Повелитель Рун. Том 4 (СИ) - Сапунов Илья - Страница 64

— Ты о чем? — юноша повернул голову в её сторону.

— Я о противниках испытания, — девушка вздохнула, — трудно поверить, что эти твари где-то существуют.

— Не понял? — Дорен с недоумением приподнял брови.

— Э? Ты разве не знаешь?

— Не знаю что?

— Ну эм, все это испытание, — Селена развела руками, — создано из наших воспоминаний. Потому-то здесь все окружение как будто бы слеплено из разных кусков. И так как опыт учеников не слишком богат, заклинание использует вдобавок и память учителей, воссоздавая необычные места и всевозможных чудовищ, которых они встречали. Хотя все же приоритет отдается памяти учеников, все-таки испытание рассчитано на них.

— Ты это как выяснила?

— Услышала от своего мерзкого брата.

— И даже наши с тобой воспоминания могут здесь… ожить? — Дорен нахмурился.

— Вроде бы да? Но ведь это ерунда, разве нет? В моей памяти ведь нет совершенно ничего опасного.

«Какого черта мне никто не упомянул эту «маленькую» деталь?! Как только встречу Элису с Хиной, выпорю обеих.»

Всего мгновение назад Дорену казалось, что иллюзия вряд ли сможет его удивить, но на деле, реальность снова щелкнула парня по носу.

— А у тебя? — Селена вопросительно посмотрела юношу. — Помнишь что-нибудь эдакое?

— Ммм, трудно сказать. Не уверен, что мои воспоминания подойдут для испытания.

В голове юноши закопошился мерзкий червячок сомнений. Он не верил, что иллюзорная формация сможет вытащить наружу всю его память, но этого и не требовалось, за одну только вылазку в Тайные Земли Дорен повстречал столько угроз, что их с лихвой хватило бы на всех участников испытания.

«Надеюсь у этой иллюзии есть ограничения, и слишком сильных противников она материализовать не способна. Иначе все может закончиться довольно печально.»

Скорость их передвижения постепенно замедлялась. По мере того, как участники все ближе приближались к центру, стычки между группами учеников происходили все чаще. Но паре Дорена и Селены катастрофически не везло. Никто из тех, кто встретился им по пути не изъявил желания присоединиться к их группе. Точнее, несколько желающих все же было, но те были настолько истощены и ослаблены, что уже сам юноша не хотел брать их с собой.

— Разве одна из задач испытания не проверка командной работы? — когда парень без зазрения совести добил раненого ученика Восточной башни, пытавшегося навязаться им в попутчики, девушка все же решила уточнить.

— Так я не против команды, — Дорен пожал плечами. — Но балласт брать не намерен. Ты его видела? Мана на нуле, нога изодрана, он бы нас сильно замедлил. Это лучшее, что мы могли сделать.

— Но в реальности…

— Это не реальность, — юноша хмыкнул. — Кто-то скажет, что мы должны вести себя так же, как вели бы себя в реальных условиях, но я скажу, что это чушь. В реальности у тебя над головой нет этого, — парень ткнул пальцем в собственную звезду в небе. — Так что изображать сострадание и благородство бессмысленно. Тем более, уж прости за прямоту, мы и так похожи на легкую цель, ты ведь тоже не слишком много пользы приносишь. Я пришел сюда не для того, чтобы нянькой быть.

— Но я… — Селена смущенно покраснела.

— Не бери в голову, — Дорен махнул рукой. — Это я так. Я помогаю тебе, потому что сам хочу. Я тебя в этот мир втянул, так что в некоторой степени чувствую ответственность. С твоей проблемой мы разберемся.

— Спасибо, — девушка с благодарностью кивнула.

— Но все же самое главное, я хочу, чтобы ты не забывала, что это не что-то само собой разумеющеюся. Рассчитывать на помощь того, кто сильнее тебя не зазорно, но только если ты и сам изо всех сил стремишься стать сильнее. Я знавал много людей, которые с удовольствием были готовы сесть тебе на шею и свесить ноги при малейшей возможности. Это я к чему, раненых и неспособных сражаться, мы с собой брать не будем.

— Понятно, — Селена кивнула.

Очередной кусок лесного массива неожиданно сменился открытой пустыней. Остановившись на песчаной границе, Дорен недовольно нахмурился.

— Что-то не так? — заметив его озабоченный взгляд, девушка тоже остановилась.

