Нимфоманка для альфы (СИ) - Блэк Айза - Страница 17

Тогда Оливия – внучка шамана, стала захаживать ко мне еще чаще. Пела песни. Говорила. Просила меня вернуться к жизни. Умоляла выздороветь. Они вместе с дедом считали, что мой паралич идет от головы. И будь у меня воля к выздоровлению, давно пошел бы на поправку. Но этой воли не было.

Девушка заботилась обо мне. Была рядом ежесекундно. Словно у нее других дел не было, только обхаживать живой труп. А я видел перед глазами ту, что лишила всего. Закутался в свое покрывало из боли и смотрел на мир отрешенно.

Оливия же дела мне массаж дважды в день. Разминала тело. Шептала какие-то заговоры. То лила слезы, то улыбалась. Какой ей дело до меня? Мы ведь никогда ранее даже знакомы не были. Суетился и ее дед. Выводил какие-то татуировки на моем теле. Говорил, что я рожден заново, и в моей крови прячется удивительная сила. Хотелось возразить и закричать: «Что ты несешь, старик! Это проклятье!». Но я продолжал валяться и смотреть на узорчатый ковер перед собой.

Я утратил счет времени. Каждый день ничем не отличался от предыдущего. Для чего я существовал? Сначала во мне кипела ярость. Потом пришло безразличие. И боль, стала моим вечным спутником. Ежедневно я умирал, истекая кровью внутри, и пробуждался наутро для новых мучений.

- И долго ты еще будешь валяться? – Оливия пришла ко мне, в прозрачно-карих глазах плескался гнев. Я впервые видел девушку такой. – Неужели ни капли не хочется показать, что Черную кровь не так просто сломить. Прийти и утереть им нос. Показать, истинное предназначение твоего рождения. Ведь сдаться проще всего, вот так опустить руки! Ты здоровый волк, в котором заключена немыслимая сила. Но ты решил хоронить себя, вместо того чтобы принять еще один шанс дарованный свыше! Мне жаль тебя!

- Не смей меня жалеть! – рявкнул на нее. И резко сел.

Даже не понял сразу, что произошло. Мы замерли, глядя друг на друга. А потом Оливия разрыдалась и повисла у меня на шее.

- Поправился, Черная кровь! Я верила! Я знала!

Нет. Чуда не случилось. Я не встал и не пошел сразу. С того дня начался мой долгий путь к восстановлению. Я учился ходить заново. Двигаться. Баррет учил меня воспринимать мир иначе. Передавал знания. И постоянно наносил все новые узоры на мое тело. Я в какой-то мере переродился. От прежнего Даймонда осталось очень мало. Я больше не слышал стук собственного сердца. Его словно больше не было. На его месте осталась огромная черная обугленная дыра. Она болела всегда. Но даже к этому можно привыкнуть. Там в горах на забытом всеми островке, я осознал, насколько ценна жизнь. И если небеса дали мне еще один шанс, я больше не хочу его упускать. Я принял себя обновленным. Сроднился со своей болью. И жадно поглощал новые знания. Баррет раскрывал мне, кто я такой есть. Что дает мне сила ворона. Какие свойства у моей черной крови.

Племя шамана стало мне семьей. Я подружился с Оливией. И искреннее полюбил шамана. Бескорыстная помощь, забота, они возродили во мне маленький огонек. Показав, что даже в этом жестоком мире чудеса случаются, и есть добро. Возможно, его не видно сразу. Но она протягивает руку, в самый критический момент. Когда ничего и ни от кого уже не ждешь.

Прошел не один год, прежде чем я набрался сил. Тогда я и ощутил потребность вернуться. Меня звали незаконченные дела. Стали снится странные сны. И вновь стал мерещиться аромат жасмина. Я попрощался с племенем. Мы непременно еще увидимся и не раз. Но прежде я обязан возродиться в мире оборотней. Теперь, как никогда я готов к сражениям. Я должен получить ответы. Ведь только тогда я смогу полностью перечеркнуть для себя страницу прошлого.

И вот теперь, когда я все ближе подбираюсь к разгадкам, к своим целям. Я осознаю – пока она дышит, не отпущу. Изведу. Но не дам свободы. И закрыть прошлое, оказывается еще труднее, чем я предполагал.

