Совершенные (СИ) - Суржевская Марина "Эфф Ир" - Страница 24

– Кассандра?

Два десятка напряженных взглядов сошлись на мне.

– Я не помню, – сказала я.

– Как это?

– Низкочастотная воронка повредила мою память и остановила развитие Силы Духа, – отчеканила я уже привычную ложь.

– Ужас какой… – выдохнул кто-то. – Так вот почему у тебя теперь всего две единицы Силы… Я бы повесился…

– С такими показателями отправят успокаивать детишек или коров на фермах, – поморщилась Агния.

– А я всегда хотела работать гармонизатором в детском саду, по-моему, работа с малышами – самая лучшая, – смутилась толстушка Бригитта. – Но мне теперь не позволят…

– Куда угодно, только не в юдоль или в больницы… ненавижу вибрации горя и скорби…

– Ну уж нет, я хочу в домен военных миротворцев! Только к ним!

– Не боишься, что отправят на границу? Или Пески охранять…Тебя там живо слопают монстры, вот увидишь!

– Ладно, давайте разольем глинтвейн, – несколько нервно произнесла Агнес, косясь на меня. – И, может, поговорим о чем-нибудь другом, наконец? Мириам, разве ты не хотела чем-то поделиться?

Студенты загомонили, придвигая кресла к камину и столу, на котором рядом с яблочным пирогом и тарелками с сэндвичами чудесным образом появилось несколько увесистых кожаных бурдюков. Внутри плескалась пряная багровая жидкость. Стоило налить ее в подставленный стакан, и комната тут же наполнилась одуряющим запахом корицы, специй, апельсинов и вина.

– Оно что, крепленое? – округлила глаза Агнесс, а Марк, притащивший напиток, рассмеялся и подмигнул.

– Не знаю. Купил в лавке Марго за углом, видели ее?

– Старуха Марго? Говорят, она торгует запрещенными вещами, – нервно выдохнул Гектор. – Берет товар у всяких ренегатов. Веселящие конфеты, бодрящие напитки… И разные предметы, изготовленные порченными. Как ожерелье, которое нашли у Ванессы, помните?

Студенты замолчали, переглянувшись. Я вопросительно подняла брови.

– Что за ожерелье? И кто такая Ванесса?

– На втором курсе, ты что, не помнишь? – Удивился Адам. Я пожала плечами, потому что в то время разбиралась с собственными проблемами и мне было плевать на какую-то там Ванессу.

– Ванесса Аркетт. Она носила ожерелье с пятью жемчужинами. Четыре были обычными, речными, а вот пятая… Когда соседка Ванессы всерьез заболела и стали искать причину, обнаружили, что в пятой жемчужине Ванессы под слоем перламутра скрывается бусина. И она же создает вибрацию, вредящую другим людям. Это была работа мастера по неживой материи, но страшная, запрещенная…

– Бусина была атмэ? – удивилась я. – Часть чужого Духа?

– Темное атмэ, – уточнил Виктор. – И часть порченого Духа. Разорванного. Ожерелье создал деструкт. Оно тянуло жизненные силы из всех, кто окружал Ванессу.

Студенты снова переглянулись.

– Сама Ванесса утверждала, что просто купила безделицу в одной из лавок на старом рынке. Скандал был жуткий! Даже инквизиторы приезжали…Ванессу проверяли, но с ее линиями Духа все оказалось в порядке, она не могла создать подобную мерзость. Однако девушку из Аннонквирхе исключили. Ты не помнишь? Все только об этом и говорили!

Я снова пожала плечами. Да, что-то такое память все-таки сохранила, но лишь в виде смутных образов. Когда за спиной стоит тень умершего человека, как-то становится не до всяких там Ванесс!

Гектор опасливо понюхал свой стакан.

– Мы точно не отравимся и не испортим этим пойлом свои линии? Ну, вы ведь слышали: можно глотнуть воды, в которой помыл руки деструкт, и – все, прощай Сила Духа! Останешься без ничего! Круглый ноль! Хуже и не придумаешь.

– В мире полно людей без панелей и с низким уровнем Силы Духа, Гектор.

– Ну уж нет. Это судьба для неудачников! Так это точно можно пить?

– А меня старуха Марго всегда пугала… Может, она и сама деструкт? Говорят, они могут выталкивать Дух из тела без всякого обучения, а еще – формировать из него чудовищ… Вы видели облезлую кошку на стойке в ее лавке? Может, это и не кошка вовсе, а часть самой старухи?

