Попаданка против Ведьмы в академии Дрэгонхолл (СИ) - Свадьбина Любовь - Страница 52

Дверь приоткрылась, и хорошенькая секретарша тревожно спросила:

– У вас всё в порядке? Позвать хранителей?

Я стояла к ней спиной и лица не видела, но голос молодой женщины звучал взволнованно.

– Всё в порядке, – ректор пригладил волосы. – Никого звать не нужно.

Дверь закрылась, а я потёрла лоб и заговорила спокойнее:

– Я уже слышала, что здесь обмен телами первая отмазка мошенников, но я правда не отсюда, даже не из Нидума, мне все эти ваши интриги непонятны и Лузиро не нужен, и для убийств у меня просто нет мотива, потому что я не Леяна Боскан!

– Ле…

– Послушайте, пожалуйста, – я постаралась взять себя в руки. Наверное, мне следовало этим донимать Рэйдана и Вальдеса, но они здесь временно, а ректор – постоянная величина. И просто рассказать правду лучше, чем выслушивать очередной бред о моей безумной любви к Лузиро. – Всё началось с того, что я нашла зеркало, меня затянуло в него, и Леяна забрала моё тело, а меня забросило в её тело…

И тут меня осенило:

– Да. Зеркало! Артефактное! От моего перехода оно сломалось, но его конфисковали хранители. Я тогда пыталась заставить их вписать в протокол, что я сюда попала из другого мира, а они отказались. И потом с меня ещё контрабандисты требовали плату за зеркало. И Рэйдан просил не думать о них…

Потому что артефакты в академию проносит высшее руководство. Я уставилась на ректора, по спине пробежал холодок: может, он мне зеркало и доставил?..

Ректор сжал виски:

– Леяна…

– Проверьте артефактное зеркало, – предложила я. – Наверное, там остались какие-нибудь следы. В конце концов, я о нём уже рассказала, так что проверки этого случая не избежать.

Я сейчас себя такой глупой почувствовала из-за того, что не потребовала проверки зеркала у Рэйдана и Вальдеса. Но в оправдание могу сказать, что веских причин для этого не было: они-то меня в убийствах ради Лузиро не обвиняли. И размытой формулировкой я подстраховалась на случай, если ректор замешан в доставке зеркала.

Он мрачно посмотрел на меня и вздохнул:

– Раз речь идёт о контрабанде опасных артефактов, как ректор я обязан в этом разобраться. Леяна, иди в тот кабинет, – он указал на дверь возле бара. – С нижней полки возьми ручку, бумагу и папку номер восемь. Перепиши устав академии сто раз.

– За что?

– За то, что повысила на меня голос. И скажи спасибо, что я попросил всего сто копий. А теперь иди, мне надо проверить историю с артефактом.

Но я осталась на месте: неужели одного намёка на то, что кто-то из архонтов может начать расследование, хватило, чтобы ректор начал наводить порядок?

– Иди, – он махнул на дверь, а сам позвонил в колокольчик.

Заглянула секретарша и снова ревниво зыркнула на меня, прежде чем посмотреть на ректора.

– Вызови ко мне Гунода и Брюа, – приказал ректор.

Это его заместитель и глава хранителей академии – ну точно намечаются какие-то разборки.

***

Смежная с кабинетом ректора комната была небольшой и намного более простой. У стены с окном тянулся стол на пять сидячих мест. Имелись и пять стульев. На одном стеллаже располагались запасы бумаги, письменных принадлежностей и папок со всевозможными регламентами и даже философскими трактатами.

А в коробках, выставленных вдоль другой стены, лежали написанные разными почерками копии разложенных по папкам текстов. Из этого я сделала вывод, что ректор любит наказывать студентов переписыванием всякого разного.

Регламент Дрэгонхолла занимал три страницы витиеватого текста, и при мысли о ста копиях у меня начинала болеть рука ещё до того, как я впервые коснулась ручкой страницы. А самым тяжким был голод: желудок выводил такие рулады, что, казалось, их будет слышно даже в кабинете ректора…

Но был у ситуации и положительный момент: ректор действительно разбирался с зеркалом-артефактом. Мне, конечно, было любопытно, поэтому, заслышав голоса, я подходила к двери и заглядывала в замочную скважину.

