Лучший режиссёр, главы 1-100 (ЛП) - E Wall - Страница 163

– Ого! Ну ничего себе… – без всякого восторга вздохнул Ван Ян. Попадёт на обложку «Тайм»? Он с насмешкой произнёс: – Марк, есть и плохая новость. Меня задержала полиция.

Стрэнг был ошарашен. Он немедленно спросил:

– В смысле? За что тебя задержали?

Ван Ян, окинув мимолётным взглядом Бретта, потрогал рану на лбу и сказал:

– Я подозреваюсь в умышленном причинении вреда здоровью. Папарацци Коул Лэнгстон возбудил на меня дело. Сейчас я с полицейскими еду в участок…

Стрэнг тут же испуганно вымолвил: «Дерьмо», но сразу взял себя в руки и серьёзно произнёс:

– Ян, ничего им не говори, сохраняй молчание! Не раскрывай никаких сведений по поводу дела, не отвечай ни на какие вопросы. Что бы они ни спросили, скажи, что будешь говорить только в присутствии адвоката, понятно?

Ван Ян кивнул, ответив:

– Я знаю.

Естественно, он это понимал. Он не был полным нулём в законе. В действительности он понимал, что пусть даже Коул подонок, всё же именно он, Ван Ян, первым распустил руки, притом выбил Коулу как минимум три зуба, а это уже умышленное причинение вреда.

– Ян, я немедленно договорюсь с хорошим адвокатом насчёт твоего освобождения, но потребуется некоторое время! – сказал Стрэнг и вновь дал строгое наставление: – Запомни, ни в коем случае не разговаривай с полицией!

– Знаю! – отозвался Ван Ян и, вспомнив того чернокожего папарацци, произнёс: – Есть ещё кое-что. Меня только что сфотографировал папарацци.

Стрэнг беспомощно воскликнул:

– Так и знал, что это дело не получится скрыть! Наверняка это приятель Коула Лэнгстона. Они не упустят шанса поживиться, чёртовы папарацци! Эх, пока забудем об этом. Дождёмся твоего освобождения, а там посмотрим, что делать дальше.

Закончив телефонный разговор, Ван Ян молча уставился в одну точку и за долгое время моргнул лишь раз. Сидевший рядом Бретт, услышав от Ван Яна про какого-то папарацци, кажется, о чём-то подумал, снова озадаченно смерил взглядом Ван Яна и внезапно с удивлением вымолвил:

– Подожди-ка, ты волшебный юноша?! О боже, и почему я это только сейчас понял? Ты и есть волшебный юноша!

Ван Ян слабо улыбнулся, ответив:

– Ага.

Бретт, чуть повеселев, произнёс:

– Моей дочери нравится твоё кино! Э, тот «Классный мюзикл», она твоя преданная фанатка, она приобрела пять CD с саундтреком, желая получить в придачу плакат с твоим автографом, но так и не получила.

Он торопливо достал из кармана блокнот и ручку и протянул Ван Яну, с улыбкой сказав:

– Эй, дай автограф, моя дочь уже давно об этом мечтает.

Ван Ян, кивнув, взял блокнот и ручку и поставил автограф. Бретт опять заговорил:

– Пожалуйста, напиши: «Желаю Кире Бретт быть вечно красивой и счастливой». Спасибо.

Ван Ян написал требуемую фразу и, улыбаясь, подписал ещё одну фразу: «Меня задержал твоей отец, но, пожалуйста, поверь, я не садист». Он вернул блокнот и ручку Бретту, со смехом сказав:

– Замолвите за меня перед ней словечко. Не хочу лишиться фанатки.

– О, такого ни в коем случае не произойдёт! Стоит кому-либо что-то плохое сказать про тебя, и этот человек автоматически становится её врагом, – покачав головой, со смехом ответил Бретт. Когда он смотрел на автограф в блокноте, на его лице отразилась отцовская нежность. Он вздохнул:

– Наконец-то я хоть как-то впечатлю свою Киру. Она сойдёт с ума от радости, это же личный автограф волшебного юноши!

Сидевший за рулём чернокожий офицер с улыбкой промолвил:

– Повезло, что ты выехал на это задание, не так ли?

Бретт рассмеялся и, посмотрев на Ван Яна, сказал:

– Волшебный юноша, снимай побольше хороших фильмов, не дай кумиру моей дочери превратиться в падшую звезду.

Ван Ян кивнул, а Бретт похлопал его по плечу, добавив:

– Моя дочь ждёт твою новую работу. Фильм… Как же он называется?

– «Джуно», – улыбнулся Ван Ян.

