Попаданка против Ведьмы в академии Дрэгонхолл (СИ) - Свадьбина Любовь - Страница 36

Народ стекался к окраине академического городка, униформой студенток окрашивая дорожки в три цвета с редкими вкраплениями красного и кирпичного – униформы сопровождавший нас кураторов и хранителей.

По отдельной дорожке к плацу возле огромного ангара топали слоноподобные ящеры, закованные в броню и запряжённые в фургоны с вещами. Стоял шум и гам, и чем ближе к месту, тем острее ощущалось напряжение. В общем ажиотаже на меня, наконец-то, перестали обращать пристальное внимание. Да меня просто не замечали!

Потому что практикой была хоть и контролируемая, но реальная боевая операция.

Вначале я этого не понимала в силу незнания. Потом Рэйдан слишком загрузил меня работой, так что я пропустила обсуждения деталей практики, а память Леяны не подкидывала ничего предостерегающего.

Осознание наступало постепенно: когда увидела облачение Ксанты, когда повесила на пояс кинжал и осознала, что это тело помнит, как им пользоваться. И, наконец, в толпе, на подходе к точке сбора: серьёзные лица, общее волнение, военное построение в отряды и горы оружия на студентах.

Последняя перед подготовкой лекция, в которой проверяли рассчёты по организации лагеря и обеспечения всем необходимым, вместе с этой картинкой, так напоминавшей военный лагерь, и обрывки разговоров вдруг сложились, всколыхнув ущербную память.

Нас отправляли в закрытый планарный мир, принадлежащий Дрэгонхоллу.

Закрытый значило, что выход в него есть только у одного пользователя – академии.

Планарный мир это… это явление было очень трудно осознать.

– Что-то случилось? – с беспокойством спросила Ксанта.

И я поняла, что остановилась от шока.

Планарными мирами были куски чужих миров. Они очень походили на представления древних людей о плоской земле, лежащей на спине какого-нибудь чудовища. Пусть там не было чудовищ, но не было и привычных нам круглых планет. Планарные миры могли занимать и квадратный метр, и тысячи квадратных километров, словно вырезанных с поверхности планеты. У них были чёткие границы из непреодолимого бледно-серого марева. Под землёй оно залегало на разной глубине. В некоторых мирах драконы могли долететь до верхней границы марева, в некоторых – граница находилась дальше их возможности полёта.

Самое дикое: небесам марево, если оно не проходило слишком низко, никак не мешало – можно увидеть и солнце, и звёзды, и спутники планеты. Мог пойти дождь, снег, случиться засуха.

По общепринятому мнению, планарные миры оставались частью изначального мира, пелена была частично проницаема с той стороны и совершенно непроницаема с нашей.

Самым интересным в этих пространствах (естественно, не всех) были ресурсы с необычными для Нидума свойствами: сверхпрочные или не поддающиеся магии металлы, растительность, необычные минералы или залежи труднодоступных в Нидуме материалов. Биологические объекты с необычными свойствами – например, паучий шёлк, искусственное выведение которого в Нидуме технически невозможно.

У богатых на ресурсы планарных миров существовало три недостатка.

Их хотели все, что приводило к интригам и войнам. Удержать такой мир особенно трудно, если он открытый, то есть имеет более одного пространственного входа.

В открытые планарные миры имели доступ представители других цивилизаций, которые сражались за ценные ресурсы.

Чем сильнее дракон, тем сложнее ему находиться в планарном мире. Чужое пространство подавляло их, а использование слишком масштабных техник могло привести к катастрофе и схлопыванию планарной тропы.

Простые обыватели – а Леяна входила в их число – знали лишь общие сведения о самых засвеченных в обществе планарных мирах (какие-то стали известны из-за кровопролитных войн за них, какие-то – за широкое распространение товаров оттуда). Большая часть информации об этих странных пространствах засекречена.

А в огромном ангаре, куда мы все подтягивались, находились пространственные ворота, которые перенесут нас в один из планарных миров, принадлежащих Дрэгонхоллу.