— Не нравятся мне такие открытые пространства. Этот участок выглядит заметно больше остальных. Будем здесь как на ладони.

Пустыня простиралась до самого горизонта. Даже на стыке биомов температура была ощутима выше, чем в лесу, а яркое солнце в небе, отражаясь от золотистого песка, казалось, светило со всех сторон.

— И вон еще смотри, высоту барханов видишь? — парень указал на песчаные гребни вдалеке. — За такими подъемами легко засаду устроить, мы до последнего не будем знать, прячется ли за ними кто-то или что-то, — чем дальше они забирались, тем хуже струны Дорена справлялись с разведкой. Магическое пространство становилось все более сложным и плотным, а качество иллюзии по мнению юноши стало ощутимо выше.

«Судя по всему, по мере продвижения участников к центру, формация перестает поддерживать целостность иллюзии по краям карты. Активная площадь уменьшается, снимая часть нагрузки с формирования, что позволяет усилить реалистичность оставшегося куска. Разумное решение. Я был бы не прочь взглянуть на то, как они это сделали.»

— Так что, мы вернемся назад? Или попробуем обойти? — после слов юноши, Селена тоже стала понимать серьезность проблемы.

— Возвращаться назад нет смысла, — Дорен покачала головой. — И обойти вряд ли получится, у этой зоны вообще границы может и не быть, — юноша прищурился, обдумывая варианты. — Придется идти. Пойдем в ту сторону, там барханов меньше. Будем еще осторожнее, — и прежде, чем девушка зашагала вперед, добавил, — больше внимания под ноги, снизу может выскочить все что угодно.

Активных звезд над головой постепенно становилось все меньше, и в какой-то момент частота, с которой огоньки участников гасли, стала просто пугающей.

— Что же их убивает? — смахнув тыльной стороной ладони крупные бисеринки пота со лба, Селена напряженно вглядывалась в небо.

— Я думаю, будет лучше, если мы об этом не узнаем, — Дорен невесело хмыкнул.

Однако, словно ему в насмешку, песок под его ногами брызнул фонтаном, и на юношу с хищным скрежетом бросилась уродливая насекомоподобная тварь. Мощные жвала щелкнули всего в нескольких сантиметрах от лица парня, но лучший момент для атаки был уже упущен. Не моргнув глазом, Дорен резко отпрыгнул назад, одновременно ткнув копьем в морду уродливого зверя. Серебристая кровь брызнула во все стороны, чудовище протяжно захрипело, его хитиновые лапки в последней конвульсии судорожно дернулись, стремясь напоследок достать убийцу, но спустя всего несколько секунд тварь обмякла, лишившись жизни.

«А вот эта дрянь уже выглядит знакомо.»

Щелкун, агрессивная членистоногая тварь, точно такая же как те, что вволю порезвились в Ортисе, когда их вместе с куском Тайных Земель перенесло на улицы города, неподвижно лежала перед юношей.

«Значит, в мою голову тоже залезли. Это плохо. Но хорошо хоть, что формация воплотила далеко не самую опасную нечисть из моей памяти.»

— Что это? — заметно побледневшая Селена крепко сжала кулаки. Она не сомневалась, что окажись она на месте юноши, то не успела бы вовремя среагировать на нападение, и вполне вероятно была бы уже мертва.

— Это проблемы, — Дорен устало вздохнул. Хотя щелкун и не был слишком опасным для опытного бойца, одну крайне важную деталь в его поведении парень успел усвоить крепко: эти хищники не охотились в одиночку.

В ту же секунду, песчаное море гневно всколыхнулось. Резкие пронзительные щелкающие и скрежещущие звуки разорвали тишину и десятки одинаковых тварей выскочив из ближайшего бархана бросились к парочке.

— Держись ко мне поближе, но старайся не попадаться под руку, — юноша стиснул зубы и перехватил копье поудобнее. Схватка обещала быть жаркой.

Глава 31

Владение любым холодным оружием всегда начинается с долгих и утомительных повторений. Десять, сто, тысяча, десять тысяч, в самых простых движениях всегда крылась максимальная эффективность. Дорен многие годы назад перешагнул ту грань, после которой вдумчивое сражение перерастает в чистейший боевой инстинкт. Его навык боя, выросший изначально из рефлексов и интуиции, оброс лучшими стилями, грамотным позиционированием, анализом врага, а затем вновь стал рефлексом, но уже в бесчисленное множество раз более смертоносным, чем раньше.