Миллион миров (СИ) - Карелин Антон - Страница 137

— Ух ты, — тихонько произнёс Одиссей.

И всё вокруг вернулось, словно ничего особенного не произошло. Пылинки погасли, устремившись в невидимый полёт, Чернушка налилась тьмой, ящерн пошевелился, слегка хрустнув сегментами брони, Ана закончила улыбаться, а Фазиль разводить руками.

— Внимание, — сказал Гамма. — Фиксирую полную потерю управления над всеми системами корабля.

Все, кроме Фокса, напряжённо замерли, а тот, утерев вспотевшее лицо, сказал:

— Всё в порядке. Это просто секундный эффект.

— Управление восстановлено.

— Что это было? — удивилась Ана.

— Послание с наградой. Я, правда, не очень понял, что именно. Но сейчас узнаем.

— Входящий пакет статуса, — сказал Гамма. — Отправитель: Великая Сеть.

— Великая Сеть? Напрямую? — поразился Фазиль.

— Принять послание?

— Прими.

Все ждали, затаив дыхание, даже Трайбер был впечатлён.

— Одиссей Фокс: получен привилегированный статус и программа действий. «Мусорог»: получен привилегированный статус технического обслуживания.

— А! — воскликнула Ана. — Они сделают «Мусорогу» полный ремонт за свой счёт! Это же круто. Но что для Одиссея, я не поняла?

— Гамма, что там за программа действий?

— Прохождение на судне «Искатель» через каскад врат «Семиречье».

— Мамочки! — после паузы всплеснул руками Фазиль. — Это особый круиз невозможно-элитарного уровня. Пролететь по отдельной ветке ВС через семь лучших в галактике миров! Проплыть по семи рекам — и увидеть красоты, недоступные глазам обычных смертных. Глава моей бывшей корпорации пытался купить этот круиз за баснословную сумму, всем работникам урезали годовые премии, сверху донизу только и обсуждали, что «Семиречье»! Но он всё равно не смог. Ему не продали.

— Что значит лучших, — скептически удивилась Ана. — С какой стати они уверены, что лучшими будут именно их семь миров?

— «Красота», — очарованно произнёс Одиссей, вспоминая слова Основателя. — Это дар за спасение врат.

Но что за понимание? И о какой возможности говорил мордиал? На эти вопросы пока не было ответа. Вдруг яркая догадка кольнула его изнутри.

— Гамма, как выглядит «Искатель»? Покажи!

И перед ним возникла торжественная платформа, накрытая прозрачным силовым куполом, одновременно корабль и императорский гостиничный номер, созданный специально для людей. Все уставились на это чудо круизной роскоши, но Одиссей уже видел её вживую. Когда, раздираемый сомнениями, шагнул в будущее и подсмотрел, как они с Аной целуются обнажённые в переливчатом свете водопадов из звёзд.

Волосы Аны вспыхнули, когда она поняла. Вишнёвый цвет и розово-алые отблески прошлись по её голове, щёки запылали одновременно радостью, волнением и стыдом.

Одиссей осознал, что не может просто взять и позвать её с собой! Ведь это означает неизбежность любви, что они обязаны быть вместе, что она обязана отдаться ему. Чёрт возьми, как же всё-таки опасно знать будущее.

Но ведь можно и не волноваться — чему суждено, всё равно произойдёт? Они с Аной обязательно будут на той платформе: вместе, вдвоём. От этой мысли Одиссею стало так хорошо, что он на секунду забыл, что вообще происходит, забыл, что ему требуется что-то сказать.

Ана смотрела на него пронзительным вопрошающим взглядом, её чуткие эмо-волосы и расширенные глаза ловили каждую эмоцию на лице Одиссея.

— Как мы можем пропустить звёздные водопады и отказаться от красоты семи миров? — он развёл руками, улыбаясь искренне и с надеждой. — Пожалуйста, Ана, летим со мной.

Подвижное, эмоциональное лицо принцессы дрогнуло одновременно в смущении и улыбке.

— Полетим, — тихонько согласилась она.

✦

С древнейших времён история человеческих свиданий совершила немалый путь по маршруту туда-сюда-обратно — и в итоге осталась примерно на том же месте.

