"Фантастика 2023-75". Компиляция. Книги 1-19 (СИ) - Ахминеева Нина - Страница 987

– Но затем, когда как ты говоришь, появилась возможность попадать на вашу планету, так называемые «верхние» не стали помогать оставшимся там? – уточнил Остапенко.

Тарланин всплеснул руками:

– А как ты себе это представлял бы в тот момент? Сами «верхние» ничего не понимают, Зон на планете тысячи, а «верхних» на тот момент имелось всего около двух тысяч – даже по одному спасителю мира на Зону не хватит! И у самих «верхних» разброды и шатания. В тот момент, в самом начале, когда открылись переходы, сделать это было просто невозможно…

Затем, как уже говорил Авван, Тигурд навёл порядок, и общество «верхних» приобрело вполне управляемую и чёткую структуру. Для того чтобы лучше ориентироваться в обстановке, он организовал исследования разных Зон разных миров, то есть создал подразделение исследователей, в которое сейчас входил и сам Авван. Всё это было сделано правильно. Но Авван считал, что когда положение полностью упорядочилось и стабилизировалось, всё-таки следовало как-то начать возрождать общество на самой Тарлане. Везде, конечно, не получилось бы, но в отдельных Зонах, постепенно вполне можно было начать работать в этом направлении. Но получилось, что «верхние» бросили жителей планеты на произвол судьбы. Тигурд с Коуллом, возглавляющим Комитет безопасности, по словам Аввана, сделали из населения Тарланы стадо для пополнение генофонда «верхних». И сейчас во многом получается, что горстка «верхних» пользуется всеми благами Пирамиды, а народ основной планеты, хотя с голоду в основном не умирает, но всё более и более погружается в пучину варварства. Авван заявил, что он представляет группу прогрессивно настроенных «верхних», желающих перемен, а Тигурд и Коулл стремятся сохранить положение, когда «верхние» являют собой некую избранную касту.

– Постой, – перебил тарланина Князь, – ты всё про Тигурда и Коулла говоришь. Так они что же, с тех самых времён вами правят?! Сколько же лет вы живёте, браток?

Авван ответил, что живут тарлане примерно столько же, сколько и земляне, но Тигурд и Коулл владеют каким-то секретом продления жизни. Точнее, владеет Тигурд, только он по-настоящему имеет доступ к Пирамиде – он был одним из первых, кто вошёл туда, и, возможно, это как-то связано с данным фактом.

Остапенко удивило, что Тигурда за полторы сотни лет никто не сумел сместить. Попытки такого рода предпринимались, ответил Авван, но Тигурд, пользуясь своим специфическим контактом с управляющим устройством Пирамиды, организовал всё так, что держит всё под контролем. Но у него есть одна слабость – он продолжает исследовать Пирамиду, а для этого требуются люди. И чем больше людей привлекается, тем сложнее уследить за всеми – кое с кем из таких, намекнул Авван, он и вступил в сговор для организации переворота.

– То есть хочешь попробовать скинуть старикашку? – осклабился Князь.

Авван снова поморщился:

– Ну, старикашкой он не выглядит – зрелый сильный мужчина, хотя ему уже лет под двести. Но мы не просто хотим сесть на место Тигурда, хотя врать не буду, секрет долголетия, которым он ни с кем не желает делиться, привлекателен. Но наша главная задача – покончить с привилегиями «верхних». Мы хотим начать реально возрождать цивилизацию Тарланы!

Валентин глубоко вздохнул:

– А как быть с цивилизацией Земли, которую тоже разрушило включение Зон, и, между прочим, по вашей вине?

Тарланин сделал успокаивающий жест и заверил, что и этот вопрос будет рассмотрен. Если земляне помогут ему сейчас, то новое правительство «верхних» готово будет помочь Земле. Ведь земляне – единственная из известных рас в разных мирах, кто так схож с тарланами и кто уже имел развитую технологическую цивилизацию.

Сейчас среди «верхних» снова всё не так гладко, рассказывал Авван, прежде всего, между первыми лицами – Тигурдом и Коуллом. Тигурд выступает за проведение масштабных исследований разных Зон, Коулл считает, что это привлекает слишком много лишних людей – ведь нужны кадры, которые приходится набирать на поверхности Тарланы. Кроме того, судя по всему, Коулл затеял некую собственную игру, пытаясь дестабилизировать ситуацию в Зонах разных миров ещё больше. Он подкидывает оружие и старается направить интерес отдельных инопланетных группировок в другие миры. Именно из его рук, по словам Аввана, мараты получили тот бронетранспортёр-жук и оружие, с которым уже столкнулись земляне.

