Становление Хранителя (СИ) - Широков Даниил - Страница 57

Ни ответа, ни привета. Ладно, публика ждёт, публика в напряжении, а значит, пришло время для финального акта.

— И я нашёл способ, — произнёс я, отворачиваясь к окну, в котором то и дело вспыхивали разные огоньки. Армия Асцаин уже вовсю захватывает город. — Единственная вещь, которую вы цените как зеницу ока, это ваш интеллект. Неважно, изобретатель ли, учёный, актрисса или актёр, певец, певица, художник… Вы считаете себя очень умными людьми.

— К чему ты клонишь? — не сдержалась последняя из представленных здесь дам.

— Не так давно я встретил девушку, при помощи чар подчинившую себя всех доверявших ей товарищей, — не обращая внимания на вопросы, добавил я, оборачиваясь от окна. — И вас ожидает слегка похожая участь. Ментальный лом.

— А-А-А! — заорали последние выжившие. — А-А-А-а-а-о-у-ы…

Их лица потеряли осмысленное выражение, и только взгляд выражал злость вперемешку с непониманием того, что происходит.

— Добро пожаловать в вашу вечную тюрьму, — проговорил я. — Ваши собственные головы. Они никогда не разовьют интеллект выше хотя бы обезьяны, и вы не сможете контролировать их действия. Новые, глупенькие личности внутри ваших тел. Удачно повеселиться!

Несколько мужчин заурчали и начали пускать слюни. Взгляды их по-прежнему выражали непонимание, но теперь к нему присоединился ужас. Верно.

Первый инстинкт, который присущ любому живому существу — это выживание. Для выживания рода нужна всего одна вещь. Размножение.

— Attero Dominatus, — проговорил я, прежде чем уйти. — Уничтожить власть зазнавшихся идиотов. Давно хотел это сделать, а вы со всем старанием дали мне повод. Благодарю!

Покинув зал, в котором вот-вот должно было начаться непотребство, я прошёл по коридору и спрыгнул в образованную собой же дыру, а через пару минут покинул здание администрации. С местью покончено. Как и в случае с девушкой, что решила моими руками избавиться от мешавшей ей команды, самое страшное для технократов — потерять то, что они ценят больше всего. Их разум.

Остальных уведут в виде пленных воины королевства. Может, хоть в тюрьме простые жители технократии осознают, насколько же они на самом деле были гнидами. Это лучше, чем простая смерть, подаренная мной варварам. Это куда жёстче, куда страшнее и, на удивление, куда правильнее.

Я отправился прямо мимо частично разрушенных небоскрёбов по усыпанным телами машин переулкам. Чем больше их было, тем больше я понимал, что иду в верном направлении. Вскоре показалась и сама пробитая дыра, возле которой, охраняя стоящих на коленях людей, находились воины королевства. Отсалютовав мне, они вернулись к своей работе. То и дело мимо меня пробегали уже снявшие свои доспехи пехотинцы, переносившие различные документы, кто-то — безделушки из небоскрёбов и ближайших лавок. Сувениры, серьёзно?

Покинув стены столицы технократов, я направился к кострам, так и оставленным непогашенными. Ночь вступила в свои права достаточно давно. Розалия, должно быть, руководит действиями где-то в городе, Ликан, вероятно, вместе с ней. Только Крис и Тсу, грелись у пламени, что-то тихонько обсуждая. Скрываясь во тьме, я направился к ним.

— Джон, выходи, — хохотнул Герой. — Я тебя нашёл.

— Прямо как в старые добрые времена, да? — улыбнулся я, показываясь на свет. — С технократами покончено. Сейчас воинам надо отдохнуть, поспать, а затем двинем обратно.

— Первая и единственная ночь на территории врага, — вздохнула Тсу. — Но вся наша война теряет свой смысл, едва я вспоминаю, что угрожает миру.

— Не стоит нагружать себя, — покачал я головой, присаживаясь рядом с товарищами. — Нужно лишь делать то, что в наших силах. Сражаться. Покончить с конфликтами. Спастись…

— Звучит так, словно ты сам не веришь в то, что говоришь, — проговорил Крис, глядя на огонь. — Сколько ещё мы должны страдать, чтобы наконец-то обрести покой, а?

— Риторический вопрос, — кивнул я на его слова. — Что пять лет назад, что сейчас, мы боремся за своё существование. Поменялись лишь условия, но не итоговые результаты.

— Нет, — отрезала Тсу, убирая непослушную копну коротких тёмных волос за ухо. — Мы тоже изменились, Джон. Нам есть, что терять. Тогда — не было.

