Мемуары рядового инквизитора. Господин королевский некромант (СИ) - Романова Галина Львовна - Страница 38

- Помню-помню, ты у нас весь из себя такой знаменитый… что тебе до какого-то писателя-фантазера! – скривился Рудик. – А вот он, небось, гордится тем, что вы когда-то сидели на одной скамье и слушали одних и тех же лекторов…

- Ты гордишься?

- Ха! – отмахнулся новый глава гильдии некромантов с таким видом, что мне все стало ясно. – Что нам с тобой до них? У нас с тобой жизнь-то удалась. Не то, что…

- Ближе к делу, Рудик! За жизнь можно поговорить и потом.

- Да, это само собой. Завтра в девять в трактире «Петух и скрипка». Не забыл еще, где это?

Я бросил взгляд на ректора. Магистр Вагнер копался в своих бумагах, не поднимая головы, но я знал, чувствовал, что он все слышит. «Петух и скрипка» был старым студенческим трактиром. Там гуляли студиозусы еще в те времена, когда Колледж Некромагии был скромным учебным заведением на окраине города. Тогдашний владелец трактира сделал ставку на бесшабашную молодежь и не прогадал. Теперь «Петух и скрипка» пережил два ремонта, после которых обзавелся двумя залами и несколькими кабинетами «для особо важных гостей». При желании там можно было и свадьбу сыграть – если финансовые возможности клиента позволяли. Когда-то магистр Вагнер тоже там бывал. Как и ваш покорный слуга.

- Не забыл.

- Отлично. Я там снял кабинет. Посидим, вспомним молодость, отметим твое назначение…

- Мое… что?

- Разве я не сказал? – делано удивился Рудик. – Надо же, заболтался… Это ты на меня так действуешь, Згашик!

- Отец Груви, если можно…

- Если нельзя! – дурашливо передразнил он. – Расслабься, тут все свои…

Я опять покосился на ректора. Тот не смотрел в нашу сторону, что-то быстро писал.

- Ты прав, Рудик, - кивнул я.

- Магистр Панда, если можно.

- Если нельзя! – вернул шпильку я. – Тут все свои, не забыл? И вообще, должен знать, что к гильдии некромантов я теперь практически не имею отношения. У меня немного другое начальство, - я щелкнул пальцем по медальону. Было время, когда я от всей души ненавидел этот знак – глаз в огне. Потом смирился, а сейчас даже порадовался, что сегодня он был со мной.

- Ну, если ты до сих пор переживаешь, то это дело поправимое. Держи!

Эффектным жестом – ярмарочные фокусники бы обзавидовались, да и среди наших студентов многие душу бы в аренду сдали за такое умение – он выудил откуда-то небольшую коробочку, которую перекинул мне:

- Смотри.

Внутри – я почувствовал это еще до того, как откинул крышку – лежал…

…лежал мой гильдейский знак.

Сколько лет тому назад я снял его, чтобы больше не надевать? Сколько раз потом проклинал себя за решение? Вроде бы и не спонтанное оно было, и никто силой его с меня не срывал. И вроде как это был не окончательный отказ, а – на словах, по крайней мере! – временная мера, дескать, ты оставляешь его на бессрочное хранение… Все это я понимал тогда и сейчас. Гильдейский знак надевают один раз. И снимают один раз. И когда судьба заставила меня отказаться от принадлежности к ордену некромантов, я…

- Что это значит?

- Это значит, - Рудик приосанился, расправил плечи и, придав лицу каменное выражение, провозгласил: - Именем и попущением Богини возвращаю тебя, Згаш Груви, в орден некромантов! Да будет так.

- Услышано и засвидетельствовано, - неожиданно подал голос Рихард Вагнер.

- Что? – взвился я. – Что это…

- Заладил «что» да «что»! – отмахнулся мой бывший однокашник. – Ты восстановлен в ордене. По моему личному ходатайству. Если бы ты знал, сколько мне – {мне!} – пришлось оббить порогов!

- Догадываюсь…

Неужели пра Михарь знал? Неужели Великий Инквизитор дал свое согласие? Да быть такого не может! И Смерть… жена должна была знать… не говоря уж о том, что надо было принести искупительные жертвы другим богам. И вообще – легче десять раз сменить ордена и богов-покровителей, чем один раз вернуться туда, откуда когда-то ушел.