Валентин удивился – зачем это нужно Коуллу? Авван пояснил, что, насколько он сам понимает, эти действия направлены на дестабилизацию положения среди «верхних». В такой ситуации намного проще организовывать перевороты. Но то, что делает Коулл, помимо его воли играет на руку настоящим патриотам Тарланы: пока главные злодеи грызутся, власть возьмут реформаторы, которые и начнут спасение цивилизации!

Остапенко задумчиво почесал затылок и поинтересовался:

– Всё это хорошо – диктаторов свалить, цивилизацию спасти, одобряю. Только не могу понять, мы-то тебе зачем? Или вас так мало – патриотов? Несколько землян, совершенно не ориентирующихся в обстановке, случайно выпавшие из своих Зон, мало чем могут помочь…

Авван торжествующе потряс кулаком:

– Вот именно, что случайно выпавшие – фактор внезапности! Вас никто не ожидает – это раз! Во-вторых, проникнуть в определённые зоны Пирамиды почти никто из «верхних» тарлан не может, там существует некое поле, настроенное Тигурдом так, чтобы не пропускать именно тарлан. А я почти уверен, что земляне, да и любые другие инопланетяне смогут его преодолеть. Но ведь не маратов или баори привлекать на свою сторону, согласитесь? Кроме того, чего греха таить, у меня действительно мало соратников, и каждый помощник дорог!

Он перевёл дух, глотнул из стакана и по очереди посмотрел на землян, остановив взгляд на Валентине.

– Ну как, верите, что цели у меня отнюдь не гнусные? – спросил Авван, усмехаясь. – Да, дело опасное, я уже говорил. Но подумайте, что ждёт нас в случае победы! Вы сможете оказать неоценимую помощь своей планете – я обещаю, что предоставлю вам разнообразные технические возможности, которые можно получить в Пирамиде.

Валентин переглянулся с Шориным и Лобановым. Николай, пожал плечами, словно говоря: «Кто его знает, но и терять нам нечего». Князь молча выдержал взгляд Остапенко, по его лицу что-либо понять Валентин вообще не смог. Странное впечатление производил на него этот человек: иной раз, откроет рот – вроде, урка средней руки, а иногда выдаёт очень связные рассуждения. И взгляд у него – совсем не взгляд блатного, за часто прищуренными веками прячутся глаза, в которых явно живут мысли. Вот только бы понять, какие!..

Надо было принимать решение. Действительно, можно сколько угодно продолжать не доверять Аввану – собственно, оснований верить ему безоговорочно у землян никогда и не было. Но что они могли противопоставить недоверию? Сейчас всё равно ничего не узнаешь, кроме того, что рассказывает сам тарланин. Но, оставаясь на его стороне, можно продолжать вникать в суть вещей. Кроме того, ничего не мешает землянам в любой момент начать играть самим за себя, если покажется, что их наниматель чересчур темнит.

– Ладно, – подытожил как бы за всех Валентин, – говори, что от нас требуется?

– Рад, что вы правильно понимаете ситуацию, – улыбнулся тарланин. – В общем, сейчас диспозиция такова…

Для начала Аваан насколько мог подробно поведал землянам исторические предпосылки общества, сложившегося у «верхних» тарлан после начала Катастрофы.

Тигурд Китаан на тот момент командовал основным персоналом международных военных сил, располагавшихся на Лане, и чтобы не допустить паники и хаоса, установил жесткий режим. Себе он присвоил звание Верховного главнокомандующего или коротко – главкома. Для контроля за выполнением установленных правил, ставших своего рода «конституцией» их небольшого сообщества, «верхние» учредили специальное подразделение, которое как раз и возглавил Коулл Цансиин, бывший тогда правой рукой главкома.

Китаан предельно ограничил допуск к Пирамиде, одновременно постаравшись упорядочить исследования свойств этого Артефакта. Чётко организованная исследовательская работа, как полагал Авван, и привела к открытию многих функций, необходимых для поддержания жизнедеятельности колонии.