Становление Хранителя (СИ) - Широков Даниил - Страница 80

Что ж мне так хреново-то… Как будто снова стал простым смертным. Вроде всего лишь заставил страдать того, кто этого заслуживал. Поступил правильно, поступил по совести, по справедливости. Но… Чёрт подери, сколько ещё таких Гавиалов гуляет по миру? А потом будет гулять? Делать свои грязные дела, пока случайно не наткнётся на меня, Немезиду, Анну, или Ману с Армагеддоном. Я всегда был уверен, что поступаю, как должно. Раз за разом, раз за разом.

Порой одолевает мысль, что мир не стоит того, чтобы его спасать. Если бы только была возможность спасти всех тех, кто мне дорог… Стал бы я тогда волноваться за эту планету? За всех, кто здесь живёт и будет жить? Хороший вопрос. Энди, я знаю, что ты здесь уже минут десять. Давай, говори, с чем пожаловал.

Прости, прости. Ты слишком лирично размышляешь в своей голове, что я решил тебя не отвлекать. А вообще — поздравляю, Джон. Ты успел.

Что, вот так просто?

Ну, войне Асцаин и торгового союза не бывать. Процесс перехода вашего шарика в бездну займёт чуть больше дней, чем ожидалось.

О боги.

…Да, к сожалению, полностью мир мы поглотить не успеем. Останутся считанные часы, но Судьи уже прибудут на вашу землю. Есть вариант убежать на другую планету, но всё человечество не спасётся.

Сколько нужно продержать Судей?

По моим примерным расчётам, два часа, пятьдесят пять минут и четыре секунды.

Класс. Хорошая информация, хорошо, что не в последний момент. У нас будет несколько дней на подготовку.

Именно. Насчёт твоих размышлений… Я понимаю, Джон. Вопрос «меньшинство или большинство» встаёт у всех ступивших за порог человеческого предела. У тебя, бывшего Хранителя, он стоит куда острее, чем у остальных. Каким бы ни был твой выбор в конце, я поддержу его.

Что, я тебе понравился?

Ты, как сказала Эранда, хороший человек.

А Хранитель? Энди? Энди, не делай так. Какой я Хранитель, Энди?

Вот ведь…

Сплюнув, я поднялся, как мог, выжал всю одежду и поплёлся обратно, к уже зажжённым огням вдалеке. В этот раз цвет был светло-жёлтый, легко угадывающийся в пелене дождя. Хранители, люди, смертные, высшие существа… Порой хочется всё это забыть и впасть в вечный сон. В психологии есть специальный термин для такого состояния. Кажется, он звучит как «непринятие выбора». Или нет, не знаю. Я просто Палач, не спрашивайте с меня многого.

Едва добравшись до здания гильдии, я ввалился внутрь, кое-как прикрыл за собой дверь. Под ногами хлюпали обрывки картин, трещали смолотые в труху кости охотничьих трофеев. Голова дракона беззвучно уставилась из оконного проёма, снисходительно глядя на опустошённого человека. Иди к чёрту, благородное создание. Воспользовавшись магией, я высушил одежду и поднялся наверх. Кабинет Орфана оказался не заперт, а потому я плюхнулся на уютный диванчик, откидываясь назад и словно проваливаясь в мягкую мебель.

Сам пепельноголовый курил трубку, молчаливо пялясь на меня.

— Всё кончилось, Джон, — произнёс он, едва я поймал направленный на меня взгляд. — Войны не будет. Короля можно не трогать, он полностью принял мою сторону.

— Замечательно, — пробубнил я. — Не забудь ещё упомянуть счастливое воссоединение Эранды и её матери.

— Обязательно, — кивнул он, выпуская очередное колечко дыма. — Не знаю, что насчёт жителей Асцаин и торгового союза… Но за все эти дни ты спас как минимум две души.

— Три, — произнёс я, прикрывая глаза.

— Прошу прощения? — сделал Орфан вид, что не понял меня.

— Три души, — пояснил я. — Ты там тоже есть.

— Как скажешь… — протянул он. — Хочешь, расскажу сказку на ночь?

— Валяй.

Он присел, не выпуская из рук трубку. Открыл дневник, отлистал к самой первой странице.

