Кто убил Оливию Коллинз? - Спейн Джо - Страница 34

Из-за этого уже случались неприятности.

Когда Оливия зашла к нему в тот день… Господи. Он и понятия не имел, к чему она гнет.

Она обошлась без преамбулы, сразу взяла быка за рога.

— Я знаю про тебя все.

Он разговаривал с Оливией по-настоящему только раз в жизни, в тот раз, когда она зашла чего-то попросить и в итоге битый час проторчала у него на кухне. Она никогда ему не нравилась. Когда он только въехал в дом, Лили предупредила, чтобы он вел себя с ней поосторожнее.

— Она жуткая сплетница, — сказала Лили. — И очень высокомерная. Самое смешное, что я почти уверена — ей кажется, что это у меня комплекс превосходства.

Джорджу нравилась Лили. Ей он доверял и поэтому старался держаться от Оливии подальше.

Откуда она могла что-то знать о нем, уму непостижимо.

Тем не менее она завела речь о его постыдных секретах и о том, что в его возрасте пора бы уже повзрослеть.

Джордж прервал ее в самом начале.

— О чем этот разговор? — спросил он. — Откуда ты что-то обо мне знаешь?

Она немного смутилась.

— Я как-то раз зашла к тебе, — сказала она. — Тебя не было дома, и почтальон оставил посылку у двери. Я занесла ее в…

— Что? — Джорджу стало дурно. Оливия, похоже, несколько дней готовилась к этому разговору, обдумывая, что сказать. Какая посылка, о чем она говорит? Та книга, которую он заказал? Он тогда обнаружил ее на половике в прихожей, войдя в дом. Еще мелькнула смутная мысль — как же почтальон ее пропихнул в щель для писем в двери, — но он тут же отвлекся и забыл.

— Ну, ведь ты же сам дал мне ключ, — сказала она. Она покраснела и заговорила слишком быстро, очевидно нервничая и стараясь удержать преимущество. Можно подумать, цель оправдывает средства. — Вот я и занесла ее в гостиную, а твой компьютер был включен. Я случайно смахнула клавиатуру.

Джордж тупо смотрел на нее.

Она заходила к нему в дом, копалась в его вещах. На ноутбуке у Джорджа был пароль, но только имя и дата рождения. К чему усложнять, если живешь один. Кто угодно мог подобрать.

И кое-кто подобрал.

В тот день он в спешке убежал из дома. Включил с утра компьютер, автоматически полез на порносайты, но тут вспомнил, что говорил Адам: иногда надо просто уйти от искушения. В итоге Джордж прыгнул в машину и поехал в горы. Бросив машину у начала пешеходной тропы, он шел и шел, втягивая в себя свежий воздух с ароматами мха и хвои, чувствуя, как оживает, потому что впервые за долгое время нашел в себе силы сказать нет.

Когда он вернулся домой, там его уже ждала книга, которую Адам рекомендовал ему купить.

В книге описывались этапы избавления от зависимости, и Джордж читал ее всю ночь.

Это уже что-то, пусть немного, но главное начать.

И вот Оливия облила его надежды бензином и бросила спичку.

— Да ты кто такая вообще? — рыкнул он.

Она примирительно подняла ладонь.

— Я не собираюсь здесь с тобой спорить, — сказала она. — Я пришла тебя предупредить, ведь я знаю, что ты такое, Джордж Ричмонд. Ты извращенец.

— Что? Ты это серьезно? Что ты себе позволяешь? Залезла ко мне в дом, подобрала пароль к моему компьютеру, увидела какую-то порнуху и что… с ума, что ли, сошла? Как ты будешь объясняться с полицией, когда я их вызову? Думаешь, они закроют глаза на твое поведение, раз ты корчишь из себя Мэри Уайтхауз[5]?

Джордж рассмеялся, настолько это звучало нелепо.

Оливия поджала губы.

— Что ж, можешь говорить что угодно. А я вот видела, как ты подглядывал за Холли Дэли через окно прошлым летом. И дергал себя за одно место. С тех пор я за тобой и наблюдаю. Она еще ребенок, а ты взрослый мужик. Омерзительный причем. Предупреждаю: не смей приближаться к детям. Держись подальше, или я всем расскажу, каков ты есть.

