Я вам не Сталин! Я хуже. Часть1: Перезагрузка системы (СИ) - Зеленин Сергей - Страница 105

- Давайте уж – предлагайте уже! Я сгораю от любопытства.

Подув на чай и сделав ещё глоток из стакана:

- Предлагаю Вам стать Председателем Совета департаментов вновь образованной Еврейской автономной области: той - что со столицей в Одессе, или… Да Вы пейте чай, Полина Семёновна, почему не пьёте?

По глазам вижу – первое предложение её ничуть не обрадовало… Ну, что ж…

Вполне ожидаемо!

И тем больший эффект будет от второго предложения.

Я замолчал, чтоб снова сперва подуть охлаждая, а потом отхлебнуть ещё чаю и эта «театральная пауза» изрядно затянулась.

Жемчужина же, задержав стакан с горячим чаем возле губ, нетерпеливо:

- Да говорите уже!

Сделав глоток поставив стакан на блюдце, поднимаю на неё глаза, и:

- Предлагаю Вам стать Чрезвычайным и полномочным посланником СССР в США.

Не поверив своим ушам:

- Кем, извините… 

Приподнимаюсь и почти ору в ухо:

- ПОСЛОМ В АМЕРИКЕ!!!

Дзин!!! Бряк!!!

Стакан из ослабевших от неожиданно привалившего счастья рук, падает, ударяется об блюдце и переворачивается на бок… И по всемирному закону подлости - горячий, сладкий чай выплёскивается и попадает прямо…

«Туда»!

Начинается сущий бардак.

- ОЙ!!!

Жемчужина стремительно вскакивает – стол подпрыгивает (Мехлис едва успевает поймать самовар), а стул летит назад – и задирает прямо передо мной мокрый подол платья, демонстрируя такое же мокрое нижнее бельё – явно не пошива на московской фабрике «Большевичка» и, довольно-таки стройные для её …с хвостиком лет, ножки.

Находясь в парализующем волю ступоре - раззявив рот любуюсь (когда ещё чужой бабе под юбку заглянешь?), Мехлис в панике бегает вокруг с полотенцем – не решаясь начать оказывать помощь… Помочь снять панталончики, то есть

В общем – в кино такое не увидишь и в книжке во всех оттенках не опишешь: кордебалет, капкан и  Содом и Гоморра - одновременно!

Сюрреалистичности в эту картинку добавили двое «приклёплённых» с «Томи-ганнами» наизготовку прибежавшие на этот кипишь и замерших соляными столбами, на которых я замахал руками и зашикал:

- КЫШ, КЫШ!!! Выйдите «мелкие», вам ещё рано на такое смотреть!

«Что они, интересно, подумали?».

Наконец Жемчужина догадалась сбегать в помещение с буквой «Ж» на двери, откуда пришла изрядно смущённая и, то и дело краснеющая.

Отгоняя от себя назойливо-неприличные мысли, типа: «Это что ж теперь… Она без трусиков?!» - от которых не по-детски вставал член и, отливала кровь из головы – как у лётчика-космонавта при перегрузке, я наконец собрался с духом и, приступил к делу:

- Насколько я Вас понял, Полина Семёновна, Вам больше по душе второе предложение?

Та, ещё раз покраснев и стыдливо потупив карие с поволокой глазки:

- Ну и сволочь Вы, товарищ Сталин!

Но сказано это было таким тоном, что у меня опять произошёл отлив крови от головы – в «организм тела» ей противоположный, которым не думают, а…

Мужчины поймут!

Силой воли загнав под плинтус «основной инстинкт», развожу руками:

- Сам понимаю – что сволочь, но ничего с собой поделать не могу…

Показывая на портрет на стене, строжаю голосом:

- …И надеюсь что эта черта характера товарища Сталина – останется между нами.

***

Мы с Мехлисом налили ещё по стакану, пьём чай и ждём развития событий.

Наконец не прикасающаяся к чаю Жемчужина, с нескрываемой ненавистью смотря на самовар, сама – то ли спросила, то ли - подтвердила:

- Я полагаю, что такое щедрое предложение, Иосиф Виссарионович, Вы мне сделали неспроста.

