Три шага до магии. Трилогия (СИ) - Швынденков Михаил - Страница 119

Сформировали общий караван из людей и коней купца Торона ан Тар и нашей группы, поклажу распределили на всех коней и поспешили в Загорск. В Трёхречье оставили помощника Турана, а он сам ехал с нами. На третий день с утра остановились перед въездом в город. Я с двумя бойцами уезжал в место над речкой, где мы проводили занятия по использованию энергии природного источника, а остальные ехали вместе с купцом в город. Туран должен заехать в крепость и найти возможность встретиться с маркизой де Горса, потом привезти её ко мне. Чтобы её не компрометировать, пусть они организуют выезд на рыбалку. Приедут, а тут люди купца ан Тур отдыхают, мы подвинемся, пусть рыбы половят.

Розалия приехала с Иреной и де Потосом. Сидели в шатре, разговаривали, при этом Ирена просто плакала у меня на плече. Изменений в составе нашей группы нет, просто наши парочки переженились, по моему примеру, причём Наместник в эти процедуры не вмешивалась. Только Розалия и Ирена у нас не замужем, а Ириана, судя по всему — вдова.

В крепости мне появляться нельзя, у Наместника Короля везде шпионы. Договорились о следующем. Завтра с утра Туран привозит мне семь чересседельных сумок, я их делаю Сумками путешественника. Послезавтра герцогиня выезжает в карете с набольшим сопровождением в сторону любого поселения по северной дороге. Остальные, кто не войдёт в свиту, должны поехать «покататься» отдельной группой, можно с сопровождением, также по северной дороге. Встреча в десяти километрах от города, там есть большая поляна на берегу речки.

Дела в герцогстве Ириана пусть оставляет на управляющего. Если кто-то попадёт на глаза Наместнику или её приближённым, на вопрос куда поехали и на сколько, отвечать в Озёрное, на несколько дней, там контрабандисты привезли интересные поделки от гномов.

Так всё и получилось. Сумки сделал на следующий день. К вечеру собрал свою команду из Холмограда, ночью мы проскочили через развилку у крепости, а с утра поставил своих людей встречать приезжающих и прятать их в лесу, а сам с мобильной группой спрятался у дороги. Когда по дороге проехала карета с герцогиней, в сопровождении четвёрки: барон и баронесса де Бриль, виконт и виконтесса де Борзон, через некоторое время показался весьма подозрительный всадник. Парализовал его, не показываясь на глаза, а потом лейтенант и один из наших магов устроили ему допрос. Это оказался шпион одного из гвардейцев Наместника. Решили, что отпускать врагов не нужно, лейтенант убил вражеского лазутчика, а я сжёг тело, коня забрали себе.

Через пару часов проскакал тройка наших: Розалия де Гроса, Леон де Потос и Ирена де Лафер.

Пропустили их, и через три минуты нарисовался «хвост». Практически не скрываясь и не маскируясь, за нашими товарищами ехали, переодетый гвардеец из свиты Наместника и какой-то хлыщ, мне не знакомый. Ну, и не буду знакомиться. Два арбалетных болта из сумки первого шпиона прервали их жизни, на мой взгляд, грязные и мерзкие жизни, хотя они, наверное, так не считали. Подождав ещё полчаса, мы погнали коней и вскоре присоединились к общей группе. К моему удивлению, в нашей группе оказался новый разумный, человек по имени Амир Кунак. Это был тот следователь из мэрии, который вёл расследование гибели барона де Гадос. Следователь отказался подделывать материалы следствия по указанию Наместника. Она хотела, чтобы в материалах расследования я был бы назван убийцей и обвинён в преступлении против Короны. За этот отказ Лазорина де Романо открыла настоящую травлю следователя, были убиты его жена и дочь, а сам он вынужден был скрываться в доме герцогини де Брюлен. Для меня это ничего не меняло, более того, я должен быть очень благодарен этому человеку.

— Господин Кунак, я приглашаю вас ко мне в усадьбу в гости. Я с удовольствием возьму вас на службу по вашей специальности, если вы этого захотите, — при этих моих словах герцогиня с облегчением вздохнула, видимо, не была уверенна в моей реакции на незнакомого разумного.

