Горячая афера. том 1 и 2 (СИ) - Одувалова Анна Сергеевна - Страница 64

Вино и закуски оказались забыты. Лексия ощущала за своей поясницей перила, а внизу под ними раскинулся город. Впечатление, что они с Таниром находятся практически в центре толпы, заводило сильнее. Дом доменуса был хорошо защищен, и Лексия не знала, виден ли с мощеных тротуаров набережной этот маленький балкончик, да признаться, ей было наплевать на возможных случайных свидетелей. Это они пусть испытывают неловкость и стыд.

Поцелуи становились требовательнее, а объятия жарче, Лексия провела руками по груди мужчины, проворно расстегивая маленькие пуговички-жемчужины. Ладони ощутили жар кожи и через пальцы, Лексия почувствовала убыстряющийся ритм его сердца.

Голова слегка кружилась, как от дорогого вина, которое они еще не успели выпить. Когда Танир двинулся ближе и, подхватив Лексию под бедра, одним движением усадил на узкие перила балкончика, она на секунду напряглась, вздрогнула, испытывая страх, но потом утонула в зеленых, пронзительных глаза и поняла, что с этим мужчиной не нужно бояться и полагаться на себя. Он удержит в любом случае, не даст упасть – он самая серьезная опора в этой жизни. Как жаль, что Лексия привыкла полагаться только на себя.

Сегодняшнее ощущение беззащитности и слабости было в новинку. Мошенница расслабилась в уверенных руках, немного переместила вес и обхватила ногами мужчину за талию. Платье бесстыдно задралось, обнажая стройные бедра. Танир сжал сильнее ее талию, удерживая девушку практически на весу, и свободно рукой скользнул в вверх по внутренней поверхности бедра, легкими ласкающими движениями, заставляя дышать глубже, выгибаться навстречу пальцам, и едва слышно стонать, закусывая губы.

Когда ладонь достигла сокровенного места и медленно скользнула вверх-вниз, осторожно раздвигая влажные складки, Лексия всхлипнула и с силой вцепилась мужчине в волосы. Движения становились сильнее и увереннее, пальцы проникали глубже и всхлипы, срывающиеся с губ, звучали все громче.

Наслаждение было мучительно острым, словно электрические вспышки по всему телу, пронзительные до поджимающихся пальцев на ногах, а поза очень неустойчивой. Лексия могла только выгибаться навстречу ласкающим рукам, чувствовать, как пульсирует внутри желание и все – ни дотронуться, ни подарить ласку в ответ.

Грудь напряглась и болезненно ныла, поэтому когда Танир наклонился и нежно захватил сосок губами сквозь тонкую ткань платья, мошенница не удержалась и всхлипнула, чувствуя, как наслаждение затапливает с головой, заставляет слабеть ноги, и когда оно практически достигло своего пика, мужчина отстранился, улыбнулся и, как ни в чем ни бывало, сказал:

– Ужин остывает…

Хотелось кинуть в него туфель. Лексия поймала себя на этой мысли и даже слегка смутилась. Неторопливо дернула платье на бедрах, позволив ему упасть волнами до пола, и улыбнулась, показывая, что принимает правила игры, к столу подходила нарочито медленно, прекрасно зная, как смотрится ее возбужденное тело в тонком полупрозрачном шелке.

Между ног пульсировало неудовлетворенное желание, и Лексия сдерживала себя изо всех сил, чтобы не кинуться на законника. Она видела страсть в его глазах и понимала, что стоит ей проявить инициативу, и он сдастся, возможно, овладеет ей прямо тут на полу балкона, и эта мысль возбуждала, но впереди у них была целая ночь. Так к чему спешка? Лексия мелено обошла Танира и, остановившись у стола, соблазнительно изогнулась, делая вид, будто рассматривает этикетку марочного вина.

– Вы превзошли себя доменус, 1789 год. Лучший урожай минувшего столетия.

– Все для вас нобиле… – услышала она волнующий хриплый голос и ощутила руку и себя на бедре. Ладонь скользнула по ягодицам, сминая дорогой шелк, задирая невесомые складки, которые скользили по ногам, даря мало с чем сравнимые ощущения.

Танир сделал шаг и прижался сзади, позволяя через тонкую ткань платья и штаны почувствовать свое желание. Горячие пальцы скользнули по позвоночнику и чуть надавили между лопаток, вынуждая лечь грудью на край стола. Лексия повиновалась, изогнулась в пояснице и повела бедрами, дразня. Услышала за спиной судорожный вдох, плавно поднялась и повернулась лицом.