— Мне тоже всё это не нравится, — согласился я. — Но иного выхода просто нет. Не волнуйтесь, если к нам всё же придут Судьи, я вместе с Анной выиграем вам немного времени, чтобы спастись.

— Издеваешься? — хмыкнул Герой. — Кто сказал, что я хочу убежать, поджав хвост? Тсу заберёт детей и отправится в бездну, а я… Ай!

— Дурак! — выпалила девушка, ущипнув Криса за ухо. — У нас был уговор. Жизнь — вместе. Смерть — тоже вместе. И никак иначе!

— Ладно, ладно, — мигом сменил тон мой друг. — В любом случае. Сколько, ты сказал, у нас времени? Пара недель?

— Примерно так, — кивнул я. — Поэтому даже одна ночь отдыха может стать решающей. Но я не хочу пугать армию Асцаин, как и Розалия. Пускай всё идёт, как следует.

— Слушай, Джон, — начал Герой, поднимаясь. — Давай-ка отойдём. Тсу, не начинай. Прошу.

В его голосе звучала знакомая сталь, а потому девушка только подняла руки вверх, мол, всё, не трогаю, идите и обсуждайте, что душе угодно.

Пройдя пару-тройку десятков метров вперёд вдоль лагеря, мы остановились возле одного из погасших костров.

— Мне нужна твоя помощь, — произнёс Крис. — Извини, что так внезапно.

— Всё в порядке, — заверил его я. — Говори.

— Мне нужно, чтобы Тсу спаслась, — сказал он, глядя мне в глаза. — Как угодно, но… Пусть она не будет участвовать в глобальном сражении, если таковое всё же произойдёт.

— Ты же понимаешь, что насильно мил не будешь, Крис, — вздохнул я. — Но я обещаю сделать всё, что смогу.

— Я… Люблю её, Джон, — всё-таки добавил Герой. — Люблю больше жизни. Понимаешь, Арни и Сае нужна мать. Близкая, родная, та, что сможет воспитать их достойными людьми. А не раздолбай-отец вроде меня.

— Эк ты быстро себя записал в гордые самоубийцы, — осадил я его. — Ты хороший человек, Крис. И, я уверен, нормальный папа. Не ссы, разберёмся.

— Спасибо… — всхлипнул Крис. — Я… Не хочу потерять никого из них…

— Ну, ну, — обнял я ставшего совсем маленьким Героя.

Ни разу ещё не видел, как его пробивает на чувства. Что ж, будем знать, что у моего друга есть и такая сторона. В конце концов, даже самым сильным мира сего порой нужно выпускать пар, в той или иной мере. Даже Лифа, едва оправилась от удара, хватившего её после взрыва карет на главной площади столицы, проявила искреннюю заботу о детях. И это та парочка, напоминаю, что из года в год истребляла огромную армию своих клонов в Саду Бабочек! Сколь быстро меняются люди под неостановимом маршем времени.

За одиннадцать тысяч лет я разве что приобрёл флегматизм невероятных масштабов. Даже Немезида выглядит и ведёт себя, как совершенно обычный человек с большим жизненным опытом за спиной. А мои чувства… А вот где они, хочу я вас спросить? Кроме злобы и ненависти я практически ничего не проявлял. Может, беспокойство за детей, за своих друзей, не более.

Мы с Анной в этом схожи. Она вообще порождение мира, ей противопоказанна эмоциональность. Но когда дело доходит до критической точки, даже бывшая Первая Хранительница может плакать, словно маленькая девочка. Слёзы — самый мощный катализатор чувств, вот вам мой вердикт.

— Я… Всё, всё, — произнёс брюнет, отходя от меня. — Спасибо тебе, Джон. В который раз я тебя благодарю, но до сих пор не знаю, как правильно отплатить за всё, что ты для меня… для нас сделал.

— Не стоит, — улыбнулся я Крису. — Достаточно того, что ты мой друг и ты здесь.

— Тогда возвращаемся, — улыбнулся Герой. — И пока мы с тобой медленно-медленно идём, позволь рассказать тебе парочку интересных вещей о семейной жизни…

В итоге наша прогулка затянулась на полчаса. Тсу, должно быть, нервничала, поскольку по нашему возвращению едва не устроила Крису допрос с пристрастием, но постеснялась применять весь арсенал в моём присутствии. Мы ещё немного посидели все вместе, травя анекдоты и спев парочку песен. Постепенно солдаты возвращались из столицы технократов, а вместе с ними и Ликан с Розалией. Когда вся старая команда была в сборе, мы перешли на более тихий, но не менее откровенный разговор.