Одного раза недостаточно - Сьюзанн Жаклин - Страница 49

- Красавец, правда? - спросил он.

Она не смогла ему ответить. Такой мерзкой штуки она еще не видела в жизни. Красная... вся в венах... казалось, она вот-вот лопнет.

- Поцелуй его...

Он поднес член к ее лицу. Она отвернулась. Дэвид засмеялся:

- О'кей... Ты еще захочешь его поцеловать, прежде чем мы кончим...

Она справилась с охватившим ее страхом. Где то романтическое чувство, которое она якобы должна испытывать? Почему в ее душе лишь отвращение и паника?

Он лег на Дженюари, опираясь на локти и колени, стал целовать ее груди. Рука Дэвида скользнула к бедрам девушки. Дженюари непроизвольно сжала их. Он удивленно посмотрел на нее.

- Что-то не так?

- Здесь очень светло и... Он засмеялся:

- Ты не любишь заниматься любовью при свете?

- Нет.

- Желание леди - закон для меня.

Подойдя к выключателю, он погасил свет. Она посмотрела на приближающегося Дэвида. Неужели все это происходит на самом деле? Она действительно лежит на кровати и ждет, когда этот незнакомец овладеет ее телом. Внезапно она вспомнила, что так и не сходила к доктору, которого ей рекомендовала Линда, не приняла пилюли и не поставила спираль.

- Дэвид, - произнесла Дженюари, но он уже уткнулся в ее промежность своим пульсирующим членом. Надавил... еще сильнее... она ощущала его пальцы везде... на груди... меж бедер... он раздвигал ее ноги... входил в нее...

- Дэвид, я не принимаю пилюли, - выдавила из себя она, когда он попытался поцеловать ее.

- О'кей. Я вытащу, - пробормотал Дэвид, тяжело дыша. Его грудь была влажной от пота. Он все еще старался ввести свой огромный член в Дженюари. Она ощущала периодические толчки. Каждый раз пенис упирался в прочную стену из ее мышц. Неужели ему не ясно, что у них ничего не получится? Но его орган становился все более требовательным и настойчивым... Он разрывал ее внутренности. Боже, она сейчас умрет. Стиснув зубы, чтобы не закричать, она вцепилась ногтями в его спину. Услышала бормотание Дэвида:

- Отлично, детка. Трахни меня... ну же... трахни меня!

Нестерпимая боль пронзила Дженюари - Дэвид проник-таки в ее тело. Девушке казалось, что он ломает ей кости, рвет ткани. Внезапно он вытащил член, и она почувствовала, как струя горячей жидкости ударила ей в живот. Дэвид, задыхаясь, перевалился на спину. Сморщенный член висел между ног неподвижно и бездыханно, точно мертвая птица.

Наконец его дыхание стало ровным. Он повернулся к Дженюари и взъерошил ее волосы.

- Ну... тебе понравилось, детка?

Он взял с тумбочки салфетку "Клинекс" и положил ее девушке на живот.

Она боялась пошевелиться. Боль была такой сильной, что Дженюари испугалась. Возможно, он повредил ей что-то. Линда говорила, что вначале будет небольшая боль. Но не такая же агония! Она машинально вытерла живот. Он был липким. Ей хотелось броситься под горячий душ. Но больше всего - поскорей уйти отсюда. Дэвид погладил ее волосы.

- Как насчет минета, детка? Тогда мы сможем продолжить.

- Минета?

- Ну, возьми в рот.

Он притянул ее голову к своему опавшему члену, безвольно покоившемуся меж ее бедер. Она вскочила с кровати:

- Я еду домой!

Заметив кровь, Дженюари остановилась. На простыне были алые пятна. Кровь текла по ногам девушки. Дэвид сел.

- Господи, Дженюари, что же ты не сказала, что у тебя месячные!

Дэвид вскочил с кровати и сорвал с нее простыню.

- Боже мой... протекло до матраса.

Она стояла неподвижно, зажав руки между ног. Ей казалось, что стоит убрать руки, как ее внутренности вывалятся наружу. Он повернулся и посмотрел на нее.

- Ради бога, не испачкай ковер. В медицинском шкафчике есть тампоны.

Она бросилась в ванную, заперла за собой дверь. Отняла руку. Ничего не произошло. Кровь остановилась. Девушка взяла полотенце и стерла кровь с ног. Ей казалось, что внутри у нее все разорвано. Яркий свет лампы, висевший над медицинским шкафчиком, придавал желтый оттенок лицу Дженюари. Она уставилась на свое отражение в зеркале. Тушь на глазах расплылась, волосы спутались. Надо одеться и уйти отсюда. Она смыла тушь с век. Завернувшись в другое полотенце, открыла дверь ванной и бросилась в гостиную. Дэвид даже не посмотрел на Дженюари. Он все еще был голым и сосредоточенно тер матрас тряпочкой, смоченной в пятновыводителе.

Она схватила свою одежду в гостиной, взяла из спальни туфли и трусы, вернулась в ванную. Когда она вышла оттуда, кровать еще была не застелена, но Дэвид уже оделся.

- Придется подождать - до полного высыхания не поймешь, удалось вывести пятна или нет, - сказал он. - Возможно, придется вызвать человека из химчистки. Я отвезу тебя домой.

Он молчал, пока они не сели в такси. Устроившись на сиденье, Дэвид обнял Дженюари. Она невольно отодвинулась в сторону. Он взял ее за руку.

- Слушай, извини, что я заговорил о простыне. Но это настоящий "Портхолт", и тебе следовало сказать насчет месячных. Я знаю, ты жила в Европе. Там некоторым мужчинам это даже нравится. Но я не люблю кровь. Ты нашла "Тампакс"?

- У меня сейчас нет месячных, - сказала Дженюари. В первый момент он не понял. Потом Дэвид откинулся на спинку сиденья.

- О, боже! Дженюари, неужели ты... господи! Но кто слышал о двадцатилетней девственнице? Особенно с твоей внешностью. У тебя там очень тесно, но я решил, что дело в твоей конституции... Ты такая худенькая...

Он буквально застонал.

Они проехали несколько кварталов. Дэвид молча смотрел в пространство перед собой.

- Почему ты разволновался? - спросила она.

- Потому что, черт возьми, я не лишаю девушек невинности.

- Кто-то же должен это делать, - заметила она. - Помню, один итальянец сказал мне то же самое.

Когда они доехали до угла, он попросил водителя остановить машину.

- Давай зайдем в бар и выпьем перед сном по бокалу. Я хочу с тобой поговорить.

Они оба заказали виски. Она не любила его, но оно поможет ей уснуть. Боже, как ей хотелось погрузиться в сон!

Дэвид подвигал бокал по салфетке.

- Я все еще в шоке. Но... слушай... я горжусь тем, что ты выбрала меня в качестве первого мужчины. Ты не пожалеешь. Следующий раз я сделаю тебя по-настоящему счастливой. Дженюари... ты мне очень нравишься.