Наследник Тёмного Клана 2 (СИ) - Ренгач Евгений - Страница 61

Я поддел ногой лежащий на полу дротик, подбросил его и поймал. В пылу схватки у меня не было времени разглядеть все его особенности, но теперь я видел. Наконечник был толстый и притуплённым. Его хватило бы только на небольшой укол. Да и скорость стрельбы была совсем незначительной. Неслучайно же мы с Борзовым так легко от них уклонялись!

— Ну хорошо, допустим, что нашими жизнями вы и вправду не рисковали. Но неужели все эти жертвы стоили того? — Я взглядом обвёл вестибюль, буквально усеянный опрокинутыми мной и Николаем фигурами.

Совершенно неожиданно Пётр и Николай переглянулись. Братья ухмылялись.

— Ха, братишка, да он же ещё не понял! — рассмеялся Николай и залпом осушил половину бутылки виски. — Зелёный совсем. Очевидного не видит…

— Ага, зелёный. Но разве ты лучше? — хмыкнул Пётр. — Или хочешь сказать, что с самого начала всё понял?

— Я? Ну… почти, — неожиданно Николай замялся. В компании брата он вообще заметно присмирел. — Как первого вынес, так сразу и понял…

Пётр хотел ему возразить, но я топнул ногой, освобождая силу Тьмы. Так, чуть-чуть, для разминки. Этого оказалось достаточно для того, чтобы легко встряхнуть стены и привлечь к себе внимание.

— Господа, я понимаю, вам не терпится поговорить… Но может вы уже наконец объясните мне, что вас обоих так развеселило?!

Глава 46

Братья снова переглянулись.

— Я неплохо знаком с историей вашей семьи, Марк. И смею вас заверить, что у вас характер настоящего Оскуритова! — произнёс Пётр, с любопытством меня разглядывая. — Призвать силу Тьмы только затем, чтобы привлечь наше внимание — сумасбродство, свойственное только вашему Роду…

Он говорил красивыми оборотами, правильно ставя акценты. Настоящий аристократ с блестящим воспитанием! Даже когда он говорил самые простые слова, он выглядел как шахматист, ведущий тонкую и продуманную на десять шагов вперёд партию.

Я же играть по его правилам и расшаркиваться в ответных любезностях не собирался.

— Моя сила. Что хочу, то с ней и делаю. А сейчас я требую объяснений!

Для убедительности я снова выпустил немного сил Тьмы, заставив погаснуть свет в вестибюле. Лишнего я себе не позволял и тут же снова её ограничил. Далось это неожиданно легко. Пусть я и практически сорвался в пылу битвы, контроль над силой давался мне всё легче и легче.

— А вы серьёзный человек и не тратите время на слова… — протянул Пётр, буравя меня взглядом. — На самом деле всё до смешного проще. Те, кого вы приняли за моих людей, таковыми не являются…

Он щёлкнул пальцами, снимая действие маскирующего артефакта, всё ещё скрывающего от меня лица и тела как павших, так и всё ещё боеспособных бойцов Борзова.

Для того, чтобы понять, что так рассмешило братьев, мне хватило одного быстрого взгляда.

Передо мной в различных позах застыли чёрные манекены без лиц, одежды и волос. Всего лишь металлические заготовки, напоминающие людей лишь формой.

Пётр говорил правду. Эти существа не были людьми…

Я пригляделся внимательнее и направил в глаза силу. Теперь я видел мягкое сияние, исходящее от манекенов. Сложные Руны, неизвестные мне артефакты, — вот что заставляло их двигаться!

— Значит, големы… — произнёс я, глядя Петру в глаза. — Не знал, что ваша семья их использует!

— О, Марк, вы многого не знаете о нашей семье! — расхохотался Пётр в ответ. — По правде говоря, к помощи големов мы обращаемся крайне редко. Они толковые бойцы, это верно. Но противостоять сильным бойцам, к тому же Одарённым, им тяжело. Поэтому обычно мы используем силы нашей гвардии. А големов направляем только в разведывательных целях или когда хотим кого-нибудь запугать…

— Ага, запугать! — Николай хмыкнул. — Дешёвка эти твои големы! Я давно отцу говорил, что их нужно менять. А лучше вкладывать в бойцов! И не просто их тренировать, а по древним методикам. Чтобы они дрались за еду и тёплую постель! Вот тогда наша гвардия будет по-настоящему непобедима…

Чувствовалось, что Николай оседлал любимого конька. Он говорил, заплетающимся языком высказывая все свои идеи.