– Ерунда! – фыркнул Виктор. – Будь Марго деструктом, ее бы давно повязали инквизиторы. В городе нет порченных.

– Много ты знаешь…

– Да брось, Гектор, все эти истории, как и байки о мертвой воде – сказки для малышей. – Марк успокаивающе похлопал приятеля по плечу. – Мертвой водицы не существует. А то, что Марго водится с преступниками – вранье ее конкурентов. Если старуха и добавляет что-то в свой глинтвейн, то всего лишь крепленое вино и пряные травы! И кстати, получается отличная штука! Попробуй.

Парни заулыбались, девушки дружно закатили глаза. Марк поставил передо мной горячую кружку, и остальные сделали вид, что этого не увидели. Но промолчали.

В отношении меня наступил очередной нейтралитет. Не дружба, конечно, но ее я и не искала. Однако сегодняшний вечер обойдется без сражения.

Я даже слегка расстроилась, все-таки битва с этими занудами могла бы меня взбодрить!

Заскучав, я обвела взглядом гостиную. Но для чего мой проклятый кукловод отправил меня сюда? Уж точно не для общения с сокурсниками! Что я должна здесь увидеть? Или услышать?

А может, кого?

Вдруг… вдруг этот чертов пупенмейстер сейчас здесь? Рядом со мной?

От этой мысли спина занемела, а руки снова стали ледяными настолько, что почти не ощущали жар кружки.

Первое послание прилетело еще на первом курсе. И все это время я пытаюсь вычислить того, кто отдает приказы. Но пока это бесполезно. У меня нет никаких зацепок. Задания бывают самые разные, и я не могу уловить их закономерность. Я даже не понимаю, чего добивается таинственный мучитель. Может, его цель – просто поиздеваться надо мной? Ведь его задания порой совершенно нелепые, в них нет логики! Иногда кукловод посылает меня в какие-то места, где я торчу часами, не понимая, что делаю и зачем. Несколько раз я получала задание просто посидеть на городской площади и мокла под дождем, проклиная неведомого гада. Иногда заходила в какие-то лавочки и магазины, брала там сладости и невкусный чай, глазела на прохожих. Поначалу я дергалась от каждого чужого взгляда, ожидая, что мой враг покажется и выдаст себя. Но ничего не происходило. Выполнив очередное нелепое действие, я возвращалась в Академию и все стихало. До следующего раза.

Правда, были в этих непонятных блужданиях по городу и плюсы. Во-первых, я неплохо изучила Староград, а во-вторых, познакомилась с Адрианом из Глотки.

Поначалу я думала, что сообщения прилетают от того, кто не имеет отношения к Аннонквирхе, но вдруг этот человек всегда был рядом? Что, если он тоже находится в Академии? Один из преподавателей? Или даже… студент?

Но как студент может знать мою тайну? Откуда?

И чего, сожри его бездна, этот мерзавец добивается? За прошедшие годы я так и не смогла этого понять.

– Кассандра, попробуй глинтвейн. Ты наверняка знаешь толк в таких напитках, – подмигнул Марк, прерывая мои размышления и бесцеремонно усаживаясь рядом. Адам обескураженно потоптался у дивана, обжег Марка злым взглядом и сел с другой стороны от меня.

На диване стало неожиданно тесно.

– Да это пойло крепче рисовой водки! Марк, ты сдурел? – возмутилась Мириам, а я внимательнее присмотрелась к поставщику запрещённого алкоголя. Все-таки я всегда уважала бунтарей. Марк – голубоглазый блондин, высокий, крепкий и весьма симпатичный. На уроках он сидел в первых рядах и, кажется, за пять лет не сказал мне ни слова. Но и ни кинул вслед ни одного камня.

Поймав мой изучающий взгляд, Марк залихватски улыбнулся, с намеком кивая на кружку в моих руках. На поверхности плавали звездочки аниса, гвоздика и клюква. Ядрёное пойло маскировалось под безобидный зимний напиток. Усмехнувшись, я сделала осторожный глоток.

– Если ректор узнает, нам всем крышка, – мрачно объявила Агния. – Пить в стенах Аннонквирхе запрещено.

Я хмыкнула за своей кружкой. Если бы добропорядочная малышка Агния знала, сколько спиртного выпито в этих стенах! И, кстати, подсунуть кому-нибудь запрещенное пойло, а потом заставить наставников его обнаружить под кроватью студента – неплохой способ отомстить. Не самый изящный, конечно, но действенный. Первокурсников за такое отчисляют быстрее, чем тот успевает вспомнить свое имя!