Губительные секреты (ЛП) - Олтедж Нева - Страница 37

— И когда это произойдет?

— Через двадцать минут. И Изабелла…

— Да?

— Даже не вздумай кончать, пока я не приеду.

— Что? Я не уверена, что смогу это контролировать, Лука.

— Что ж, если узнаю, что ты кончила раньше, чем я разрешил, мы начнем сначала, и на этот раз вместо этого будет час. Ты понимаешь?

— Да.

— Хорошо. Включи громкую связь и положи телефон рядом с собой.

— Она включена. Ты будешь слушать?

— Конечно. Ты можешь начинать.

Я позволяю своим рукам скользнуть по моему телу к лобку и начинаю дразнить клитор медленными круговыми движениями.

— Ты знаешь, сколько раз я доставляла себе удовольствие, представляя, что это ты рядом со мной? — спрашиваю я.

— Скажи мне, — раздается грубый ответ.

Я нажимаю на клитор, затем добавляю еще один палец.

— Ты уверен?

— Изабелла.

О, мне нравится, когда он произносит мое имя таким повелительным тоном. Это просьба и в то же время приказ. Лука выдает гораздо больше эмоций своим тоном, чем реальными словами.

— В первый раз, когда я сделала это, мне было семнадцать. — Издаю стон и продолжаю дразнить себя. — Я делала это каждую ночь, а иногда и днем. Так что, я бы сказала, по меньшей мере тысячу раз.

— И что я делал с тобой в этих твоих фантазиях?

— Ты бы зашел в мою комнату. — Я улыбаюсь и ввожу палец внутрь, наслаждаясь покалыванием и нарастающим напряжением в моей сердцевине. — Ты бы был в костюме. Весь в черном ты выглядишь так аппетитно и опасно одновременно. Ты бы медленно подошел ко мне, сорвал с меня платье и бросил на кровать. — Я кладу другую руку на клитор, массирую его и засовываю палец еще глубже, представляя, что это его член. — Тогда ты бы зарылся лицом мне между ног и вылизывал меня, пока я не закричала.

— Не снимая своего костюма? — спрашивает он.

— Да. — Я прикусываю губу и вытаскиваю палец, боясь, что кончу.

— И что бы я тогда сделал? — в его голосе чувствуется напряжение. Я слышу это громко и ясно.

— Ты уже твердый, Лука? — спрашиваю я и прижимаю ладонь между ног, надеясь, что это поможет подавить желание снова засунуть палец внутрь себя.

— Отвечай мне, Изабелла! — рявкает он. — Что бы я сделал дальше?

— Ты бы навалился на меня всем телом, своим весом вдавливая меня в матрас. Потом ты бы поцеловал меня, и я бы почувствовала свой вкус на твоих губах.

— Был бы я все еще одет?

— Да. Сначала я бы сняла с тебя пиджак и рубашку. Твое дыхание участится, когда я вопьюсь ногтями в твои плечи и поцелую тебя в грудь. Затем я бы помогла тебе снять брюки.

Я больше не могу этого выносить, поэтому засовываю два пальца внутрь себя и тяжело дышу.

— Что ты только что сделала? — спрашивает он.

— Ничего. — Я выдыхаю и со стоном погружаю пальцы еще глубже.

— Ты кончила, Изабелла?

— Пока нет, — шепчу я. — Ты поблизости?

— Я заезжаю через ворота, — говорит он. — Что будет дальше?

Я улыбаюсь и продолжаю играть с собой, наслаждаясь звуками его затрудненного дыхания, доносящимися с другого конца провода.

— Ты бы взял мои запястья в свои ладони и поднял мои руки над головой. Прямо как ты обычно делаешь. — С губ слетает стон, когда давление между ногами нарастает. — И ты бы погрузился в меня одним толчком. Жестко. По самую рукоять.

Дверь на другой стороне комнаты с грохотом распахивается. Не убирая руку, я поднимаю голову с подушки и смотрю между своих согнутых ног на порог. Лука стоит в дверном проеме, вцепившись в раму по обе стороны от себя, его челюсти сжаты в жесткую линию, и он смотрит на меня.

Я прикусываю нижнюю губу и начинаю обводить клитор свободной рукой. Мои пальцы все еще внутри меня, поэтому я вынимаю их и подношу ко рту, медленно облизывая каждый из них.

— Скажи мне, Лука, — улыбаюсь я, — насколько твердым ты стал от этого?

