Три шага до магии. Трилогия (СИ) - Швынденков Михаил - Страница 136

Хотя наш гость, он младший сын царя гномов, там до него ещё два брата в наследниках. Так что не быть Розалии царицей гномов.

Вот караван приблизился к входу в ущелье, что ведёт в Загорье. Беру с собой двух магов Земли: Лилию и Бореля, и выдвигаюсь в голову каравана.

Кое-где подчищаем тропу, где-то расширяем её. Вот мы достигли того моста, что строила Лилия. Мост почти выстоял всё это время, разрушен только дальний пролёт.

— Господа мостостроители, что, по-вашему мнению, нужно сделать?

— Восстановить дальнюю секцию, — это торопиться высказаться Барель.

Лилия довольно долго смотрит на творение своих рук.

— Надо бы сделать на дальнем конце два пролёта, но они упрутся в скалу.

— А чтобы не упирались в скалу, что сделать?

— Это надо весь мост переделывать, задавать ему другое направление.

— Лилия, ты же очень умная, думай!

— Ну не изгибать же мост?

— А почему нет?

— Но так никто не делает!

— Лилия, скажи, сколько в мире магов, у кого есть амулет для строительства моста под ключ?

— Ну, наверное, я одна, — смотрит на меня и догадывается, — Нет! Двое.

— Правильно, теперь у нас будет единственный маг, который строит мосты с изменением направления над опорой.

— Да! Мики, да! — Лилия визжит и бросается мне на шею.

Тут же рядом нарисовываются блюстители нравственности: муж Лилии и Ирена, видимо, делегированная от трёх женщин. Лилию оттаскивают от меня, и они вдвоём с Барелем идут к разрушенному пролёту моста.

Я как обычно сажусь на берегу и бездумно смотрю на воду. Первым до меня добрался Ужас, потом Анюта, следом за ней Микаэль.

Пришлось засунуть бездумность в далёкое неведомое место, и начать рассказывать, как мы проходили ущелье в прошлый раз. Как-то незаметно вокруг меня образовался плотный круг слушателей, все внимали, словно я какой-то гуру.

Наконец раздался крик Лилии:

— Ваше Благородие, принимайте работу.

А вот не угадали вы, барышня! Дал старшим детям в руки полоску красной ткани, они встали по краям моста, растянули эту ленту, а я на вытянутых руках преподнёс ножницы герцогине де Брюлен, и кивнул ей на ленту.

Ириана подошла к ленте, видно было, что она сильно волнуется.

— Одну минуту! — я сообразил, что нужно поменять кое-что.

Микаэля поставил рядом с матерью, Анюту отправил к Анейре, а ленту натянули я и Лилия.

Когда герцогиня де Брюлен перерезала ленту, я закричал: «Во славу Сияющего!» и все подхватили мой крик. Дело в том, что здесь нет аналога нашего «Ура!», воины в бой идут или молча, или с матом. Надо будет ввести что-то такое, ведь нужная вещь, возглас, означающий душевный подъём.

В этот раз мы поехали по левой дороге, через многие деревни, постепенно приближаясь к Реке. Во всех деревнях нас встречали стоящие вдоль дороги разумные: мужчины, женщины, дети. Кто-то что-то выкрикивал, кто-то молчал, но общий говор: «Герцогиня вернулась», — вызывал улыбки на лицах.

При приближении к Загорску наш караван стали встречать более организованно. Навстречу выходили старосты и уважаемые граждане: кузнецы, знахари. Среди них были и выпускники нашего Колледжа, эти особо тепло приветствовали нашу группу преподавателей. В подобных случаях приходилось останавливать караван, и герцогиня выходила «общаться с народом». Поэтому до Загорска мы ехали целых четыре дня. Весь караван зашёл в крепость, заранее предупреждённый управляющий организовал размещение всех, согласно статусу и титулам. Меня хотели опять засунуть на третий этаж, мне-то всё равно, но герцогиня поставила жёсткое условие, что наша «семейная ячейка» будет жить рядом. Про ячейку никто вслух не говорил, герцогиня сказала, что мы её самые близкие друзья и наши дети, как сёстры и братья, поэтому мы будем жить в соседних комнатах. Анюта тут же организовала общий детский проход по всем комнатам, где нас разместили, и каждый из детей был уверен, что лучшая комната, это та, где живёт его или её мама.

