"Фантастика 2023-75". Компиляция. Книги 1-19 (СИ) - Ахминеева Нина - Страница 232

– Дышит, живой! Ратибор, Лось! Несите Алексия в шатёр. Положите и бегите к лесорубам, проверьте там. Микула, Прохор, захватите верёвки, пошукайте на берегу, всех, кто выплывет, вяжите и сюда.

Командный голос Савелия вывел из ступора весь лагерь, люди засуетились, подбросили хвороста в костёр, который еле тлел. На шум взрыва прибежал Фрол со своими людьми, в руках топоры, их чуть было не приняли за разбойников, но сотник, казалось, видел всё и всех. Приказал мастеровым сесть на землю возле палатки, где прятались девочки, и не мельтешить перед глазами. Как назло, стал накрапывать дождь, грозящий перерасти в приличный ливень. Лесорубы-строители потихонечку стали возвращаться к себе, а новгородцы во главе с Пахомом Ильичом перебрались под брезентовую крышу бани.

Очухавшись, я приоткрыл глаза, неприятный привкус во рту, в ушах гудит, словно там заработали маленькие турбины. Подвигал челюстью, сплюнул – не помогло, неужели контузило, каким образом? До корабля одноухого было около ста шагов, что ж это за огнемёт такой? «Инструкцию до конца прочитать надо было», – подсказал внутренний голос. Кое-как встал на ноги и расстегнул молнию, открывая дверь перехода. Жизнь одна, показаться врачу просто необходимо, если ничего серьёзного, то вернусь обратно.

Самоуверенность сыграла со мной злую шутку, о каких таких успешных действиях против кочевников можно говорить, если даже оборона собственной базы от атаки разбойников не подготовлена. Это хорошо, что удалось потопить банду на подходе, попытались бы они напасть со стороны леса – всё, картина маслом. Артель Фрола вырезали бы мгновенно. Пахом, скорее всего, утёк бы на ладью и дал дёру. Савелия с бойцами смяли бы атакующей массой, и ничего б они не успели бы сделать. Сколько бы я смог застрелить из пистолета? Пять, может шесть, про дальнейшее не хотелось думать, приступ тошноты подкатил к горлу, еле сдержался, чтоб не вырвало в комнате перехода.

– Лёшенька, что случилось? Весь бледный, мокрый, а запах, чем от тебя несёт? – Полина помогла дойти до ванной комнаты и стала снимать с меня одежду. – Это в стирку, где так можно извазюкаться? Наверное по бабам пошёл, вот тебя в речке и искупали.

– Какие бабы, Полина. Бандиты напали, бой был. Звони Фирташу, нужен врач, до города я не доеду, скажи лёгкая контузия.

Тёплая вода из душа смывала с меня грязь и песок прошлого, заботливые руки мылили голову, стало хорошо и приятно. Вымытого, закутанного в халат меня довели до дивана. Мокрый платок на лбу и тазик на полу, в случае, если станет тошнить, в таком виде меня и застал приехавший с зятем Моисея Исааковича врач. Пока доктор, в сопровождении Полины отправился мыть руки, Лёня поинтересовался, что случилось.

– Из «Шмеля» стрелял по плоту, да так, что в реку свалился.

– Ну, ну, мне-то можешь не заливать, тут речка шестьдесят метров шириной, на таком расстоянии тебя бы сдуло от взрыва.

– Вдоль реки стрелял, – соврал я.

– Лёха, зять у меня человек правильный. Никому не пытается понравиться и никому не старается угодить. С дерьмом общаться не будет, даже за хорошие деньги, посему и живёт бедно. Так вот, насчёт тебя он предупредил, что добрым делом ты занят, и просил помогать по мере возможности, но всему есть предел. Не хочешь говорить правду – не говори. Но если дураку доверить гранату, то он себя ею и подорвёт.

Подобное сравнение несколько обидело меня, но крыть было нечем, да и доктор уже входил в комнату к больному. Леонид пожелал выздоравливать, просил звонить и пошёл к автомобилю дожидаться врача.

