Тмутараканский лекарь (СИ) - Роговой Алексей - Страница 76

Внезапно посреди трапезы двери распахнулись, и в столовую зашел улыбающийся брат Василий. После окончательного выздоровления он решил остаться в Печерской обители набираться премудрости у отца Агапита.

— Мир вашему дому! — поклонившись присутствующим, сказал он.

— С миром принимаем, — ответил, встав из-за стола, хозяин дома Кудеяр. — С какими вестями к нам пожаловал: с добрыми аль худыми?

— А у меня и такие, и другие вести имеются. А вообще-то я по делам в Чернигове. Меня отец Агапит послал. Но вначале я решил навестить старых друзей, а вы как раз все здесь.

— Ну тогда присаживайся за стол, отведай, чего Бог нам на охоте послал, — пригласил друга Матвеев. — Не отказывайся от дичи, как раз сейчас Светлая седмица, пост закончился. А тем более — ты же путешествующий.

Перекрестившись, брат Василий сел за стол и с аппетитом схватил немаленький кусок мяса.

— Что в стольном граде нового деется? — спросил Мстислав, когда пришедший осушил большую кружку пива. — Начни с добрых вестей.

— Слыхал я от нашего игумена отца Феодосия, что скоро в Печерский монастырь должен приехать наш учитель — отец Никон. Он об этом в грамотке написал. Так что скоро мы вновь его увидим.

Сергей, Тихомир и Артемий переглянулись и улыбнулись друг другу.

— А теперь о недобром. В Киеве царит умопомрачение, — схватившись за голову, продолжил рассказ Василий, активно жестикулируя. — Прознал каким-то образом Всеслав Чародей, что князья Святослав и Всеволод заключили союз с половцами и летом вместе собираются отбивать Киев. А до лета-то осталось всего ничего — полтора месяца. Так что он теперь приказал в срочном порядке укрепить городские стены, собрать все припасы в детинце. А ведь урожая-то еще не было — только посевная недавно прошла. Но самое главное — что теперь его соглядатаи шныряют по домам, ищут противников этого супостата и тащат их в пыточную. Весь Киев стоном истязаемых наполнен.

— Чует Чародей, что конец его близок, — отозвался Мстислав. — Пусть немного еще потерпит киевский люд — скоро мы придем ему на помощь.

— Да, что-то мы засиделись без дела, — потянулся Ергар. — Хочется уже и в поход сходить.

— Тем более Киев — город богатый, — подмигнул ему Сигурд. — Ежели на щит его возьмем, можно неплохо поживиться…

— Вот то-то и оно, — помрачнев, сказал Василий. — Сколько еще крови христианской прольется…

— Тем более, что у Всеслава есть еще как минимум месяц в запасе, — задумчиво сказал Сергей. — За это время он может и свою полоцкую рать в подкрепление призвать. А значит, битва будет еще серьезнее.

— Вот поэтому отец Агапит меня и отправил в Чернигов — закупить здесь лечебные зелья, которых нет в Киеве. Ведь скоро много раненых с обеих сторон предвидится. И хоть есть еще время в запасе, но лучше заранее быть готовым к опасности.

Все с ним согласились и продолжили трапезу.

Тем временем в Киеве князю Всеславу доложили, что встречи с ним добиваются три таинственных незнакомца в восточных одеждах. Их придирчиво обыскали, оружия при них не нашли. Они настаивали на скорейшей встрече с князем. Всеслав отослал всех лишних людей, а сам с парой телохранителей и двумя своими верными боярами — Вышатой Остромировичем да Белояром Чаславичем, кому был обязан своим освобождением, встретил гостей в просторных великокняжеских палатах.

Он сидел, поправившийся после плена и одетый в нарядную одежду, на троне, который еще недавно принадлежал врагу его рода — князю Изяславу и внимательно смотрел в лица вошедших. Все трое действительно были чужеземцами. Об этом красноречиво говорили их пестрые халаты, красные сапоги с задранными вверх носками, чалмы на головах и черные курчавые бороды.

— Да прибудет на тебе благословение Всевышнего, великий киевский князь, — начал старший из послов, опиравшийся на серебряный посох с искусной резьбой. — Мы — послы великого кагана Новой Хазарии Исхака бен Завулона. Пришли заключить с тобой договор о мире, дружбе и торговле.

— Новой Хазарии? Первый раз слышу. — Всеслав вопросительно посмотрел на своего первого советника Вышату. Тот в недоумении пожал плечами.

