Тёмная ночь (СИ) - "Gromdar" - Страница 41

Наконец, двигавшийся впереди Гавин остановился в конце коридора у заострённого вверх арочного проёма с двустворчатой металлической дверью, которую украшала бронзовая шестерня с черепом в середине. Частично она стилем напоминала переборки между отсеками "Непрощенного Слепца", да и вообще в этом шпиле было больше похожего на привычные детали звездолёта по сравнению с остальным городом.

— Помоги мне, — попросил магистр, взявшись за одну из створок.

Микель просто кивнул и стал напротив, ухватившись кончиками пальцев за другой край двери, а затем они вместе потянули так, что сервомускулы доспехов загудели, работая на максимум. Дверь упиралась так, будто весила тонну, и парень на секунду подумал, что там может быть какой-то прочный замок. От усилий ему показалось, что руки вот-вот оторвутся, но показывать слабость перед главой ордена было бы ошибкой, так что он зарычал и потянул что есть сил. Через секунду что-то внутри стены жалобно лязгнуло, а затем с похожим на тиканье часового механизма звуком створки таки поддались и разошлись в стороны, открывая глубокую цилиндрическую шахту подъёмника.

Гавин заглянул внутрь и быстро осмотрел стены, после чего указал на зубчатые направляющие, по которым должен был двигался лифт.

— Древняя технология, чтобы обойтись без тросов, — подметил он, а затем посмотрел вниз. — Прыгаем. В ста метрах над дном включаем шумоподавители, коротко тормозим ранцами и цепляемся за эти зубцы, чтобы спуститься бесшумно. Справишься?

Микель закусил губу, глядя вниз. Дальномер, встроенный в линзы шлема, не мог определить глубину шахты. Кроме того, она была не настолько широкой, чтобы свободно падать. Всего шесть метров в диаметре. Таких тренировок на Слепце у них не было, так что легко было представить, как его будет швырять от стены к стене при малейшей ошибке.

— Да, — успел коротко ответить десантник, когда почувствовал, что магистр вот-вот передумает из-за его сомнений, и кивнул уверенно. — Справлюсь.

— Отлично, — ответил Гавин и Микель готов был поклясться, что глава ордена улыбнулся за своим похожим на голову ворона шлемом. — Через две секунды после меня.

И сразу же шаг в темноту. С тихим свистом падения магистр улетел вниз, расставив ноги и руки, чтобы контролировать своё тело и держать его почти горизонтально.

Секунда. Две. Микель шагнул следом за ним, а на ретинальном дисплее начали быстро отсчитываться пролетающие мимо десятки метров. Он дёрнул рукой и его тут же качнуло в сторону, опасно близко к стене, и пришлось аккуратно выровнять падение другой рукой. При такой скорости малейшее столкновение с препятствием заставит его кувыркаться и превратит в лепёшку внизу. По телу пробежала дрожь, и парень постарался сосредоточиться.

Казалось, что прошла вечность, но по факту лишь пятнадцать секунд, а затем тёмная шахта осветилась короткой вспышкой света из сопел прыжкового ранца магистра, который выровнялся и вцепился в стену, как летучая мышь. На ретинальном дисплее Микеля высветилось быстро сокращающееся расстояние до дна. Сто метров. В разуме будто вспыхнуло что-то, и он, выровнявшись по примеру Гавина, включил шумоподавитель и активировал свой прыжковый ранец.

Из-за неверного угла и чрезмерной мощности в турбине молодого бойца резко дёрнуло вперёд. Он с гулким стуком врезался в стену, едва не приложившись головой о метровой толщины сталь, а затем, словно мячик, отскочил от неё и, теряя управление полётом, начал падать спиной вниз. Мозг лихорадочно работал и десантник извернулся, мгновенно выравниваясь и принимая вертикальное положение, после чего с меньшей мощностью двигателей притормозил падение и припал к стене, ища за что уцепиться. Оба сердца Микеля бешено колотились, реагируя на испытание, и он, едва схватился за выпирающие зубцы, тут же отключил ранец. Датчик расстояния показывал семьдесят метров до дна.

— Для первого раза отлично, — тихо сообщил Гавин, спускаясь к нему.