Речь не о диких веках, когда злой неандерталец бил недостаточно быстроногую кроманьонскую женщину дубиной по голове, хватал её и тащил в ближайшую пещеру. Или непритязательный кроманьонец нащупывал в темноте пещерного комьюнити мать своих будущих детей. В те времена было не до свиданий. Хотя отдельным счастливчикам выпадала возможность погулять вместе и полюбоваться красотой, которую дарит мир. Но в целом древняя жизнь была опаснее, короче, куда мучительнее — и градус романтики стремился упасть ниже нуля.

В более развитые века свидания стали тем, чем должны: приятной и равноправной (или нет) формой знакомства и сближения людей. При этом каждая эпоха считала своим долгом добавить хотя бы одно ключевое нововведение. Железный век подарил нам брак — конечный итог свиданий. Бронзовый презентовал украшения и подарки, которые сделали встречи и приятнее, и полезнее. Эпоха рабовладения принесла целый паланкин классового и гендерного неравенства (в обе стороны) и породила древнейшую из профессий, для которой свидания — это работа, пусть и не всегда оплаченная.

Античность из сплетённых в эросе тел изваяла Любовь, придав им эстетику и философский настрой. Феодализм прикрыл своё истинное лицо невероятным расцветом куртуазии, которая затмила реальное положение вещей. Ренессанс объяснил влюблённым важность добра и гуманизма, внимания к чувствам и мыслям друг друга. Буржуазный век привнёс небывалую свободу: вдруг оказалось, что свидания не обязаны вести к браку или даже к сожительству; минуточку, а о чём думали все предыдущие века?!!

Эпоха победившего равноправия открыла глаза широких масс на то, что уже было известно узким: формулой успешного свидания может быть не только м+ж. Век цифровых технологий инсталлировал новые формы: от романтичной удалёнки до разнузданного вебкама.

В столетие аугментизма люди стали плодить и размножать вариации внешнего вида и добавлять своим телам новые интересные функции. Свидания в эти времена стали напоминать этнографические экспедиции: каждый новый знакомый был представителем ещё не изученной, но уже получеловеческой расы. Один превращал себя в эльфа, другой ставил эмпатический уловитель, чтобы лучше чувствовать партнёра. Третий подключал новые эрогенные зоны, четвёртый добавлял себе пару силиконовых тентаклей — вещь полезная, в хозяйстве всегда пригодится. О, это было время расцвета экспериментов. Тогда появились и почти забытые ныне эмо-волосы.

Следом пришла эпоха ментосфер. Начавшись как топорные технические матрицы, они быстро превратились в миры полного погружения, которые создаёт программа, но оживляет и делает по-настоящему реалистичными сам человеческий мозг. Тогда же в головах людей заработали не техно-чипы, а живые микромашины — нейры. Это был истинный прорыв: мента подарила людям такие возможности, в сравнении с которыми всё предыдущее меркло. Стало можно конструировать целые реальности, полные впечатлений, и переживать их, не покидая вирт-капсулы.

Это перевернуло сферу свиданий. Удалённый секс, неотличимый от реального? Романтический ужин на вершине Эвереста? Джакузи в лаве? Поцелуи в открытом космосе или жаркий секс посреди толпы — на глазах у ботов, а то и реальных зрителей? Свидания стримеров, к которым могло напрямую через нейр подключиться полмира и пережить вместе с главными героями изнутри? А может, создать ИИ-партнёра и постепенно обучать его или её, делая всё более человечным? Да пожалуйста — развлекайся, юзернейм! Казалось, сейчас мир изменится до неузнаваемости. Однако виртуальность не обесценила всё старое, а наоборот, сделала реальные вещи важнее и дороже. Когда в менте ты можешь выглядеть идеально, пить лаву и летать, несовершенства и ограниченные возможности оффлайна воспринимаются уже по-другому. В общем, при всех изменениях формата, жизнь осталась прежней.

В эпоху первой космической экспансии земляне убедились в существовании планетян, встретились со множеством чужих рас и крепко вписались в межзвёздное братство. Романтические интересы людей стали неуклонно расширяться, а формула свиданий превратилась в разношёрстный многочлен. Расцвела культура платонической любви и менто-обмена. И даже это не привело к концу света — хотя немало пронзительных голосов убеждали, что он вот-вот настанет, ведь ни в коем случае нельзя любить мохноногого шурримца, это конец всему! Но нет, пронесло.