Бретт воодушевлённо кивнул:

– Да, «Джуно». Прошу тебя, пусть это будет отличная картина!

Он с любящей улыбкой произнёс:

– Кира всегда твердит, что «Джуно» станет суперкрутым фильмом, для неё это уже непреложная истина.

– Я постараюсь, – ответил Ван Ян, чувствуя тепло в душе. Кира и остальные фанаты так верили в него, поддерживали его. Разве мог он их разочаровать? «Джуно» станет суперкрутым фильмом? Ему придётся хорошенько постараться.

Хотя Бретт попросил автограф, стал дружелюбнее и в дороге завязал с Ван Яном разговор, однако это вовсе не означало, что Ван Ян получил какие-либо льготы. По прибытии в участок Бретт с несколькими полицейскими устроил допрос, но, поскольку Ван Ян выбрал хранить молчание, все его ответы заканчивались так: «Я всё расскажу в присутствии своего адвоката». Естественно, допрос не дал никаких плодов. В соответствии с порядком, Ван Ян был отведён в изолятор.

Снаружи изолятора виднелась ограждённая толстой решёткой комната, в которой находилось несколько временно задержанных человек, среди которых были негр с бандитским лицом и полностью покрытой тату шеей, пьяница, уснувший прямо на полу, а также неформального вида девушка с серьгами в ушах и пирсингом в носу и губах…

Ван Ян вдруг о чём-то подумал, остановился и, посмотрев на сопровождавшего его полного полицейского, сказал:

– Мне нужно сделать звонок.

– Хорошо, – согласился полицейский.

Ван Ян подошёл к телефону возле стены, взял трубку и набрал один номер. Вскоре раздался звонкий приятный голос:

– Алло, кто это?

Ван Ян, озираясь по сторонам, с улыбкой промолвил:

– Джессика, это я.

Услышав его голос, Джессика мигом залилась улыбкой и игриво сказала:

– Привет, соскучился по мне?

Ван Ян хихикнул, ответив:

– Кое-что произошло. Мне показалось, надо тебе первой рассказать.

Джессика расслышала в его тоне что-то неладное и, нахмурившись, спросила:

– Ян, в чём дело?

Ван Ян спокойно сообщил:

– Коул написал на меня заявление, я сейчас в полицейском участке.

Джессика обеспокоенно воскликнула:

– О господи! Ты в порядке?

Ван Ян поспешил утешить её:

– Не волнуйся! Я в полном порядке, пустяки, это всего лишь временное задержание. Марк уже подыскивает адвоката, чтобы освободить меня под поручительство.

Полный полицейский, окинув Ван Яна подгоняющим взглядом, сделал пару шагов вперёд и нетерпеливо сказал:

– Заканчивай уже, быстрее!

Ван Ян показал жестом, что скоро закончит, и, прикрыв трубку рукой, произнёс:

– Джесси, не волнуйся! Это просто новый опыт, ничего особенного. Я должен вешать трубку. Сегодняшнее “спокойной ночи” мне придётся пожелать тебе прямо сейчас. Спокойной ночи!

– Ян, Ян! – закричала Джессика и услышала гудки в мобильнике. Её брови сильно насупились, и сердце сильно сжалось.

Ван Ян, скрестив руки на груди и облокотившись о стену, сидел в отдалённом углу изолятора. До его ушей доносилась бранная речь зловещего вида негра: «Сука, мать вашу, я ничего не крал, я только подобрал…», а также храп захмелевшего пьяницы. Он, подняв голову, посмотрел на потолок и почему-то почувствовал умиротворение. Ему не хотелось думать об этом судебном деле. Он думал о словах Бретта: «Пусть это будет отличная картина…», «Для моей дочери “Джуно” уже суперкрутой фильм». Кроме того, он вспомнил слова Натали: «Уверена, что спустя полгода я смогу стать Джуно», «Уверена, что сумею взять её под полный контроль».

– Эй, красавчик, за что посадили? – с улыбкой сказала неформального вида молодая белая блондинка, подойдя к Ван Яну и погладив его по предплечью. – О какие мощные мышцы!

Ван Ян раздражённо предупредил:

– Не трогай меня.

Неформалка бросила на него кокетливый взгляд, уже поглаживая его грудь, и, облизывая губы, произнесла:

– Можешь меня потрогать.

Ван Ян, закатив глаза, отсел подальше, но девица вплотную преследовала его…

Вечером в свежем выпуске новостей на телеканале Fox вышла новость: «Звёздного режиссёра китайского происхождения Ван Яна задержала нью-йоркская полиция для проведения расследования!