Укроти меня, или Грани возрождения (СИ) - Филеберт Леси - Страница 104

Я медленно вдохнула и выдохнула, нервно сцепив руки в замок перед собой на коленях.

Так, надо постараться очистить сознание, временно ни о чем не думать, не анализировать, а просто смотреть, слушать и быть рядом с Калипсо…

Я еще раз медленно вдохнула и выдохнула и перевела на него взгляд. Он как раз беседовал с Мелией, рассказывал о происходящих событиях в реальном мире и о том, что дарованный перстень таки загорелся всеми рубинами и позволил создать портал, ведущий прямиком на изнанку мира.

— Я выполнил все ваши условия, — произнес Калипсо ровным голосом, не сводя глаз с Мелии. — Считаете ли вы теперь достойным меня Небесного Благословения? Клянусь направить его исключительно на борьбу с Эйзересом. Вы сами знаете, что без этой внутренней клятвы я бы к вам сюда даже не прошел.

Говорил-то Калипсо ровным тоном, но я чувствовала его напряжение. То, как он затаил дыхание в ожидании ответа. То, как он замер и весь обратился в слух.

Калипсо шел к этому моменту очень долго, и мне даже сложно было представить, какое на самом деле колоссальное напряжение он испытывал в данный момент, хоть и пытался быть спокойным.

— Ты прошел большой путь, Калипсо, — тепло улыбнулась Мелия и повернулась к Хааску. — Ну что, перейдем к делу, милый? Полагаю, мы можем приступать. Твой ход.

— Отлично! Не будем долго болтать, я всё это очень не люблю, — Хааск самодовольно потер ладони и с кривой усмешкой глянул на Калипсо. — Просто оставляй ее и уходи.

Калипсо непонимающе поморгал и вопросительно глянул на Хааска.

— Кого оставлять? — уточнил он. — Если вы про перстень, то он исчез, когда преобразовался в портал…

— Возлюбленную свою оставлять, кого же еще, — хмыкнул Хааск, кивая на меня. — Нужен мне больно тот одноразовый перстень. Фурию оставляй и уходи.

Мое сердце ухнуло куда-то в пятки, а в горле пересохло.

— Не понял… — напряженно протянул Калипсо.

— А что тут непонятного? Чтобы получить что-то очень нужное, необходимо отдать что-то такое же нужное. Закон равновесия, — белозубо улыбнулся Хааск. — Так что сейчас ты оставляешь нам свою истинную и проваливаешь с изнанки мира, а взамен я наделяю тебя Небесным Благословением, которое позволит тебе победить Эйзереса и стать еще более могущественным, чем он. Здесь и сейчас мы заключаем сделку, которая сама по себе свершится, когда ты покинешь этот зал.

— Какого хрена?! — грубо произнес Калипсо, вскакивая на ноги.

От его спокойствия не осталось и следа. Взгляд взбешенный, дыхание участившееся. Аура заходила ходуном, а с кончиков пальцев сорвалось несколько алых искр, демонстрирующих высокий уровень ярости волшебника.

А я… я молча смотрела на богов. На Маргса, который так и не обронил ни слова. На эту чертову Пресвятую Мелию, которая даже не подумала вмешаться… Все они взирали на Калипсо с чрезвычайным любопытством и даже не думали одернуть Хааска и как-то помешать ему. Ни намека на удивление или возмущение. Один лишь праздный интерес. Знаете, с таким видом ученые наблюдают за подопытными, ставя на них разные эксперименты.

За эти несколько секунд взгляда на первородных духов в моей голове пронеслась тысяча мыслей и масса противоречивых эмоций, от гнева до полного опустошения.

Они знали. Они, черт побери, прекрасно знали и планировали именно такой исход событий. И он их нисколько не смущал. И, кажется, даже… забавлял?..

«Да чем вы лучше Эйзереса, вашу мать?!!» — хотелось заорать мне, но горло будто сдавило стальным обручем.

Страха не было. Было только какое-то ощущение дикой безысходности. Жуткое отчаяние, которое медленно, но верно накрывало с головой и отравляло всю мою сущность.