Нас с Ксантой разделили: она пошла строиться к своему боевому факультету, а я – к снабженцам. Строили всех, даже алхимиков.

Солнце разгоралось, и в костюме становилось жарковато, но я не жаловалась: эта тонкая и мягкая на первый взгляд кожа была магической бронёй.

Белую голову Рэйдана я заметила через пару минут торчания в строю. Возле рядов студентов военной кафедры он общался с одетыми в красное кураторами. У кураторов, кстати, оружия было столько же, сколько у Ксанты и остальных студентов её факультета, только арбалеты и гарпуны побольше. Рэйдана, наоборот, носил только меч и кинжал. Он был каким-то мрачным, то и дело кидал взгляды в сторону факультета снабжения и поддержки. Заметив меня, посмотрел так… что я выскочила из строя и, не обратив внимание на окрик старосты, помчалась через плац.

Огромный рюкзак болтался за спиной, коробка с турроном мешалась. Внезапное перемещение от серых к чёрным рядам бросалось в глаза, так что на меня снова пялились. А Рэйдан ещё и встал руки-в-боки, весь такой суровый и явно готовый меня немедленно отчитать.

– Я же сказал держаться рядом со мной, – почти пророкотал он. – Зачем ты встала с остальными?

Его глаза опасно блеснули, ноздри трепетали.

– Простите, растерялась, – честно призналась я и получила недовольный фырк с надменным:

– Иди за мной.

Он развернулся и направился сразу ко входу в ангар. Слоноподобных ящериц в броне остановили на отдельной площадке, и теперь они флегматично взирали на суету вокруг.

Внутри ангар освещали огромные шары-светильники. Первым делом в глаза бросился отряд одетых в чёрное старшекурсников-боевиков. Только потом я рассмотрела полукруглые каменные арки, терявшиеся на неравномерно-сером фоне стен.

Три арки в три зоны с разным уровнем угрозы.

Первая вела в форпост. Вторая – на равнину, где нам придётся установить временный лагерь. Третья – в самую дикую часть этого планарного мира.

Практически сразу в средней арке стала формироваться светящаяся воронка. Отряд старшекурсников промаршировал ближе к порталу. Они не оглядывались на подходящего Рэйдана, но я ощущала их желание посмотреть на надвигающегося архонта, потому что от него снова исходила сила.

Я же просто шла у него за плечом и радовалась, что под его прикрытием мне ничего не грозит. Даже с подавлением планарного мира Рэйдан остаётся мощной боевой единицей.

Он остановился, хмуро глядя на всё более материальную плёнку портала. Я тоже смотрела, взволнованная и… немного предвкушающая приключения.

По пространству внутри каменной арки прошла рябь и застыла, словно там образовалось матовое стекло, за которым смутно просвечивалось что-то серо-зелёное.

Под потолком эхом зазвенел голос командира старшекурсников.

– Входим все, после перехода рассредоточение третьего порядка! Всем быть предельно внимательными и сразу приступить к зачистке плацдарма. Три. Два. Пошли!

Они дружно рванули вперёд, я подсознательно ожидала удара о «стекло», но парни проскочили внутрь.

– За мной, – Рэйдан зашагал туда, я за ним. А он небрежно так бросил на ходу. – Надеюсь, ты не станешь визжать при виде пауков.

«Каких пауков?» – хотела спросить, но… вспомнила: мы отправляемся в планарный мир, населённый хищными магическими пауками высотой от метра и выше.

Резко затормозила: я не пойду! Рэйдан будто почуял неладное, развернулся и ухватил меня за талию. Попробовала отбиться коробкой со сладким турроном, но он легко перехватил её и затащил меня в портал.

Так началась моя практика.

Глава 34. Всё не так страшно… почти

Когда крыша ангара сменилась сероватым небом, визжать не стала. Во-первых, пауки могли среагировать на крик агрессивно. Во-вторых, паук был один, серо-болотного цвета и, распластанный на траве, подёргивался в конвульсиях, в то время как старшекурсники уже выстроились вокруг точки перемещения и наблюдали за внешней стороной периметра, не обращая на это чудовище внимания.