Атомный пирог (СИ) - Конфитюр Марципана - Страница 64

— А! — сказала Джун. — Крутая шутка. Я ведь прям почти поверила.

Я по её взгляду попыталась разгадать, не шутит ли на самом деле она. Взгляд был какой-то растерянный. Не такой оптимистичный, как больнице. Никаких смешинок в нём я не заметила. Получалось она, правда, что ль, забыла и меня, и тот дурдом?..

— Короче, Ава это моя давняя подруга, — заявила Фанни. — Она очень крута! Не боится лазить по стенам гостиниц и помогла мне мой галстук добыть.

— Ты мне льстишь.

— Вовсе нет. В общем, Ава поживёт немного с нами… Пока Элвис к нам не выйдет, да?

— Мне стыдно вас стеснять. Надеюсь, мне всё-таки не придётся торчать здесь все десять дней. Я немного побуду, потом, если окажется, что он действительно улетел на Луну, уеду в гостиницу, а потом…

— Ой, — сказала Фанни. — Да не парься! Пока его не будет, мы можем попытаться перелезть через забор и надыбать там себе всяких сокровищ! Или там в его бассейне искупаться! Это всяко веселее, чем в гостинице.

— Ага, — подала голос Джун. — Бегать по его лужайке, кататься спиной по траве, по которой он ходит и садиться верхом на каменных львов возле его дома — это тоже очень даже развлечение.

— Это не ты ли мне рассказывала, как слушала его храп через стенку, снаружи дома? — внезапно спросила я Джун.

— А, так это ещё в прошлом доме было… Так, постой! А откуда ты знаешь про это?

— Я медиум.

— Вот шутница, да? — сказала Фанни.

— Слушай, Фанни, — я решила сменить тему. — Спасибо за возможность тут пожить у вас. Вот возьми, компенсировать неудобство.

Я протянула ей несколько долларов. Фанни ломаться не стала:

— О, классно! Знакомьтесь пока что. А я как раз сгоняю за едой.

Она исчезла. Мы с Джун остались в палатке вдвоём.

— И всё-таки, откуда ты знаешь про то, что я слушала его храп? — беспокойно спросила Джун.

— Ты сама мне рассказала в психбольнице.

— Быть не может!

— А ещё тебя очень интересует цвет свитера, который Элвис носит в сцене у бассейна в «Тюремном роке».

— Так ты, что, правда медиум?!

— Джун, ну ты что? Готова поверить во всякую чушь, но не в то, что лежала со мною в одной палате?

Джун вздохнула.

— Я не помню психбольницу.

— Мы в мае там были. Шесть недель назад всего лишь где-то.

— Нет… Не знаю… Не помню, что делала в мае… Помню, в конце апреля мы много ругались с родителями из-за моего увлечения Элвисом… Потом мы поскандалили так сильно, что я убежала из дома, познакомилась с Фанни и стала жить здесь… Но это был уже июнь… А что же в мае?

— В мае психбольница.

— Можешь рассказать мне, как там было?

Я рассказала Джун про нашу палату, про воду со странным привкусом, про дурацкие упражнения, Бинга Кросби, робомедсестёр.

— Иногда мне снится, что какой-то страшный робот надевает мне на голову кастрюлю и бьёт током, — призналась Джун. — Я понятия не имела, откуда это.

— Боже, бедная Джун. — Я её обняла. — Ты ведь ещё даже школу не кончила, верно? Вот сволочи! Они ставили на нас эксперимент. Самых удобных хотели использовать для своих дел, а у остальных просто-напросто стёрли память.

— Стёрли память! — повторила с удивлением моя соседка. — А для каких-таких дел нас хотели использовать?

Я на секунду задумалась: как бы начать?

Но тут в палатке появилась Фанни:

— Вышел!!! Вышел он! Бежим к воротам!!!

Я выскочила из палатки и кинулась обратно в воротам. Если раньше там было не протолкнуться, то теперь народу было словно в Москве возле продуктового! Не одно только пространство у ворот, но и их поверхность, и забор — всё полностью было покрыто девчонками и немного парнями: кричащими, визжащими, вопящими и, кажется, готовыми на всё. О том, что по ту сторону действительно находится интересующий всех человек, я догадывалась только по реакции фанатов: ни видно, ни слышно мне Элвиса не было.

