"Фантастика 2023-75". Компиляция. Книги 1-19 (СИ) - Ахминеева Нина - Страница 926

– Стена, отвесная стена, – разочарованно протянул Остапенко. – Плохо…

– Может, низкий потолок?

– Или низкий потолок, – согласился капитан.

Однако кидать было уже нечего – вся оставшаяся мелочевка была нужной. Они помолчали.

– Какие у нас планы? – спросил Николай.

– Хоть убей, ничего придумать не могу, – признался Остапенко. – Вот думаю, была бы веревка, можно было бы одному из нас, держась за нее, попробовать доплыть до берега. Я не думаю, что здесь целое море – до земли, возможно, метров десять—двадцать или меньше. Может, и не стена там! Может, есть немного твердого берега.

– И что нам это даст? Что, думаешь, там туннели на каждом шагу? Да если они там и есть, то, как пить дать, все равно ведут к твоим гиеномышам.

– В общем-то, ты прав, – заметил Валентин. – Но у нас всего два варианта: или попробовать вернуться и прорваться там, откуда пришли, или попытаться исследовать озеро. Или реку, – поспешно добавил он. – Второй вариант, действительно, пока более реален – у нас нет ни оружия, ни фонаря. Голыми руками гиеномышей не одолеешь, а так мы хоть куда-нибудь да приплывем. И надеюсь, не в тупик.

– Можно и просто так грести, – добавил Николай.

– Наверное, ты прав, – согласился Остапенко. – Лезть в воду может быть опасно – мало ли что там водится.

– Вот именно, – тут же откликнулся Шорин. – И чего мы туда полезем? Ты лучше вон туда посмотри! Что это там?

– Где? – встрепенулся Валентин.

– Вон! – Шорин нащупал руку Остапенко и ткнул ею в темноту.

Валентин прищурился, пытаясь рассмотреть то, что заметил напарник, – какое-то зеленоватое пятно на уровне глаз. Расстояние до него определить было сложно, но пятно постепенно перемещалось, сдвигаясь с места. Люди некоторое время молча следили за ним, а затем показалось ещё одно пятно и ещё. Все они были с одной стороны и передвигались вправо от плывущих людей.

– Видишь, – прошептал Шорин, – мы плывем! Но что это такое?

– Черт его знает! – также шепотом ответил Остапенко. – Может, какие-нибудь светящиеся растения? Есть же на Земле гнилушки…

– Хорошо, кабы так!

Через некоторое время они поравнялись с первыми огоньками, которых возникла уже целая череда, а потом пятна появились и слева. Теперь хоть что-то стало возможно разобрать: действительно, плот плыл по подземной реке, ширина которой оказалась метров двадцать—двадцать пять, насколько позволяло судить слабое отражение в воде.

Остапенко предложил подгрести поближе к берегу, и Николай после некоторого раздумья согласился. Они осторожно примостились на разных концах плота и принялись усиленно грести руками.

Движение поперёк потока получалось очень медленное – здесь заметно сказывалось течение. Внезапно рядом раздался сильный всплеск, после чего плот что-то толкнуло, и они почувствовали, что он развернулся.

Люди замерли.

– Что это? – прошептал Николай.

– Сиди спокойно, – также тихо произнес Валентин, – сдвинься только сюда, к центру!

Они переместились подальше от краев утлого плавсредства, схватившись друг за друга. Плот тряхнуло ещё раз, и всплеск повторился. Кто-то высунулся из воды, громко фыркнул и пару раз ударил по воде то ли хвостом, то ли плавником. Ясно было одно – существо это достаточно большое, а потому могло представлять реальную опасность.

«Уж не ему ли в жертву мы принесены?» – с бессильной злостью подумал Остапенко и сжал кулаки. Такую обидную ситуацию надо было ещё суметь представить: подумать только – жертва на алтаре какой-нибудь подземной акуле!..

Прошла минута, потом ещё одна, но все оставалось тихо – хотелось надеяться, что существо уплыло, а не затаилось.

Плот со всё увеличивающейся скоростью продолжал двигаться по течению, и через некоторое время журчание уже слышалось более чем явственно.

– Не нравится мне это, – сказал Остапенко. – Не хватало нам ещё какого-нибудь подземного водопада.

