Три товарища (СИ) - Селютин Алексей Викторович - Страница 75

— Ну так а я ж о чём. Ротик такой пухленький. Губки нежненькие. Наверное, классно сосёт.

— Ха-х! Ты только об одном и думаешь.

— Надо же как-то отвлекаться от трудов ратных. Надоели простушки.

— Такую голыми руками не возьмёшь…

— Ещё как возьмёшь, — капитан Воропаев нисколько не сомневался в собственных способностях добиваться успеха. Он уламывал недотрог куда более стеснительных. — Да и вообще правильно говорят: грамотно зафиксированная женщина в предварительных ласках не нуждается. Никуда не денется. Поддастся шарму.

Никита и Алексей прекрасно слышали весёлый разговор. И уловили его суть. Они очень хорошо знали, кто таков капитан Воропаев и что из себя представляет. Он был одним из лучших пилотов на базе и самым большим любителем "кисок". Несмотря на два брака, и двух детей от двух браков. Он сам не раз хвастался своими добрачными и внебрачными похождениями. Секс для него был так же естественнен, как пища. И так же необходим. Он, не стесняясь, это признавал.

Но, наверное, он никогда не задумывался, что есть люди, которым всё даётся не так легко. Кто не гвардейских статей, кто плохо ориентируется в социуме, кто не умеет лишь с помощью улыбки покорять сердца впечатлительных дам. Наверное, он считал, что может брать всё, что пожелает. И не испытывал при этом угрызений совести.

К таким выводам об этом человеке пришёл Алексей после первых недель знакомства. После лёгкого конфликта в самом начале, он с ним никогда не пересекался. Видел время от времени крепкого капитана на теоретических занятиях и у тренажёров, но ни в диалог не вступал, ни подружиться не пытался. Они словно существовали в двух параллельных мирах.

Но сейчас их миры пересеклись. Алексей сразу понял, кто, что и о чём говорит. Понял, кто "дюймовочка", понял, кто "хоббит". И понял, какая опасность грозит его другу, если "ходок" действительно решит взяться за дело. Нет, он не боялся, что Илье будет причинён физический вред. Он боялся, что у Воропаева действительно что-то получится. Что Василиса не сможет устоять перед таким образцовым самцом. И если это случится, если у его застенчивого друга перехватят девчонку, на которую он по-настоящему запал, произойдёт катастрофа. И отразиться это может на Илье совершенно по-разному. Вплоть до полной утраты мотивации и, соответственно, депрессии. Особенно сейчас, когда он лишился самого близкого человека.

Алексей почувствовал, как тот самый гнев, который ему всегда удавалось с трудом сдерживать, опять сжал его в своих объятиях. Как сложились пальцы в кулаки, как заскрипели зубы, как пошёл пар из ушей. И он, несмотря на недомогание и лёгкую головную боль, принял решение закрыть этот вопрос здесь и сейчас.

Прыжок он совершил прямо со стула. Рисовые зёрнышки разлетелись по всему полу, когда крепкое плечо врезалось в не менее крепкую спину.

— Эй, ты что! — успел выкрикнуть кто-то.

Но Алексей уже обхватил чужой торс, сжал руки в "замОк" и провёл великолепный приём: почти сто килограмм элитного мяса перелетели через стол и распластались на полу.

— Сука! Хоббит? Я тебе сейчас твоего "хоббита" оторву!

Офонаревший Воропаев не успел защититься от кулака, прилетевшего в морду. Удар его потряс. Он попытался выставить перед собой руки, но получил ещё один удар. Прямо в нос. Боль была адской, а глаза начали слезиться.

— Слезь с него, придурок! — ещё один пилот, быстрее всех отошедший от шока, бросился к нависавшему над Воропаевым Телегину.

Тут уже подключился Никита: он схватил со стола алюминиевый поднос и со всего размаху врезал инициативному помощнику.

— Ай, б…ть!…б твою мать, ты что творишь-то!? — помощник рухнул на пол и схватился за лоб.

Но на помощь уже спешили другие.

— Стоять! Стоять на месте! — заорал Никита, размахивая подносом, аки дубиной. Сейчас он был зол не меньше Алексея. Он не считал себя дураком и уши регулярно чистил. Он всё слышал и сам был готов поставить Воропаева на место. Но не успел — это сделал кто-то более решительный и менее сдержанный. — Каждому врежу, кто полезет!