Я его не слушал. Присев на корточки, я разглядывал големов. Они были прочными и быстрыми, но достаточно простыми, без сложных улучшений. Теперь было понятно, почему мы с Николаем с такой лёгкостью умудрялись с ними справляться. С настоящими бойцами их было не сравнить. Они не шли ни в какого сравнение даже с големами, которых использовал Максим Богатырёв. Как и сказал Пётр, простенькие бойцы. Не более.

Выходит, что убивать нас старший Борзов и в самом деле не собирался.

Вот только чего он на самом деле хотел?…

— Что вам нужно? — прямо спросил я его.

— В первую очередь, мой человек…

— Я здесь, господин! — раздался голос Терентьева, и журналист на коленках выполз из комнаты охраны и бросился к Петру.

Борзов одарил его быстрым взглядом и не больше. Кажется, ему было бы всё равно, если бы даже журналист был ранен или мёртв.

— Что ещё?

— Извинения и денежная компенсация, — не задумываясь, отозвался Пётр. — Десять тысяч за нанесённые мне оскорбления и причинённый вред репутации нашего Рода…

— А ты случайно не обалдел?! — Я не выдержал. Слушать этот бред было выше моих сил. — Какой ещё вред репутации?!

— Мой сотрудник был похищен с места работы. Это бросает тень на безопасность компании, принадлежащей моей семье….

— Бред! — Выбирать выражения я не собирался. — Его похитил твой брат!

— Он действовал сам по себе, в нарушение воли семьи, — быстро взглянув на Николая, произнёс Пётр.

— Это ещё не доказано. Может, это всё ваш план…

— Нет. Правила нашего Рода запрещают члену семьи принимать действия, направленные во благо врага. Сделав это, Николай нарушил священные законы Рода. Он временно оставлен без поддержки семьи…

Судя по тому, как вытянулось лицо Николая, такого поворота он не ожидал.

Но горевал он недолго.

— Да делайте что хотите! — Он махнул рукой. — Без вас, кровопийц, будет только легче!

— Рад это слышать, дорогой брат, — Пётр усмехнулся. — Можешь поверить, я передам твои слова отцу. И вообще, мне пора идти. Всё, что я жду, — это выплата моих денег…

Он говорил властно и не сомневался, что я сделаю всё, что он пожелает.

Ох уж эти изнеженные аристократики! Так привыкли к тому, что все вокруг носятся с ними, что совсем забыли о том, что некоторые им не по зубам…

— Никаких денег не будет. Более того, это я требую компенсации!

Глаза Петра сузились. Такого ответа он не ожидал.

— На каком основании?

— На таком, что ваш "журналист" написал про меня ни на чём не основанный бред! Насколько мне известно, ни среди журналистов, ни среди аристократов такое поведение не поощряется. Когда об этом узнают, от вашей хвалёной репутации не останется и следа…

— Вам никто не поверит! — холодно произнёс Пётр. — Увы, но доказательств нет, и вы обязаны выплатить мне…

— А кто сказал, что доказательств нет? Всё у меня, уважаемый князь, есть!

Произнеся это, я вытащил из кармана мобильный телефон и щёлкнул кнопкой воспроизведения. По вестибюлю тут же прокатился голос Терентьева, признающегося в том, что в его статье нет ни слова правды.

Смотреть на вытягивающееся лицо Терентьева было настоящим удовольствием. Как же хорошо, что я догадался записать весь наш с ним разговор! Кажется, начинает сказываться опыт общения с дворянами. Эти змеи врут на каждом шагу, и каждое слово потом приходится подтверждать.

— Ха, Оскуритик, а ты не из дураков! — присвистнул Николай.

Спокойным оставался только Пётр. За долгие годы в высшем свете он научился прекрасно владеть собой. Но по сузившимся глазам я всё равно понимал, что он едва сдерживается.

— И что, интересно, мешает мне вырвать у тебя телефон и удалить файл? Поверь, мне хватит на это сил…

— Нисколько не сомневаюсь! Но только это будет бессмысленно, — мило улыбнулся я. — Потому что я отправил этот файл на электронную почту и сохранил в облаке. Так что можешь делать с телефоном что угодно — ты всё равно уже попался.