– Сплюнь, – откликнулся Николай.

Валентин сплюнул.

А светящихся пятен по бокам становилось все больше и больше, и светились они ярким желтовато-зеленым светом. Поначалу светляки виднелись по отдельности, но потом стали группироваться в гроздья, цепочки, и в пещере постепенно становилось все светлее. Сверху тоже появились эти необыкновенные полосатые шарообразные наросты, похожие на недоросли-арбузы, и Остапенко прикинул, что высота свода здесь не превышала метров пяти над уровнем воды. Кроме того, река сузилась, и они плыли быстрее.

Хотя по-прежнему ситуация оставалась сложной, но, по крайней мере, исчезла темнота, что позволяло видеть происходящее вокруг и добавляло пусть и небольшую, но возможность действовать хоть в какой-то мере целенаправленно. Вдаль уходил целый хоровод огней. «Прямо как рождественская ёлка», – подумал Валентин и тут же вспомнил празднование последнего Нового года – ещё до Катастрофы, с родными. Как же это было давно и какой нереальностью казалась прежняя жизнь!

Никакого берега здесь не было – «арбузы» неизвестно как крепились прямо на отвесной стене, встававшей из воды. Река все сужалась, и светляки покрывали стены пещеры плотным ковром, да и потолок немного опустился. Стало светло настолько, что уже легко можно было бы читать газету, если бы таковая имелась, или свободно снарядить магазин автомата патронами, что было бы куда предпочтительнее.

Плот двигался так ещё более получаса, и к этому времени скорость достигла не менее шести—восьми километров в час. Тоннель к этому времени стал совсем узким – при желании до светляков можно было дотронуться рукой, однако люди не рисковали так поступать без явной необходимости. Когда плот относило течением к стене, они осторожно отталкивались от нее ногами, благо почти все шары висели на некотором расстоянии от уровня воды.

Монотонность скользящих мимо светящихся стен начала даже убаюкивать, но неожиданно тоннель резко расширился и плот вынесло в большой грот, снизу доверху заросший «арбузами» самых всевозможных размеров и даже оттенков – здесь появились большие шары с нежно-розовым, желтым и даже голубым свечением. Создавалось впечатление какого-то праздника, карнавала, но людей это совершенно не радовало.

Грот оказался несимметричным – протока продолжалась в нем крутой дугой, уходя влево через нагромождение валунов и узкого переката, который плот, тем не менее, никак бы не продолел, а метров через тридцать пещера снова резко сужалась. Но не это было главным. Справа находился ярко освещённый берег, загроможденный валунами, а у одного из них, наполовину уходящего в воду, приткнулся ещё один плот, причем на нём что-то лежало. В рассеянном разноцветном свечении рассмотреть было сложно, но выяснить это казалось насущной потребностью. Кроме того, Остапенко заметил, что в стене грота чернеет несколько проходов.

«Надеюсь, это не ловушка», – подумал он и толкнул старшину в бок:

– Гребем туда!

Они принялись изо всех сил грести руками, пытаясь изменить курс разогнавшегося плота. К счастью, в гроте течение снова ослабло, и через несколько минут они всё-таки добрались до берега.

– Ну вот, мы и снова на земле, – прошептал Шорин, спрыгивая на береговую гальку у косы, формировавшую перекат.

– Согласен, приятное чувство, – также тихо отозвался Валентин.

Они, насколько смогли, затащили свой плотик на камни и побежали к находке.

– Мама мия! – восторженно пропел Николай. – Вот оно всё где!

На втором плоту горкой было сложено снаряжение, которое гиеномыши отняли у людей: автоматы, вещмешок, фонарь и даже оружие, взятое у чёрного инопланетянина.

– Ничего не понимаю, – пробормотал Остапенко.

Они поспешно экипировались заново. Валентин вставил в автомат новый магазин и проверил фонарь – удивительно, но тот работал.

– Ну что – исследуем тоннель? – Капитан кивнул на зияющее отверстие в стене чуть дальше по берегу. – Или перетащим плот через мелководье и плывём дальше?

Шорин открыл, было, для ответа рот, как из этого самого тоннеля послышалось громкое шуршание, треск и перестукивание. Кроме этого, оттуда раздавались звуки, похожие на шумное дыхание: вдох-выдох, вдох-выдох…