Голоса, даже если приложить ухо, звучали неразборчиво, словно им что-то мешало, но подсматривать получалось: приходил не только заместитель ректора Гунод и глава хранителей Брюа, но поочерёдно на разбор полётов являлся мой куратор Осто Геш и ещё пятеро хранителей в форме кирпичного цвета. Заглядывала и секретарша – помять плечи ректору и напоить его чаем.

«Вот ведь! Хоть бы чаю мне предложил, видел же, что я не завтракала», – про себя проворчала я и вернулась к столу.

На посетителей ректора я смотрела совсем немного, чтобы поскорее расправиться с заданием. Некоторое время переписывала регламент в полной тишине, затем снова сходила посмотреть в глазок, но в кабинете никого не было.

«Неужели ректор на обед ушёл и оставил меня умирать с голоду? – я отлипла от глазка и задумчиво посмотрела на дверь. – И почему Рэйдан меня не забрал?»

Две копии регламента спустя я снова услышала голоса, но на этот раз не кралась к двери, а смело подошла и распахнула её. Да так резко, что ректор и Гунод испуганно уставились на меня. Ректор выглядел так, словно забыл, что я нахожусь здесь. Гунод, кажется, немного побледнел. Вытащив руку из кармана, он потёр лоб, на его пальце тускло блеснул перстень с малахитом.

Желудок снова заурчал. На весь кабинет. Гунод покосился на меня из-под руки и сунул её в карман. Зацепившись за край кармана перстнем, поморщился.

Оба выглядели безрадостно. Наверное, представляли, как будут отчитываться перед архонтами за контрабанду.

– Ректор, могу я сделать небольшой перерыв? – решительно попросила я. – Я не завтракала.

Если не отпустят – буду угрожать Рэйданом.

– Что за наглое поведение? – у Гунода задёргался узкий подбородок.

Глубоко вдохнув, ректор потеребил воротник и спросил:

– Сколько копий ты сделала?

– Тридцать четыре.

Ректор отвёл взгляд:

– Доведи до сорока и можешь идти на обед.

– Ты слишком снисходителен, – недовольно заявил Гунод.

Ответ ректора я слушать не стала, просто закрыла дверь и рванула к столу: между мной и едой было всего шесть копий злосчастного регламента!

***

Когда я выходила с сорока копиями на проверку, рука у меня просто отваливалась. Я так спешила, что не подошла к двери, когда услышала шум очередного разговора ректора.

Сейчас в кабинете он был один, хмуро смотрел в стену, в одной руке держал пустой стакан, а свободной барабанил пальцами по столу. Я подошла, но ректор меня не замечал. Пришлось кашлянуть.

Ректор дёрнулся и растерянно посмотрел на меня.

Я ненавидела его за муки голода, но что-то в его взгляде заставило меня спросить:

– Всё в порядке?

Горько усмехнувшись, ректор покачал головой и отставил стакан:

– Студентов убивают, какой тут порядок?

От почти стакана веяло алкоголем. Обычная суетливость ректора пропала, из чего можно сделать вывод, что переживал он искренне. О студентах или своей должности – не знаю, но искренне.

– Вы нашли того, кто провёз в академию зеркало?

– Пока только подозреваемого, но надо проверить сам артефакт и его силу, – ректор криво усмехнулся на очередное урчание моего живота. – Ладно, Леяна ты или нет, иди на обед, а после приходи закончить задание.

– Может, ограничимся сорока копиями? – попросила я, выкладывая их на стол. – В честь того, что я не соврала о зеркале и всё такое. Как приветствие гостье из другого мира, м-м?

С полминуты ректор думал, а затем махнул рукой и со стаканом направился к бару:

– Ладно, пусть будет сорок. Иди уже.

– Спасибо, – я широченно улыбнулась и помчалась на выход, пока он не передумал.

В приёмной секретарша глянула на меня исподлобья. Кажется, моя улыбка ей очень не понравилась. Она поднялась, одёрнула платье на пышной груди и с надменным видом направилась в кабинет.

***