— Много поколений назад жила-была одна семья…

Она торговала, понемногу становясь всё богаче и богаче. Судьбы сложились так, что из одной семьи произошла целая гильдия — столь плодовитым были родители. Отец знал, что жизнь конечна. И он отыскал в землях своей страны древнего друида, обещавшего ему вечную жизнь в обмен на самое дорогое, что было у того человека. Думаю, ты уже догадался, какой стала цена. Друид дал рецепт зелья, дарующего бессмертие. Глава семьи выпил его, и волосы его выгорели, утратив былую красоту. Став…

Пепельными.

Проклятье мучило мужчину. Его дети старели, умирали на его руках, но он ничего не мог поделать. Время шло, шло своим чередом, пока много лет спустя в дом тогда уже влиятельной гильдии не постучался тот самый друид. Он сказал, что пришла пора платить по счетам. Дабы продолжить свой род и отойти в мир иной, отец должен был заставить своего наследника выпить зелье. Сын тоже обретал бессмертие, а его родитель мог умереть с достоинством. Правда, дитя никто и никогда не спрашивает.

Таким образом, семья, ставшая гильдией, возглавлялась исключительно бессмертными. Устав от жизни, они передавали этот дар детям, а те — своим. Их владения ширились, богатства — увеличивались. Так бы и продолжалось во веки веков, если бы один из наследников не решил прекратить эту игру в кости со смертью. К счастью или к сожалению, он не мог полюбить женщину, и это сыграло ему на руку. Жаль, что судьбу не обманешь.

С тех пор тот мальчик оказался навечно заперт в своём молодом теле, не в силах исполнить то, что хотел, чего желал. И не в силах продолжить чёртово проклятье, съедавшее его семью. Годы шли, душа паренька старела всё больше и больше. Он уже совсем отчаялся найти выход, хоть какое-то облегчение, пока однажды в его жизни не появился луч света. Словно Богиня спустилась с небес, чтобы вознаградить его за все страдания.

Глубоко внутри… Он был просто покинутым всеми ребёнком. И его молитвы были услышаны — он нашёл того, кто был способен окончить всё раз и навсегда. История умалчивает, смог ли мальчик, ставший стариком, спастись, или же судьба оказалась куда более жестокой, чем только можно было себе представить.

Конец.

— Красивая история, — произнёс я. — Ладно, Орфан. Отставим в сторону все метафоры и параллели. Ты уверен, что хочешь освободиться от бессмертия?

— Конечно, — кивнул он, как ни в чём не бывало попыхивая трубкой. — Гильдия останется на Эранду, я с ней уже поговорил. А король… Король знает. Он поймёт. Мои люди проводят тебя до портала, с этим проблем не будет.

— Раз такова твоя воля, — пожал я плечами, поднимаясь с уютного диванчика. — Может быть больно.

— Всё в порядке, — тихо произнёс Орфан, выходя из-за стола и вставая напротив меня. — Лишь бы всё это прекратилось. А, и Джон. Пока я не ушёл. Знаешь, зелье, что я ношу на шее — всего лишь способ создания себе иллюзии, что я могу обрести свободу. Принимай его, не принимай — всё одно, бесполезно.

— Сурово, — покачал я головой. — Хорошо, приготовься.

— Да…

— Де ро, и фа рэ, — медленно, с паузами начал зачитывать я, вытянув руки с раскрытыми ладонями в сторону пепельноголового. — А рэ до, и на. Милость равновесия.

Что-то в голове щёлкнуло, но я быстренько отогнал ментальную отдачу от высшего заклинания в сторону. Мягкий свет, что начали излучать ладони, плавно опутал всё тело Орфана. Тот отпустил трубку, та с глухим звуком упала на пол. Мой странный знакомый закрыл глаза, но под закрытыми веками было видно пульсирующие вены. Чего не сделаешь ради свободы, а?

— Я… я чувствую, — прошептал он.

Молодое тело стремительно старело, благородное, без единого изъяна лицо покрывалось морщинами, ноги задрожали, едва справляясь с весом, возложенным на них. Но Орфан улыбался. Улыбался не ехидно, не саркастично, без иронии. Улыбался так, как улыбается счастливый человек.

— Я…

— Дай угадаю — это был твой план с самого начала? — хмыкнул я.

Пепельноголовый рассмеялся. Глухо, хрипло, но от всей души.

— Не сомневайся, Джон.

И обратился в пепел вместе с одеждой. Подхватив остатки лёгким воздушным потоком, я подошёл к картине, что стояла в шкафу. Помните? Замок у реки. Лес по левую руку, поле по правую. Такой же пейзаж украшал стены кабинета, но я был заинтересован именно в его собрате, поставленном в рамку.