Холлстер выровнял дыхание и успокоил сердцебиение, от которого стучало в ушах, будто молотком, после чего кивнул и начал спуск, а на губах невольно заиграла улыбка. Варп подери, он справился! Конечно, между ним и командиром пока что была настоящая пропасть в умениях, но это ведь временно. Когда-нибудь, может, даже сам Микель займёт место во главе ордена!

Сабатоны молодого десантника первым коснулись ждавшей их внизу платформы подъёмника, и он повернулся к выходу их шахты, такой же тяжелой двери, как та, через которую они вошли. Магистр спустился следом и, кажется, прислушался. Как бы то ни было, дальше без лишнего шума было не пройти, потому Гавин показал адъютанту приготовиться и нажал на руну открывания двери.

Микель глубоко вдохнул и снял с креплений за спиной свой полуторный меч, обхватив рукоять правой рукой, а в левую взял болт-пистолет. Поскольку скрытность им не требовалась, заряжены в магазин были стандартные разрывные масс-реактивные снаряды. Он стал за косяком открывающейся двери и весь напрягся, готовя мускулы к потенциальному рывку.

По мере того, как двери открывались, перед десантниками показывался широкий проход с высоким арочным потолком. С него свисали тусклые старые люминосферы, освещавшие ряды покрытых резьбой колонн со смотрящими на них горгульями и ряды солдат, расположившихся за пласталевыми щитами и турелями со спаренными орудиями, направленными в сторону подъёмника. Судя по лицам людей, они были удивлены увидеть сейчас Астартес не меньше, чем Микель их. А затем офицер скомандовал "огонь!", и коридор утонул во всплеске света от стреляющих стволов.

XLVIII

Гавин ожидал чего-то такого. Последняя линия обороны перед бункером главы правительства Фрации наверняка состояла из отборных солдат и офицеров. Оскар Ватор надеялся купить себе жизнь, хотя бы еще пару минут, за их счёт, но в благородности мотивов тирана магистр Сорнери сомневался. Наверняка сомнения должны были испытывать и солдаты, потому нужно было действовать.

Едва первый шквал огня утих, а солдаты поняли быстро, что стреляют по пустой шахте лифта, тогда как десантники скрылись за боковыми перегородками, Гавин снял с пояса и швырнул в коридор светошумовую гранату. Инстинктивно люди должны были пригнуться за укрытиями, а тем, кто будет смотреть на стальной цилиндр размером с ладонь, когда тот взорвётся, глава ордена искренне сочувствовал. Выжженная сетчатка самое малое, что их ждёт.

Одновременно с взрывом гранаты он шагнул в коридор, и визор шлема затемнил вспышку достаточно, чтобы ему это не помешало выстрелить из инферно пистолета сначала в одно тяжелое спаренное орудие, а затем сразу в другое, превращая стволы в оплавленный шлак. Мимо него просвистело несколько пуль, одна разбилась о силовое поле железного нимба, а люди, которые рискнули продолжать стрелять, палили теперь вслепую, потому что после вспышки и оглушительного хлопка вряд ли что-то видели.

— Прекратить огонь! — скомандовал Сорнери, вложив в приказ всю властность своего голоса и усилив его динамиками шлема.

Со стороны это должно было выглядеть впечатляюще. Закованный в матово черную броню двух с половиной метровый гигант со стальными черными крыльями за спиной вступает в высоченный просторный коридор с пылающим синим энергетическим полем коротким мечом в левой руке и дымящимся инферно пистолетом в правой, и идёт к массивной двери в другом конце, не обращая внимания на десятки стволов, что смотрят на него из-за колонн и баррикад. Кроме его шагов слышно было лишь постанывание ослепших, а остальные будто затаили дыхание и ждали.

Чтобы поддержать магистра, в дверях лифта, точно посередине, вышел и остановился Микель, примагнитив пистолет к бедру, а длинный меч опустив острием вниз и обхватив ладонями длинную рукоять, как делали это стражи, запечатлённые в статуях и на картинах.

Гавин шел уверенно, но не спешил, чтобы люди успели передать новость о его визите правителю планеты, и к моменту, как он добрался до врат в дальней части коридора, те начали медленно со стуком шестерёнок раскрываться, впуская его. Пройдя через дверной проём, он почувствовал характерный запах озона и статическое электричество, появляющийся из-за работы силового поля. Значит, какое-то время обороняющиеся смогли бы удержаться и внутри, прикрываясь этим полем.