- Я же знал, - Рудик приобнял меня за плечи, - как ты страдаешь среди этих инквизиторов. Я же читал твои мемуары… читал черновик, между прочим, а не те отцензуренные рассказики, которые выходили под именем «Записок». Не спрашивай, как мне это удалось… вернее, как удалось мэтру Бруно. Уж не знаю, как и на каких условиях, но именно у него хранился оригинал твоих сочинений. Не в запасниках Инквизиции, а у него. Так что я все знаю, Згаш. И – вот. Получи. Ты снова некромант. А вот это, - он потянулся дотронуться до знака инквизитора, - забудь. Выкинуть, конечно, его нельзя, но… засунь куда подальше и забудь, как страшный сон.

«Забудь как страшный сон». Легко сказать. Когда-то, в молодости, я только и мечтал об этом. Что однажды в монастырскую келью войдет мэтр Бруно Черный, протянет мне мой гильдейский знак и скажет: «Ты свободен, Згаш, простой провинциальный некромант. Иди. Твоя работа ждет тебя!» Я молился об этом, порой нарушая устав – когда все возносили хвалы Свентовиду, я один шептал: «Отпусти меня! Не хочу!» Еще десять… да что там, еще пять лет тому назад я бы бегом побежал, стоило намекнуть на возможность освобождения. Но сейчас… Сейчас было уже поздно. Я постарел. Привык. Смирился. Мне это даже начало нравиться. Начать все с начала? В неполные пятьдесят лет? Не слишком ли…

- Не слишком ли…

- Поздно? Ты с ума сошел, Згаш! Никогда не поздно начать все с начала. Тем более, что у тебя такие заделы… И такие перспективы…

Перспективы. Странствующего некроманта, который колесит из конца в конец страны и ищет, где бы заработать? Или освободилась вакансия в каком-нибудь городке? Или…

- Бери выше, - угадал мои сомнения бывший приятель.

- У тебя?

- Еще выше.

- А…

Поймав мой взгляд, ректор молча кивнул головой, указывая пальцем в потолок. А Рудик и вовсе пожелал меня добить, пятерней изобразив на голове корону.

- Ее величество вдовствующая королева Ханна Данская желает, чтобы у ее сына, наследного принца Болеслава был наставник. Опытный. Мудрый. Сильный…некромант, - сообщил глава гильдии некромантов. – Я сразу подумал о тебе, Згаш.

- Я? Наставник принца? Но…

- Таков приказ королевы.

- Королевы? А разве снем уже созывали? Что-то я не слышал об этом.

Снем созывали не так уж часто. Предпоследний раз его созывали перед самым началом Войны Трех Королей. Последний раз – по окончании оной. И вот сейчас… Созывают его лишь в тех случаях, когда после смерти короля претендентов на престол оказывается больше одного. Тогда со всей страны съезжаются знатные лорды и голосуют за одного из них. На сей раз претендентов было трое – принцесса Августа, старшая дочь короля Болекрута Пятого, его сын от второго брака, мальчишка неполных шестнадцати лет, принц Болеслав и… и Яго Беркана, внебрачный сын королевского бастарда Робера Берканы. То, что по материнской линии принцесса Августа тоже была из этого рода, только все запутывало. Ибо слишком многие знали о проклятье, висевшем над этим родом. Лидия, сводная сестра Робера, пыталась снять проклятье, но…насколько я знаю, ничего у нее не получилось.

- Снема еще не было. Лорды только начинают съезжаться. Он откроется не раньше, чем через два месяца. До этого срока и какое-то время после рядом с принцем должен находиться его личный наставник. Некромант.

- Зачем?

- Чтобы защитить его от черной магии этих Беркана, разумеется! Эта зараза проникает повсюду. Насколько я знаю, на факультете ведьмаков обучается еще один представитель этой семейки?

Вопрос был адресован Рихарду Вагнеру. Тот кивнул, глядя мне в глаза. В отличие от Рудика Панды он знал, что Родольфа Беркану рекомендовал лично я.

- Обучается, - не дрогнув, кивнул ректор. – И пока мы не можем ничего сказать об успеваемости и способностях этого молодого человека. Стоит подождать хотя бы первой сессии…

- То есть, вы признаете, что собираетесь дать высшее магическое образование одному из герцогов рода Беркана, - это прозвучало как утверждение, а не как вопрос.

Мы с Вагнером переглянулись.

- Да.