До Трёхречья шли боевой колонной: в середине колоны карета герцогини, с ней в качестве нянек Ирена и Розалия. Остальные верхом, маги перед каретой и за ней, мои бойцы — авангард и арьергард. Мы с лейтенантом во главе колонны, я периодически смотрю «Сканером» обстановку вокруг колонны, особенно при приближении к закрытым участкам дороги. Амир Кунак, экипированный как обычный наёмник, присоединился к нашей военизированной группе девятым членом команды. Точнее, лейтенант и семь бойцов, это вместе с Амиром, это боевая группа, а я весь из себя такой начальник. Иногда прошу маркизу или графиню прокатиться верхом, сам сажусь в карету, и беседуем с герцогиней.

Во время одного такого разговора, она меня спросила:

— Ты совсем не интересуешься моим ребёнком, неужели тебе это безразлично?

— Я знаю, что ребёнок — мальчик, то есть сын, одарённый, назвали почему-то именем, похожим на эльфийское — Микаэль. Он маркиз, будущий герцог, а я барон, так что я не достоин ему даже задницу подтирать. У вас для этого есть графиня и маркиза. Если позволите, будет расти и воспитываться вместе с моей дочерью, а нет — значит, нет. А вот сюсюкаться с малышами я не умею, точнее говоря, мне это не нравится. Жена меня всё время одёргивает, говорит, что с ребёнком общаюсь, как с взрослым разумным, и отбирает у меня дочку.

Когда я произнёс «…то есть сын…», Ириана вздрогнула и посмотрела на меня. Но дальнейшая моя речь её успокоила, а я для себя всё понял, это мой сын. Зачем это было нужно Ириане, я не знаю, и спрашивать никогда не буду. Чего не знаешь, о том не проговоришься!

Хотя Туран — виртуозный кучер, карета всё же замедляла наше движение, поэтому в Трёхречье прибыли только на четвёртый день. Хотели передохнуть полдня, но пошёл дождь, и лил он два дня. Все уже стали уставать от безделья, всё было приготовлено к выезду, и когда на третий день выглянуло солнышко, мы тронулись в путь. Эти две ночи Ирена провела в моей комнате. Мне, как владельцу Трёхречья, Туран сделал отдельную комнату в своём доме, и на неё ни кто не претендовал. Узнав, что Анейра родила ребёнка, девушка прошептала «Я тоже хочу!». Это было ещё возле Загорска, а вот теперь она спешила реализовать этот план, и у меня язык не повернулся её как-то отговаривать.

Туран обзавёлся парой надёжных помощников. Один из них, охотник и знаток предгорий, поедет с нами до спуска со второго перевала. Теперь из Загорья есть конный путь, минуя опасное ущелье, но пока здесь командует Наместник Короля Лазорина де Романо, никто, кроме моих разумных, об этой дороге знать не должен.

Пока два дня бездельничали, заставил моих магов и помощника Турана, со способностями плотника, сделать специальную люльку для ребёнка. Люлька вешалась на грудь взрослого и нижним краем упиралась в луку седла. Ребёнок мог в ней лежать, полулежать, сидеть. Размер крепления сделали с запасом, чтобы можно было одеть и на мужчину. Все детали я укрепил магией и за то, что люлька выдержит дорогу, можно было не беспокоиться.

И ещё я сделал одну важную вещь, я нарисовал карту, точнее несколько карт. В более мелком масштабе карту Загорья и две карты переходов из Загорья в Росинское королевство: через ущелье и через наши перевалы. А в более крупном масштабе — карту баронетства Трёхречье. Дело в том, что я обнаружил ценнейшее свойство моего биокомпьютера, Компа. Он в точности мог воспроизвести мой путь, пройденный ранее, с точным указанием расстояния и направления в каждой точке движения. Главное ограничение заключается в том, что вся информация должна быть получена лично мной, путем прохода или проезда по нужной территории. Точнее говоря, я мог нарисовать не карту, а кроки моих передвижений. Но будучи наложенными на общий рисунок территории, эти кроки сразу превращали часть рисунка в карту, так как в этой части, где я прошёл или проехал, появлялись ориентиры с учётом точного масштаба и точных направлений. Карту той долины в северном направлении, где растёт Дерево Жизни, рисовать не стал. Не дай Сияющий, попадёт не в те руки!

Турану и охотнику дал задание уточнять и дополнять эти карты. Оставили им трофейных лошадей и два арбалета с комплектами болтов.