— Вы что творите, малолетки!? — закричал вскочивший Юрий Гринёв. От неожиданного зрелища он буквально остолбенел. Ничего подобного он не видел за все годы службы. — Совсем с ума посходили?

Но всё же он смог быстро взять себя в руки и бросился на помощь. Вместе с остальными обезвредил Терехова: помог повалить пацана на пол, помог отобрать поднос и скрутить по рукам и ногам.

Но второй малолетний неадекват всё ещё беспредельничал. И Юрий поспешил к нему.

— Пошёл вон, козёл! — отбрыкнулся от Гринёва Алексей, когда тот подскочил. А затем правой рукой вцепился в пах ослабевшего Воропаева и сжал пальцы.

— О-о-о-о-ох! — тот скривился от боли.

— Мразь, если ты бросишь хотя бы взгляд на девушку, я тебе стручок пополам переломаю и яйца вырву! И сосать тебе больше никто не будет. Понял меня? Не подходи ни к ней, ни к Илье!

— Оттяните его! Оттяните! — за спиной Алексея собралась толпа. И там уже присутствовали достаточно решительные ребята. Они вместе набросились на него, оторвали от Воропаева и принялись безжалостно крутить руки. — Держите! Держите!

— Полиция уже рядом. Не выпускайте обоих!

Шум и гам прекратился лишь тогда, когда в столовую нагрянули озадаченные полицейские. Их понабежало с десяток во главе со старым знакомым капитаном. Тот крайне быстро сориентировался в обстановке. Осмотрел поле боя и заметил стонущего на полу детину, вцепившегося в собственную промежность. Затем выслушал торопливые рассказы охреневших пилотов, сурово уставился на уже знакомых вындеркиндов и поднял руку, требуя тишины.

— Как я понял, свидетелей предостаточно?

— Один придурок подносом размахивал, второй на капитана набросился…

— Конфликт Телегин начал, — зло скривившись, Юрий Гринёв посмотрел на Алексея. После полученного удара ногой в живот он едва сдерживался, чтобы прямо сейчас не засадить ногой в ответ. — Даже не конфликт — драку! Тут все всё видели.

— Понятно, — капитан военной полиции приказал своим бойцам взять подозреваемых под контроль и добавил. — В наручники их. Обоих.

Алексей, уже немного остывший, печально посмотрел на лежавшее и стонавшее на полу тело, а затем, словно извиняясь, повернулся к Никите. Он не жалел о своём поступке. Он жалел, что втянул друга. И понимал, что теперь достанется обоим.

Но Никита, несмотря на опасения Алексея, тоже ни о чём не жалел. Кто-то должен был поставить этого подонка на место. Он действительно мог причинить немало вреда, если бы оказалось, что за хвастливыми словами стояло нечто большее, чем просто слова. Его надо было остановить. И единственное, о чём сейчас жалел Никита, стоя в наручниках под осуждающими взглядами товарищей по лётному делу, что не он первый поборол нерешительность. Что не он первый справился со страхом. Он был уверен, что, в отличие от него, Алексей не раздумывал долго. В его голове не пролетели со скоростью света панические мысли о том, как подобное поведение может отразиться на карьере. К чему может привести решение здесь и сейчас разобраться с мерзавцем, который планировал испортить их другу жизнь. Он просто действовал, потому что это было правильно.

И сейчас Никита думал лишь о том, что поддержит Алексея в любом случае. Что бы не рассказывали свидетели, он станет на его защиту. Даже примет на себя часть вины, если будет в том потребность. Он станет с ним рядом, как обязан поступать всегда.

В столовую проскользнул медик и кинулся на помощь пострадавшему. Тот лишь тихо стонал и сплёвывал кровь из разбитых губ.

Алексей услышал, как рядом чересчур громко хмыкнул капитан Гринёв. А когда посмотрел ему в глаза, увидел удовлетворённую улыбку.

— Ну вот и всё, сосунок, — никого не стесняясь, презрительно сплюнул тот. — Теперь тебе точно конец.

Глава 29. Алексей

Лейтенант Телегин Алексей Сергеевич. Два дня спустя. День.