Слегка наклонившись к ней, ловлю взгляд, и:

- Ясно дело, Полина Семёновна! Взрослые мужчины таким прекрасным дамам – вроде Вас, таких щедрых предложений - просто так не делают… Если конечно - это не их любимая мама. Даже от законной супруги, за это требуют… Хи, гкхм… «Взаимности»! Так что Социалистическое Отечество, товарищ посол, ждёт от Вас подвигов на дипломатическом поприще.

Растерянно-недоумённо, оглядываясь по сторонам:

- Спасибо, конечно за комплимент. Но хотя и много слышала от Вячеслава, но я ведь никогда раньше не была на дипломатической работе! Тем более – сразу на такой ответственной должности и в такой стране… Я просто не представляю себе, что мне надо будет делать.

Успокаиваю:

- А Вам ничего делать не надо будет, уважаемая Полина Семёновна! Всё за Вас будет делать нынешний Чрезвычайный и полномочный посланник СССР в США – товарищ Уманский Константин Александрович, который останется в посольстве вашим первым помощником…

Этот тот самый Уманский, чья малолетняя дочь состояла в «Четвёртом Рейхе» и была застрелена Шахтариным-младшим из-за идейных разногласий.

Указательный палец вверх и оценивающе – как цыган на лошадь в базарный день, на неё глядя:

- …А Вы лишь должны безупречно выглядеть – что несомненно у Вас очень хорошо получится, тусоваться на светско-дипломатических раутах, встречаться и разговаривать с нужными людьми – представлять лицо страны, то есть. Ну и выполнять кое-какие мои поручения.

- Это какие, же?

- Сча расскажу, дайте срок.

Не спеша допив чай и налив новый стакан, отхлебнул немного и продолжил:

- Вот например при вручении верительной грамоты президенту Рузвельту, Вы вне протокола передадите ему моё личное письмо, а на словах…

Перебив меня:

- А что в письме, Иосиф Виссарионович? Какая-то важная государственная тайна – которую не обязательно знать глупой бабе?

Морщусь:

- Фи, Полина Семёновна… Как Вам не стыдно такое подумать про меня!

Мехлис качая головой:

- Эх Полина Семёновна, Полина Семёновна… Вы бы только знали, как Вас ценит товарищ Сталин… Прямо при мне, товарищ Вышинский предлагал ему два десятка вполне себе умных мужиков на эту должность, а он выбрал именно Вас – «глупую бабу». Стыдитесь!

Та растерялась под таким напором и чисто по-бабьи ляпнула:

- Извините, товарищи… Сглупила!

Делая вид, что ничего не слышал, продолжил:

- Никакой тайны: не государственной, ни какой другой - в том письме нет. Просто это Вам будет не интересно.

Делаю глоток и продолжаю:

- Ну сами подумайте: в преддверии большой войнушки, один взрослый мальчик просит у другого взрослого мальчика большие железные игрушки - машинки, самолётики, пушечки… Жаль танчиков не допросишься – их у того пока самого мало! Но если хотя бы машинки и пулемётики крупнокалиберные удастся выпросить – то это будет уже очень и очень хорошо! Вам это очень интересно, ответьте мне?

Улыбнувшись, Жемчужина согласно кивнула:

- Действительно, для меня – как «взрослой девочки», письмо про «машинки» - это совсем неинтересно…

Затем, не без основания вопрошает:

- …Но такое письмо можно передать и по дипломатической почте.

Сделав большие глаза и шёпотом:

- А вот здесь то и, начинается самое интересное!

Вновь указательный палец вверх и сделав как можно более интригующий вид:

- …И СОВЕРШЕННО СЕКРЕТНОЕ!!!

Изрядно помурыжив чайными процедурами – Жемчужная аж этот самовар готова была голыми руками задушить, наконец начинаю:

- На словах Вы должны передать Рузвельту, что этим летом между Советским Союзом и Германией - начнётся большая война…

Та изрядно ошарашенно:

- Так война действительно будет?

Невольно подумалось:

«Блин, сидела же на совещании с утра… Неужели не слышала? Или слышала, но не восприняла мои слова всерьёз? Неужели и другие наркомы встали в «позу страуса»?».

Сожалея, что не совершенно не обладаю весьма нужными для попаданца прогрессорского типа навыками н нейролингвистического  программирования и другими методами психологического воздействия - вплоть до тупо зомбирования, тем не менее - стараясь быть как можно убедительно: