Трактир Пьяное сердце (СИ) - Соломахина Анна "Fjolia" - Страница 37

Химера долго ошивалась около того самого сарая, где лежит Жадор, но мои примочки сработали — она его не обнаружила. А выползшие навстречу незваным гостям змеи спугнули их.

И это просто замечательно, теперь осталось дожать самого Жадора, ведь я его который день пою ландышевой водой с добавлением слюны Наташи. Хорошо, что здесь никто не знает о том, что все землянки антимагичны (не полностью, но враждебную магию нейтрализуют на раз) — это отличный козырь! И способ разрушить клятву, которую тот дал нашим врагам.

— Похож-ше не от него, — Зика слегка покачивалась, пока говорила, вот только не понятно, почему.

Загипнотизировать меня хочет что ли?

— Ты чего качаешься? — решил спросить напрямую.

— Ж-шрать хоч-щу. — И столько было упрёка в её голосе, что я проникся.

Собрался было встать, но тут проснулась Наташа.

— А? Что? — спросонья подорвалась она.

— Корми меня, пока не с-сдохла, — ёмко выразилась Зика.

И была права. Наверняка она, сосредоточившись на шпионаже, совершенно забыла о себе. Учитывая, что ночка у нас была ещё та и спала змея урывками, Зика действительно на последнем издыхании.

— Лежи, я сам. — Поднялся, кинул многообещающий взгляд на Наташу, двинулся к выходу. — Тебе что принести, добытчица данных?

— Молока, мяс-со, с-сыр, — не стала скромничать Зика.

Только хмыкнул и направился на основную кухню. Там вовсю хлопотала Вильса и та пухлая, которая стояла в прошлый раз за стойкой. И которая того паука себе забрала, кажется, Гарольда. При виде меня обе замерли, правда Вильса пришла в себя куда быстрее.

— Что-то случилось с Наташей? — её голос почти не дрожал.

Молодец! Привыкает.

— Нет, Зика есть хочет: молоко, мясо и сыр попросила. А где Тиньята?

Странно, думал, что девчонка на кухне, ест вовсю.

— Умывается, а то вернулась чумазая, как будто носом землю рыла, — Вильса махнула рукой в сторону одной из дверей.

А потом принялась накладывать на тарелку еду для змеи. Налила в блюдце молока, поставила всё на поднос и подала мне.

— Нам с Наташей тоже что-нибудь бы сообразить, — обронил я, выходя наружу.

За спиной послышался судорожный вздох, а потом громкий шёпот:

— Разве это дело в одной постели с мужчиной до замужества спать? Лишил её, поди, девичей чести, теперь вот кормить собрался.

— Не говори глупостей, там же Зика, — шикнула на неё Вильса.

Я чуть не расхохотался. Серьёзно, такие смешные девчонки. Во-первых, Зика приползла совсем недавно, во-вторых, что плохого, если я хочу накормить свою девочку? Даже если предположить, что я добрался до её невинности, что, кормить уже нельзя? По-моему, так наоборот.

Не выдержал, всё-таки начал смеяться, еле поднос донёс, чуть молоко не расплескал.

— Ты чего? — с любопытством спросила Наташа, когда увидела мою красную морду.

Решил рассказать, а то мало ли, подумает ещё чего. Женщины — они такие: если им правду не сказать, сами всё придумают, а потом обидятся.

— Так всё же логично: твоя женщина ты и кормишь. — Моя невозможная девочка лишь удивлённо пожала плечами.

Правда, румянец на щёчках заиграл, надеюсь, от желания. От страха же бледнеют?

Что-то я со сна плохо соображаю.

— Вс-се глупос-сти только пос-сле с-свадьбы, — прошипела Зика, проглотив один из кусочков мяса.

— Я и не спорю, — пожал плечами, мол, и так всё понятно. — Иначе Размар покарает.

— Почему? — Наташа с таким удивлением и некоторой обидой уставилась на меня, словно собралась заниматься этими самыми глупостями (кто вообще придумал так по-дурацки назвать соитие мужчины и женщины?) в ближайшее время.

Я даже опешил слегка.

— Невеста должна быть невинной, когда выходит замуж, — пояснил очевидное. — Наш Бог с этим строг, может и наказать.

— Даже если с будущим мужем согрешила?

— Даже в этом случае, — сам не понимал, к чему такая строгость, раз на манеже всё те же, но тем не менее.

Правила одинаковы для всех армарийцев, в том числе и королей.

