его сам-то перепрыгну? Ну, в прошлом мире и не задумался бы, а здесь?

— Три метра — уверенно, — сообщила рыжая.

— Да, господин, — подтвердила иссиня-чёрная брюнетка.

Осмотрел края — нормально, не обвалятся. Значит, если какая стая сороконожек или змея неубиваемая за мною поползёт — здесь я от них оторвусь. А если хищный саблезубый кузнечик? Значит, не повезло.

Возвращаюсь. Перехватил поудобнее свою «дубину обыкновенную» и едва ли не на цыпочках пошёл к норе. И тут уж я на боковое зрение рассчитывать не стал, прежде чем ступить, каждую кочку, каждую травинку высохшую осматривал — чтоб не поскользнуться, чтоб под ногой не лопнула! Если кто в той норе сидит, пусть я его прямо на выходе из неё встречу! Чтоб не было у него ни пространства для манёвра, ни времени на реакцию.

Кажется, получилось… По крайней мере никто на меня сейчас у древа ископаемого не выскакивал, ни выпрыгивал.

А теперь дубиной по коре, по выступам задеревенелым у входа — бам! бам! бам! И в ответ из тёмного провала выплеснула какая-то вонючая струя! Но я ж не дурной напротив входа стоять! А следом появилась голова.

Жук. Только размером с сенбернара. Но я особо не приглядывался. Нервы были напряжены, так что, я сразу со всей мочи заехал своим дрыном по грязно-коричневому панцирю. Голова дёрнулась назад, и через пару секунд из зева норы вылетела ещё одна струя вонючки.

— Хозяин, нормальный ход! Встречай его и загоняй обратно!

— Господин, только не спешите следующий раз так, он широкий, быстро не развернётся. А надо увидеть…

Что ей загорелось увидеть, я дослушать не успел. Голова опять чуть показалось. Хочешь увидеть — смотри! Ну?

И тут я сам увидел. Яростно-жёлтый бейджик — «жук-пластун, 3-ий уровень», а второй строчкой — «290/300».

— Бей! — взвизгнула рыжая.

И я опять заехал. Но теперь не абы куда. На острие его морды, прячась между крючковатыми жвалами, выросло что-то вроде носика с шерстинками усов — вот по нему! Жук словно бы хрюкнул и отпрянул. Кажется, резче, чем в прошлый раз.

Эх, мне бы старое тело… С дубинками и шестами мы тренировались. Но с теперешней «ловкостью»… Только и остаётся: бери больше — кидай дальше! То есть делай размах побольше! Ну, хоть теоретические основы-то я помнил. И попытался восстановить моторику… Но опять же, приходилось осторожничать — а если мышцу порву?..

И ещё одна струя. Но теперь, кажись, пожиже…

— Точно, выдыхается!

— Я бы данный процесс таким термином характеризовать не стала, но струя — определённо слабее.

Но на этот раз жук голову подставлять не стал, а попробовал выбраться задом, причём задрав его… Кажется, он хотел выцелить меня, но жучиная задница крыльями была прикрыта только сверху, и я снизу по ней, как в гольфе клюшкой по мячу — с полным размахом, с голосом — на!