Что делать? Я попыталась толкаться, проделывать себе дорогу к воротам локтями — не получилось. Толпа как песок осыпалась вокруг меня — и копать этот песок было бессмысленно. Получив несколько тычков, укусов и угроз вообще быть изгнанной отсюда за чрезмерное стремление взять первой то, что нужно всем, я утратила надежду протолкнуться по-нормально, как все. И с горя закричала что есть мочи:

— Элвис! ЭЛВИС!!! У МЕНЯ ТЕБЕ ОТ СТАЛИНА ПОСЫЛКА!

Услышав этот вопль, толпа единогласно захохотала…

… Но в следующий миг замолчала, увидев, как охранники велят ей расступиться, а железные ворота открываются со скрипом.

— У кого там посылка? — Услышала я из-за множества спин лучший голос на свете. — Иди сюда, детка!

Оказавшись по ту сторону забора, я почувствовала на себе взгляд самых красивых на свете глаз, увидела обращённую к себе самую обаятельную в мире улыбку, услышала «Привет», произнесённое именно для меня так чувственно и так нежно, что почва ушла у меня из-под ног. Это не шло ни в какое сравнение с кривлянием агента, забиравшего меня их психбольницы! Одно лишь то, что Несравненный находится на расстоянии вытянутой руки и беседует только со мной в этот миг, привело меня в такой восторг, какового я не в силах была выдержать. Ворота закачались, белый дом со львами заплясал вокруг меня. В животе взорвалась атомная бомба.

А небо было ясным-ясным, ну ни облачка…

73. Я вижу голую задницу

Я очнулась на белом диване. С одной стороны от меня были тяжёлые красные шторы, с другой — длинный журнальный столик из тонированного стекла, а за ним — два кресла у камина. В ногах виднелась тумбочка со стоящей на ней бело-золотой настольной лампой, чья опора состояла из стоящих друг на друге золотых же шаров. Чуть дальше была украшенная занавесями арка, за которой начиналась уже следующая комната. Из-за арки выглядывал белый рояль — очевидно, что не из дешёвых.

Мысли мои так перемешались после обморока, что в первую секунду я вообразила, что опять в Москве, в гостинице — ну где ещё такую роскошь можно встретить? Но когда надо мной нависла восхитительная физиономия Элвиса, я мгновенно поняла, где нахожусь.

— Вы в порядке, мэм? — спросил он. — Где посылка?

На этот вопрос ответить не смогла, потому что завизжала от восторга и выбросила вверх обе руки, пытаясь дотянуться до игриво растрепавшихся волос, которые так много раз видала на фотографиях, но ни разу в жизни не потрогала. Элвис ловко отскочил, перехватил одну из моих рук и произнёс:

— Спокойно, мисс! Не надо так кричать. Просто скажите мне, где…

Что он дальше сказал, я не слышала, так как от его прикосновения пришла в такой экстаз, что снова отрубилась.

В следующий раз я очнулась на том же диване. Только рядом бы не Элвис, а — вы не поверите! — мамушка, толстая старая негритянка из кино «Унесённые ветром»! Понятия не имею, где он взял прислугу, похожую, как две капли воды, на эту актрису! Впрочем, от неё я не фанатела, так что нашла в себе силы обратно не вырубаться, а даже принять вертикальное положение на диване.

— Мэм, — сказала негритянка. — Где посылка?

— Сожалею, — ответила я, — но мне велели отдать её мистеру Пресли в собственные руки.

Мамушка закатила глаза.

— Чёрт возьми, я и есть мистер Пресли! Я принял этот облик, чтоб вы слишком не визжали и чтоб в обморок не падали.

— Что за шутки?! — воскликнула я — Слушай, как тебя там, ты, зови хозяина!

— Да я и есть хозяин, — повторила негритянка. — Я встретил тебя у ворот. Ты упала. Принёс и сюда положил. Ты опять отключилась. Да я это, я! Ну!

— Элвис… ты?

— Я, я. Давай посылку.

— Так ты, что, можешь облик менять?

— Само собой. Джо умеет, ну, а я чем хуже?

— Какой Джо? Эспозито?

— Фу-ты ну-ты! Джозеф Сталин, разумеется! Ведь он тебя прислал?

— Да… Он…

— Так чему ж ты удивляешься?

— А как не удивляться, если кто-то заявляет, что в другого человека превратился?!