— А жених? — и столько ехидства было в её голосе.

Чую, опять включилась земная логика.

Глава 23. Новые данные

Меня спасла Вильса, кто бы мог подумать? То ли из страха за подругу, то ли из любопытства (а вдруг я тут и впрямь Наташу совратил?) она весьма споро принесла полный поднос еды. При ней моя девочка говорить о том, что все мужики — ко… не стала. Точнее заканчивать слово не стала, лишь выразительно посмотрела.

Мол, и Бог наш из той же когорты, раз с мужчин не спрашивает, а только с женщин.

Надо будет потом объяснить, что с мужчин он требует куда больше, просто в несколько иной плоскости — воинской.

— Как ты? — Спросила у неё Вильса, метнув быстрый взгляд на лежанку.

— Выспалась. — Наташа приняла у неё поднос, поставила на стол. — А вы как?

Поскольку платье с неё никуда не делось, пусть и изрядно помялось, Вильсе не к чему было придраться. Но это не значит, что она перестала нас подозревать!

— Да ничего, утренний сон помог, — многозначительное покашливание, мол, а вдруг мы сейчас всё расскажем? В деталях, ага. — Осталось дождаться конца ужина.

— Я помогу, только быстренько подкреплюсь. — Соорудив бутерброд, Наташа принялась его жевать.

— Ночные гости уже пришли? — вспомнил, что пираты грозились вернуться.

— Да, сидят, народ срамными песнями смущают, — недовольно вздохнула Вильса.

— Ничего, сейчас им станет не до песен. — Тоже сделал себе бутерброд, сам того не осознавая скопировав порядок слоёв у Наташи.

Кажется, мы, ещё не поженившись, уже действуем как одно целое. Действительно предназначенные.

Покончив с едой, я вновь натянул плащ с капюшоном и отправился в трактир. Когда подходил к столам, которые заняли пираты, проанализировал обстановку. Похоже, кроме них никто здесь особо не опасен, значит, можно сразу к Торквелу подсаживаться.

— Я ждал, когда ты присоединишься к нам, — вместо приветствия выдал мне главарь и кивнул на свободное место, находившееся как раз напротив него. — Ну-ка ребята пропустите гостя.

— Ну-ну, кто из нас тут ещё гость, — хмыкнул я, устраиваясь на стуле.

По-хозяйски положил руку на столешницу, всем своим видом показывая, кто здесь командует парадом.

— Что же ты тогда в плаще, капюшон не снимаешь? — подколол Торквел.

Надо же, поддел. В тему. Хозяин своего лица скрывать не станет, да и не хозяин я. Скорее вышибала и личный телохранитель Наташи.

Кивнул ему, что оценил шутку.

— Стараюсь не нервировать народ видом своей покоцанной рожи, а то все приличные клиенты разбегутся — Жирный намек, что приличными их не считаю. Впрочем, всё это лирика, пора переходить к делу: — Ты сегодняшней ночью чем собираешься заниматься?

Я его собирался подбить не только на ночную вылазку, но и для воздействия на Жадора. Тот как раз должен дойти до кондиции после нескольких приёмов ландышевой воды с Наташиной слюной.

Посмотрим, как подействует.

По идее, отвар ландыша не только притупляет эманации, по которым можно найти человека, но и является сильным успокоительным. Мне повезло, на самом деле, что сейчас сезон их цветения, а то где бы я их взял. И с Наташей повезло. Не говоря уже о маге, отдавшем второй амулет практически в долг. Надеюсь, мы сможем теперь обойти магическую клятву (как и прикрыть его от поиска), только надо подтолкнуть к этому самого Жадора.

Простимулировать так сказать. Добавить действующих лиц, а то он к моей роже слишком привык.

— Хочешь предложить мне ночь страсти? — ухмыльнулся пират. — Прости, но ты не в моём вкусе.

И демонстративно прижал к себе Иру. Та только глаза закатила, мол, шутник недоделанный, остальные, кто сидел с нами за одним столом, взорвались от хохота.

— А ночь горячей страсти? — Подхватил его шутку, даже бровями подвигал, поправив капюшон так, чтобы он видел мою мимику. — Без девочек и глупостей?

Кажется, я смог его заинтересовать. Как и вчера, когда пообещал ему кое-что интересное, если он решит вернуться в трактир в более подходящее для этого время. Конечно, Торквел держал лицо, но я успел поймать эмоцию во взгляде.