Неделю отлёживался, глотал витамины, пил какие-то настойки, в общем, набирался сил. Два раза приезжал эскулап, мерил давление, смотрел зрачки, заставлял выполнять упражнения на координацию движений, оставаясь мною очень доволен, да хвалил Полину, которая презентовала ему сумку неотложной медицинской помощи, нашпигованную современными препаратами. На восьмой день моего заточения я стал собираться в дорогу, пора было навестить базу в «Средневековье». На машине съездил в Хиславичи, купил в кондитерской огромный торт «Наполеон», девочкам пакет ирисок и, взяв из подвала амфору с кагором, отправился навещать свой отряд. Чудесное выздоровление, сухая одежда, всё должно было вызвать вопросы, на которые мне бы не хотелось отвечать, но деваться некуда, не оставлять же начатое на полпути.

Выйдя из палатки, я попал под дождь, да такой, что через минуту пожалел об отсутствии дождевика. Вымокнув достаточно, чтобы не вызывать расспросов, я решил позвать Савелия, как в это время небо осветил разряд молнии, будто трезубец Нептуна, вынырнув из облаков, ударил в землю.

– Савелий! Где все?

Первое слово прозвучало громко, а вот остальное скрыл грохот грома. Сотник уже спускался с вышки и чуть не слетел с мокрой лестницы.

– О, Алексий, быстро ты очнулся, грешным делом подумал, Богу душу отдавать собрался. – Сотник улыбнулся, но было видно, что застать меня на ногах он не ожидал.

Восстанавливать статус-кво «посланца хранителей» надо было немедленно, повернувшись к воинской палатке, показывая на неё рукой, отдал приказ:

– Собери всех, кроме караула, немедленно.

Сотник пронзительно засвистел, собирая рязанцев, а я тем временем, заглянул в палатку, где разместились дети. Приехавшие с Пахомом девочки жались друг к дружке, боясь высунуть нос за полог. Их никто не обижал, обещали накормить, но, выходило, что не до них теперь. Юные создания напрочь отказывались вылезать из-под крыши, опасаясь грозы, и только предложение испробовать заморские конфеты, позволило переселить их ко мне. Ириски, маленькие коричневые параллелепипеды посыпались на столик. Они были без обёрток, но для детей, никогда в жизни не видевших ни сахара ни карамели, это было сокровище.

– Держать во рту, пока не растает, – сказал я, взял конфету со стола и, сунув себе в рот, грозно добавил: – Съесть все, иначе отсюда не выйдете.

Посмотрев, как четыре маленькие ручки потянулись за лакомством, подхватил амфору с вином, мощный фонарь и отправился к отряду.

Воины во главе с сотником уже сидели в палатке, все семь человек. Ещё когда мы стояли у вышки друг против друга, я успел окинуть взглядом Савелия и теперь мог сравнить. Кажется, особых перемен в нём не произошло. В минуты раздумий он всё так же сдвигал свои выгоревшие брови, на одной из которых не зарастала короткая проплешинка, оставшаяся от давнего боя на стенах Рязани. По-прежнему через плечо в тёмно-коричневых ножнах у него висел меч, а правую руку защищал широкий кожаный напульсник. И только прищуренные глаза затаили за это время в своей глубине настороженность и звериную беспощадность. У каждого есть изъянец, потому что грех и жизнь – брат и сестра. И если от чужого глаза можно его скрыть, то от своих людей никогда. Харизма возросла, вот, что изменилось.

– Подведём итоги. Сегодняшнее нападение показало, что нам по силам одолеть любого противника, если он движется по воде, но не факт, что когда враг будет на суше, мы с ним легко справимся. В общем, сработали мы хорошо. Не думаю, что лихих людей возле нас так много и что в ближайшем будущем можно ожидать повторной атаки. Тем не менее, обезопасить себя надо. Среди нападающих Пахом Ильич опознал некоего безухого киевлянина, который пытался ограбить и сжечь его лавку в городе, значит, неспроста он появился здесь. Посему, режим несения службы оставим прежний, однако уделять особое внимание одиночным путешественникам. Любителям просто причалить, поглазеть и языком почесать тут больше не место: среди них наверняка шпионы. Вся торговля до ворот. Вопросы, предложения будут?

Воины зашевелились, обдумывая сказанное, их взоры устремились к сотнику, что он скажет. Выдержав паузу, Савелий указал пальцем на сосуд и поинтересовался, что в нём.

– Вино там, кагор, как раз запас на подобный случай, – ответил я, передавая ёмкость самому младшему из бойцов. – Велимир, наливай в братину, горло совсем пересохло. Да ещё это купание, будь оно не ладно.