Амир Кунак сразу же организовал сбор информации о Наместнике Короля, бывшей принцессе Лазорине де Романо. Оказывается, до этого времени вместе с ней здесь продержались только шестеро гвардейцев, остальные кто погиб, кто сбежал. Так вот, Наместник Короля, две её компаньонки и шесть её гвардейцев убыли в столицу ещё до начала зимних дождей. Четверо местных, что особенно крутились возле гвардейцев и старались им во всём услужить, сезон дождей почему-то не пережили. Три женщины, что оказывали им особые услуги, делали это не по доброй воле, и местные к ним особых претензий не имели, но жили они теперь в нищете. Герцогиня дала команду устроить всех троих на работу в крепости, чтобы их дети не голодали. Они-то ведь не виноваты, что отцы — негодяи.

Итак, мы вернулись в Загорье. Общая территория Загорского герцогства около 70 тысяч километров квадратных. Это чуть меньше, чем Чехия начала 21 века на Земле, но больше Латвии или Литвы и равно территории Ирландии. Но Ирландии оно соответствует не только размерами территории. Считается, что в Ирландии низкая плотность населения, так здесь плотность населения значительно ниже, чем даже в Ирландии. Удобная для проживания разумных равнинная часть герцогства составляет половину от общей площади. Её площадь соизмерима с территорией Швейцарии или Бельгии. Вторая половина территории это непроходимые горы.

На сегодняшний день в Загорье всего один город, возле замка или крепости герцога, который так и называется — Загорск и имеет население около 30 тысяч разумных. Ещё две или три сотни деревень, разбросанных по всей территории.

А самая северная часть Загорья, это моё баронетство. Там, возле места слияния рек: Западная, Средняя и Восточная, — уже должно быть создано поселение Трёхречье.

Отпросился у жены и подруг, и рванул с парой молодых «странников» и сержантом Романом Солдатом в Трёхречье. Шли одвуконь и к концу второго дня были в таверне Турана. Встречал он меня, как дитё потерявшуюся маму: и упрёки, и жалобы, и доклады об успехах, — всё вывалил на меня за один час.

Он уже обосновался здесь капитально. Большой собственный дом, жена, двое детей, двенадцать разумных в качестве обслуги в таверне и на «пересылке». Пересылкой они назвали услугу караванщикам, заключающуюся в том, что по сигналу приближающегося каравана к входу в ущелье выдвигались подводы. Груз перегружался на них и перевозился до Озёрного. С лодками решили не связываться. База в Озёрном теперь называлась не база контрабандистов, а караван-сарай Тура. Сделали несколько вылазок, осматривая мои владения, сначала прошлись по периметру баронетства, я убедился, что в ущелье с выходом на перевал никто не ходит, потом поехали в долину с Деревом Жизни.

В этой долине встретили очередной караван Торона ан Тур. Принц прятался за мою спину, но бдительный хозяин каравана его рассмотрел, и поманил к себе.

— Баронет, откуда здесь это чудо?

— Ан Тур, ставь караван на ночную стоянку, будем говорить!

— Не могу, нас ждут с товаром.

— Тогда отправляй кого-то старшим, говорить нам с тобой нужно здесь!

Когда караван ушёл, мы приготовили ужин, парни очень быстро уловили, как ловить рыбу на удочку, и у нас была свежая уха и жареная рыба.

Было ещё светло, и я протянул Торону бумагу, удостоверяющую, что Росинский король присваивает мне титул графа и поручает на этой территории установить дипломатические отношения с северянами.

— Да-а-а! А говорил, что у тебя только невеста да корчмарь.

— Так сколько времени прошло! У меня семеро детей, жена, вторую брать собираюсь.

— Ну, ты ловкач! Я от своих слов не отказываюсь. Считай, что это твоя долина. Так откуда у тебя мой троюродный племянник?

— Подожди ан Тур дойдём до него. Про дипломатические отношения читал? Что и как будем делать? Я готов здесь построить хороший дом для ваших представителей. А кого вы хотите видеть со стороны Королевства?

— Пока нам будет достаточно тебя, нам ведь нужна только торговля. В Загорье у нас с торговлей проблем нет. А королевство далеко.