Глава 20

Волки мне снятся. Еще как снятся. Но, он об этом никогда не узнает. И хоть на их руках было немало крови, я не хотела для них такой участи. Я попала в адскую мясорубку, где есть лишь зло, и мне пришлось выбирать его меньшую сторону. У меня не было выбора. Ему никогда меня не простить. Впрочем, я и не жду от него этого. Наоборот, сделаю все возможно, лишь бы он не узнал мотивов. Предстану перед его глазами, чудовищной безжалостной тварью, приму наказание, выстою. Но сберегу свою правду.

Смотрю на его лицо, губы, нос, покрыты волдырями. Его это ничуть не заботит, в глазах сверкают молнии, такие яркие, там столько энергии, что чувствую, как меня пронзает насквозь волна темного порока. Он пробуждает все то, что я так долго пыталась усыпить. Меня трясет как в лихорадке. Хочется наброситься на дьявола. Хочется, еще хотя бы раз испить этого запретного блаженства. О чем я думаю! Это болезнь! Проклятье! Я должна выстоять. Тем более прикосновения невозможны. И тут же подленький голос в голове: «А если бы он беспрепятственно мог к тебе прикасаться? Что тогда?». Тогда черная сущность, живущая во мне, восторжествует.

- С удовольствием, - пытаюсь яростью затопить похоть, - Только клинок не раскален, не отравлен, для тебя он абсолютно безвреден. Считаешь меня полной идиоткой, устраивая такие смешные проверки, - из губ вырывается нервный смешок. Полосую лезвием по его плечу, разрезаю пиджак, царапаю кожу, на ткань сочится черная кровь. Отбрасываю нож в сторону.

Заворожено смотрю на рану. Кровь притягивает меня. Хочется слизать ее языком. Мозг затуманивается черным вязким желанием.

- Любопытно смотреть, как шипит и нападает шакал, запертый в клетке. А яд? Зачем он тебе, дражайшая супруга, у тебя своего предостаточно, - скалится. Белоснежные клыки нависают надо мной, а мне хочется провести по ним языком.

- Это все временное, Даймонд. Упивайся моментом своего триумфа. Он краткосрочен. Твое гнилое сердце, все равно перестанет биться очень скоро, и это случится и без моей помощи, - по щекам текут слезы. Смотреть в его глаза так больно, и не могу прервать контакта. Смотрю в черный омут, и вижу совсем другие картины. Прошлое. Его улыбку. Искренность. Любовь…

О чем я? Никогда не было ничего подобного. Подобная тварь не умеет любить. И почему-то сама себе не верю. Вечная битва противоположностей в душе.

- Благодаря тебе у меня больше нет сердца, - кладет мою руку к себе на грудь. Там действительно ничего не бьется. Пугающая тишина. Делаю вдох, а место этого, что-то едкое и черное обжигает легкие.

Не сильно отталкивает меня и отходит к гостям. Смотрю на его руки, покрытые волдырями. С них капает черная кровь. Ощущаю себя гадко. Чувство вины, сожаления, заполняет меня до отказа. Я могу сотню раз убеждать себя, оправдывать поступок, но это все в пустоту. Я ведь сама себя никогда не смогу простить. И его никогда не прощу. Ненавижу!

Выход только заглушить эти эмоции. Попытаться отгородиться от них. Иначе мне тут не выжить. А я должна вырваться любой ценой.

Смотрю по сторонам и замечаю устремленные на меня голодные взгляды. Пока мы стояли рядом, пробудили такую волну черной похоти, что у гостей жадно блестят глаза. В воздухе пахнет сексом. Хочется стать невидимой. Провалится сквозь землю. Только бы избавится от этих взглядов. Не ощущать убийственного желания самой.

Замечаю Шайну. Она в розовом длинном платье, держит в руках свечу и что-то колдует. Фыркаю. Отворачиваюсь. Эта ведьма меня злит. Особенно этот ее теплый, полный нежности взгляд, устремленный на Даймонда.

Но надо отдать должное, после ее манипуляций, градус накала спал. Хоть все равно я ощущаю волны похоти, как щупальца, пробирающиеся ко мне. И для меня – это пытка. Чужая похоть вызывает отторжение, выкручивает нутро, ломает кости. И делает мою потребность в нем еще сильнее. Да, несмотря на всю ненависть, на непробиваемую стену боли, он единственный, кто вызывает в моем теле ответный трепет. И кто может усмирить моих демонов. Что логично, ведь  у них его природа. Он заразил меня. И лишь от него можно получить недолгое противоядие.