– Паштет из гусиной печени? – как ни в чем ни бывало, поинтересовалась она. – Помнится, в прошлый раз он мне очень понравился.

– Может быть, сразу перейдем к десерту? – хрипло спросил доменус и шагнул ближе, прижимаясь всем телом. Он наклонился к губам Лексии, скользнул по ним едва ощутимым поцелуем и достал со стола за спиной мошенницы уже открытую бутылку вина.

Чтобы разлить его по бокалам, нужно было лишь слегка отстраниться. Рубиновая жидкость потекла в прозрачное стекло. Один бокал Тарин протянул Лексии, а второй взял сам.

– За удачное завершение дела… – тихо произнесла девушка и сделала первый глоток, позволяя раскрыться богатому букету напитка.

– За нас, – добавил Танир и тоже поднес бокал к губам. Он сделал глоток, и хитро усмехнувшись, поддел пальцем бретельку платья – она медленно сползла с плеча мошенницы. Лексия вместо того, что ее поправить, отставила бокал в сторону и дернула плечом, позволяя сползти и второй.

Дальше нужно было только немного отступить от стола, соблазняющее повести бедрами и платье медленно скользнуло к ее ногам.

Танир задержал дыхание.

– Будешь ужинать прямо так? – поинтересовался он.

– А тебя что-то смущает? – Лексия пожала обнаженными плечами и аккуратно присела на краешек стола, закинув ногу на ногу.

– Не уверен, что смогу думать о еде…

– А ты не думай. – Мошенница взяла с подноса небольшую тарталетку с паштетом и отправила ее в рот. Вторую протянула Таниру. Он осторожно поймал ее губами, словно невзначай скользнув по пальцам мошенницы. Она понимающе улыбнулась и чуть откинулась назад, облокотившись о столешницу.

Танир смотрел долго и внимательно. Лексия с удовольствием наблюдала за тем, как на его лице борется здравый смысл и желание. Доменус ри Аргус не хотел себе позволить овладеть девушкой прямо на накрытом столе, но желание все же оказалось сильнее.

Он рывком скинул с плеч рубашку, кажется, оторвав остатки пуговиц, которые не успела расстегнуть Лексия, дернул за ремень брюк и склонился к мошеннице. Она не стала дожидаться, сама подалась на встречу, обхватила руками за шею и поцеловала – так, чтобы он не смог отстраниться или передумать, обвила ногами за талию, привлекая, соблазняя, заставляя сходить с ума и терять голову.

Танир был нетерпеливый, яростным, он сжал бедра девушки и вошел одним резким движением, прошептав хрипло ей на ухо «Моя». Она в ответ тихо засмеялась и дернула бедрами, приглашая и зачаровывая.

Слова стали не нужны, остались только все убыстряющиеся движение, ласкающий разгоряченную кожу ветер и россыпь звезд над головой. Бокал вина полетел на пол и со звоном разбился, но на него никто не обратил внимания, следом рухнуло блюдо с тарталетками и столовые приборы – ужин откровенно не задался, зато ночь выдалась просто великолепная.

Уходили Танир и Лексия, обнявшись. Она лишь накинула плечи его рубашку, а он прихватил бутылку вина.

– Ты знаешь, – шепнул он ей в волосы. – Почему-то мне совсем не хочется есть. По-моему, я могу думать только о тебе.

– Меня тоже если и терзает голод… – Лексия повернулась, хитро улыбнулась и поцеловала доменуса в кончик носа. – То это голод совсем иного плана.

– Но ведь у нас еще много времени впереди, чтобы его утолить? – серьезно спросил он.

– Конечно. – Лексия улыбнулась немного грустно, уже открыла рот, но почему-то так и не добавила. «Целая ночь впереди». А просто положила голову ему на плечо, обняла руками за талию и позволила утянуть себя в спальню.

* * *

Уже под утро Лексия встала и на цыпочках пробежала к двери, стараясь не смотреть на спящего Танира. И так было слишком больно, но мошенница не хотела оставаться и ждать пока он выгонит ее сам. Лучше уходить тогда, когда ты еще нужна. Она давно усвоила это правило и следовала ему неукоснительно. Только так можно сохранить лицо и теплые воспоминания о себе. А еще призрачную надежду на продолжение.