Джордж почувствовал, что падает в пропасть. В свое время, узнав, сколько Холли лет, он не находил себе места от стыда. Возбуждаться на подростков — даже для него это уже слишком. Именно после того случая он начал всерьез искать психотерапевта.

Он даже не нашелся что возразить Оливии. Та постояла в ожидании, но, увидев, что ему нечего сказать, развернулась на месте и с торжествующим видом покинула дом через парадную дверь.

Джорджу хотелось умереть от унижения.

Да, у него есть проблема. Но он же не… не опасен. И, господи, уж точно не опасен детям. Любой мужчина посмотрел бы на Холли Дэли точно так же. Они с Элисон только что приехали, откуда ему было знать, что Холли всего пятнадцать. Просто юная сексуальная девица. Вот и Рон Райан вчера вечером говорил примерно то же самое.

Он поклялся, что не позволит какой-то соседке отравить себе жизнь. Однако на той неделе он пропустил встречу с психотерапевтом и постепенно вернулся к своей зависимости, как и следовало ожидать. Ведь ему просто нужно немного расслабиться! Хотя умом он прекрасно понимал, что дело — дрянь.

При этом он продолжал размышлять над поступком Оливии. Все-таки в этой истории гораздо более неприглядно выглядит она. Мало ли, что у нее был ключ? Не говоря о том, что заполучила она его довольно сомнительным способом. Она проникла в чужой дом, шарила в его личных вещах!

Оливия не ангел. Далеко не ангел! Вот кому полагается самый грязный камушек.

Оливия

№4

Ни одно доброе дело не остается безнаказанным. Ведь так говорят?

Моя мама часто повторяла, что нечего совать свой нос в чужие дела. Однажды я попыталась ей возразить.

— Что же будет, — сказала я, если все будут заниматься своими делами и не будут вмешиваться, если увидят несправедливость?

— Оливия, котик, но когда посторонние вмешиваются, от этого только хуже.

— Нет, мама, я так не думаю. Помнишь, как бабуля не хотела идти к доктору Нили и как ты ее заставила. А если бы не заставила, у нее бы не нашли рак и бабуля бы так и умерла как-нибудь ночью, ничего не узнав. А так ее лечили в больнице, ухаживали.

От этих моих слов мать расплакалась.

Да разве мне надо лезть в чью-то жизнь? Конечно, нет, без особой необходимости. И уж тем более не хочется ничего никому портить. Но кто мог поступить иначе, увидев, чем занимался Джордж Ричмонд в тот день у окна?

Даже заполучив ключи от его дома, я смогла проникнуть туда только через несколько месяцев. Он практически не выходил из дома, а если и выходил, то когда меня тоже не было. Наверное, я нервничала, потому и тянула. Нет у меня опыта вламываться в чужие дома.

Но вот однажды я увидела, как Джордж выскочил из дома и запрыгнул в машину, будто его травят собаками.

Только он успел выехать за ворота, как появился почтальон. Шел дождь, и тот мялся у дома Джорджа с посылкой в руках, пытаясь сообразить, как с ней поступить. Я поспешила к нему.

— Вам помочь? Я из номера четыре.

Почтальон знал меня в лицо и с облегчением улыбнулся.

— Вот, посылка, — сказал он. — Она не помещается в почтовый ящик, а дома никого нет. Не хочу оставлять ее перед дверью под дождем.

— Я могу взять, если хотите. У меня есть ключ от дома, могу занести в прихожую.

Волшебные слова у меня есть ключ сработали.

Через две минуты я стояла на крыльце дома Джорджа, обмирая от страха. Если я зайду в дом и услышу, как он подъезжает, придется бросить книжку на стол, выбежать в прихожую, выйти ему навстречу и заявить, что я просто занесла в дом посылку.

Если он меня поймает.

Ноутбук Джорджа, открытый, лежал на диване. Защищенный паролем.

Наверное, здесь я уже переступила грань, а после этого стало уже все равно.

Я сделала несколько попыток, и, будь он осмотрительнее, у меня бы ничего не получилось. Я знала год его рождения. Его отец как-то упомянул, что, несмотря на свой юный вид, у него есть сын, который родился в 1982 году.

Я решила попытать счастья и впечатала дату его рождения. Потом фамилию и дату рождения. Потом имя и дату рождения — и вот вам, пожалуйста.