— Хазария же была уничтожена век тому назад моим предком — князем Святославом, — подумав немного, сказал Всеслав.

— Немудрено, великий князь, что тебе неведомо о нашем государстве. Оно только начинает возрождаться. Но скоро о нем снова заговорит весь мир. Хвала Всевышнему и мудрости нашего кагана, подобного древнему царю Соломону, мы снова взяли под свой контроль Волжский торговый путь и договорились с кочевыми племенами по всей его протяженности. А вскоре и по всему Великому Шелковому пути будут стоять наши караван-сараи, — Посол махнул рукой одному из своих спутников. Тот открыл ларец, наполненный дорогими тканями и украшениями. — Взгляни на наши дары — это шелка из далекого Китая и персидские самоцветы. А вот кинжал из очень прочной индийской стали, — и он протянул кинжал с волнистым синеватым лезвием.

— Богатые и щедрые дары, — удовлетворенно сказал Всеслав. — И чего же вы хотите этим добиться?

— Твоей дружбы, великий князь. Когда-то сто лет назад наш недальновидный каган недооценил Русь, и Русь нанесла ему смертельный удар. Времена поменялись. Каган Исхак считает, что торговать — лучше, чем воевать. Давай заключим союз — ты поможешь нам справиться с нашими врагами, и золото бурной рекой потечет в твои сундуки. Тогда и ты сможешь победить всех твоих врагов.

— А если мы заключим союз, и на меня вскоре нападут, готовы ли вы будете помочь мне?

— Всенепременно, великий князь. Мы заботимся о своих союзниках. Тебе стоит только послать гонца в Итиль, и помощь прибудет. Военные чудеса, которые изобрел наш великий каган, помогли нам отбить притязания на наши земли и от хитрых хорезмийцев и от грозных волжских булгар.

— Что же это за чудеса такие? — с интересом спросил Всеслав, подавшись всем телом вперед на троне.

— Воины, не чувствующие ни страха, ни боли. Железные великаны, которых не берет ни меч, ни копье. И многое другое, неподвластное простому разуму. Поверь, великий князь, дружба с нашим народом может быть выгодной нам обоим. Взамен же нашего союза каган Исхак просит самую малость — уступи нам небольшой осколок нашей бывшей империи — Тмутаракань. С ней нас связывает давняя история. И мы никогда не забудем твоей дружбы, а наша совместная торговля будет процветать.

Всеслав взял перерыв для обсуждения этого важного вопроса со своими ближними боярами. Гостей тем временем сопроводили в гридницу, где для них уже был накрыт обед. Однако, они отказались от жареного вепря и ограничились только рыбой и вином.

— Что скажешь, Вышата? — обратился Всеслав к своему главному советнику, — Ты же был в Тмутаракани. Что там есть такого, что так нужно хазарам? Что посоветуешь ответить этим послам?

— Княже, нам сейчас нужны любые союзники. Ежели я верно разумею и они не врут, то у них теперь есть такая сила, которой отродясь ни у кого не было. А до Тмутаракани отсюда далече, ей вполне можно и пожертвовать. Тем паче, что она пока и так тебе не подчиняется. Думаю, стоит заключить союз с хазарским каганом, отправить своих послов в его столицу. Пущай своими глазами убедятся в этих военных чудесах.

— Так тому и быть! — воскликнул Всеслав и приказал позвать послов.

— Киевское княжество готово заключить с вами союз, благородные хазары, — торжественно объявил он. — Быть дружбе между нашей и вашей державой.

Писец запечатлел его слова на пергаменте и записал два экземпляра договора о заключении союза, один из которых передал хазарскому послу. По условиям этого договора в обмен на дружбу и военную помощь князь киевский Всеслав даровал права на град Тмутаракань и все прилегающие к ней земли хазарскому кагану Исхаку.

— Да хранит Всевышний тебя, мудрый князь, и да прибавит тебе много лет, — рассыпался в благодарностях старший посол. — Твое великодушие не знает границ.

— Как только вы готовы будете пуститься в обратный путь, — продолжал Всеслав, — я отправлю с вами своих людей, дабы вы добрались домой в целости и сохранности. А еще желаю, чтобы мои люди поглядели на ваши военные чудеса и в знак нашего союза купили бы у вас несколько таких великанов, да пару десятков солдат, про которых вы говорили.