Из него вырывается глубокое рычание. Он делает шаг внутрь, пинком закрывая за собой дверь, и медленно направляется к кровати, по пути снимая с себя одежду. Пиджак. Затем его темно-коричневая рубашка. Брюки. Он все время смотрит на меня. Добравшись до кровати, он совсем обнажен, его член полностью возбужден. Я облизываю губы и еще немного раздвигаю ноги.

— Ты самое сексуальное гребаное создание, которое когда-либо ходило по этой земле. — Его голос звучит низким, первобытным рокотом, когда он хватает меня за колени и притягивает к себе. Обхватив меня рукой, он разворачивает меня так, что я оказываюсь на кровати на четвереньках. В следующее мгновение чувствую, как он входит в меня сзади.

— Такая мокрая. — Он проводит ладонью по моей спине. — Ты испытала оргазм до того, как я пришел сюда, Изабелла?

— Нет. — Я ахаю, когда он врывается в меня полностью.

— Хорошо. Тебе нельзя кончать, если я не буду здесь с тобой. — Он выскальзывает, затем снова вламывается внутрь.

— Мне хотя бы можно поиграть?

— Только когда я скажу. — Еще толчок, и его член полностью заполняет меня. Давление, которое нарастало внутри меня, усиливается. — Ты не тронешь себя, пока я не дам тебе разрешения. Ты поняла?

Я сжимаю губы и опускаю голову, мое дыхание тяжело вырывается через нос.

— Ты. Меня. Поняла? — Он продолжает входить в меня, подчеркивая каждое слово сильным толчком, заставляя меня хватать ртом воздух.

— Да! — я кричу.

Быстрые толчки Луки не прекращаются. Он смотрит на меня и приказывает: — Кончай.

Я снова кричу, когда меня внезапно накрывает оргазм. Лука рычит, взрываясь потоками семени внутри меня.

Глава 18

Мой телефон вибрирует на прикроватной тумбочке. Я надеваю очки и просматриваю сообщение от Донато, где он пишет, что поставка оружия снова сорвалась. Мне нужно будет спросить Дамиана, знает ли он, что произошло в первый раз, но это может подождать, пока я не доберусь до офиса. Оглушительная боль пронзает мой череп между висками, и я втягиваю воздух. Все прошло так же быстро. Может быть, мне стоит сходить на обследование к доктору Джейкобсу? Это происходит не в первый раз.

Изабелла извивается в моих объятиях, затем кладет ладонь поверх моей руки у себя между ног и надавливает на нее. Она определенно пристрастилась к тому, чтобы мой палец был в ее киске. Вчера мы водили Розу и кое-кого из ее друзей в кино. Дети сидели впереди, а мы с Изабеллой — в последнем ряду. Как только мы остались одни, она взяла мою руку, засунула ее себе под юбку и прошептала, что нуждается в этом. Тихий вздох облегчения, сорвавшийся с ее губ, когда я ввел в нее палец, заставил меня так возбудиться, что едва удержался от того, чтобы не оттрахать ее, как пещерный человек. Она, черт возьми, захныкала, когда мне пришлось убрать палец в конце фильма.

Я провожу ладонью свободной руки по спине Изабеллы, слегка сжимаю ее попку, затем скольжу пальцами по коже на ее боку.

— Я могу пересчитать твои ребра, Изабелла. Ты похудела?

— Я пытаюсь немного подтянуть свою попку. Я на диете, — бормочет она.

— Что? — Я кладу костяшки пальцев ей под подбородок и поднимаю ее голову, чтобы заставить посмотреть на меня. — Ты спросила разрешения уморить себя голодом?

— Нет. — Она моргает, выглядя слегка смущенной. — Я думала, мужчинам нравятся худенькие женщины.

— Ты думала неправильно.

— У меня огромная задница, Лука. Я хочу похудеть перед вечеринкой.

Сжимая ее подбородок, наклоняюсь вперед, пока не оказываюсь у нее перед лицом. Я не хочу, чтобы ее задница становилась меньше. Желаю, чтобы она была больше.

— На сколько ты похудела?

— Десять фунтов.

— У тебя есть две недели, чтобы снова набрать вес, Изабелла, — говорю я, хмуро глядя на нее.

— Все эти килограммы прибавятся к моей заднице. Она станет еще больше.

Образ Изабеллы, с ее прекрасным задом на размер или два больше, заполняет мой разум, и мой член набухает.

— Хорошо.

— Чудненько. — Она закатывает глаза. — Я думаю, те новые брюки, которые купила вчера, пропадут даром. Мне и так едва удалось в них влезть.