Я не истерила и не орала от отчаяния только лишь благодаря фортеминской закалке. Да и на нервной почве мозг отказывался анализировать всю ситуацию и просто наблюдал за всем происходящим с какой-то отрешенностью, словно бы со стороны.

Хааск тем временем продолжал разливаться соловьем, вальяжно усевшись на троне и свысока глядя на Калипсо.

— За все в мире приходится платить, малыш. А за дорогие вещи приходится платить очень дорого. Ты же хочешь получить благословение богов? Отлично, ты его получишь, ты поистине его заслужил, доказав, что достоин его. Но наше благословение — это самое дорогое, что мы можем дать человеку. И ты должен дать самое свое дорогое взамен. Поэтому ты отдашь ее, — Хааск с ослепительной улыбкой кивнул на меня. — Фурии мы отсюда уйти не дадим. Я не дам. Она опасна, и она мне просто нравится. Так что она останется со мной. Я так решил.

— Этому не бывать, — произнес Калипсо таким жутким холодным голосом, что я аж поежилась.

Он шагнул вперед, загораживая меня собой, и твердо произнес:

— Если без этого условия вы не дадите мне Небесное Благословение, то мне оно не нужно.

— Да ну? — насмешливо протянул Хааск, и его алые глаза вспыхнули еще более ярким светом, а черты его лица поменялись, стали более острыми, хищными. — А как же ты собираешься победить Эйзереса?

— Без вас как-нибудь разберусь, — напряженно произнес Калипсо, складывая обе ладони в щепоть, словно бы готовясь к удару.

Он что, сражаться собирается? С богами? Серьезно, что ли?

— Кэл… — я вытянула руку и коснулась ладони Калипсо, крепко сжимая ее. — Уходи.

Он недоуменно глянул на меня, но на его вопросительный взгляд я лишь покачала головой и отвела взгляд в сторону, шмыгнув носом (черт, все-таки гребаные эмоции прорвались наружу).

— Они меня не отпустят, — прошептала я. — Ты сам это знаешь. Не гневай богов — уходи, оставь меня тут. Если это даст тебе Небесное Благословение, которое поможет справиться с Эйзересом и защитить другие миры… Что ж, так тому и быть…

К горлу подкатил ком, и я замолчала, с трудом пытаясь справиться с накатившими эмоциями. Отчаянно сжимая ладонь Калипсо. Боясь даже думать о том, что, возможно, делаю это в последний раз. Не представляя даже, что со мной собираются делать первородные духи.

— Мы уходим прямо сейчас, — холодным тоном произнес Калипсо, крепко сжимая мою ладонь в ответ. — Вдвоем. Я тебя одну нигде и никому не оставлю.

— А кто сказал, что я позволю вам выйти из этого зала не на моих условиях? — ослепительно улыбнулся Хааск. — Смотри-ка, твоя истинная поумнее тебя будет. Понимает, что тебе следует ее отпустить. Ты уйдешь отсюда без своей фурии, малыш. Либо не уйдешь и погибнешь, но твоя милая фурия все равно останется со мной, третьего не дано.

— Этому не бывать, — вновь повторил Калипсо.

Хааск хмыкнул, поднялся со своего трона и шагнул к нам ближе. Он как будто стал сильно выше ростом, еще больше, еще массивнее. Вместе с ним шаг назад сделал Калипсо, закрывая меня спиной, уводя меня в сторону и быстро формируя вокруг нас плотный золотой защитный купол.

— Ты уверен, что готов вот так просто взять и погибнуть? — лениво протянул Хааск, голос его стал более зычным. — Нет, ну, от моей руки погибнуть, конечно, не стыдно, бесспорно… Вот только об этой твоей жертве никто даже не узнает. Все просто подумают, что ты всех предал… опять, — с гадкой улыбочкой произнес Хааск, наслаждаясь перекошенной физиономией Калипсо. — Не придешь вовремя из портала с изнанки мира, не защитишь никого из тех, кто сейчас отчаянно защищает предателя-тебя, который не явится на помощь с волшебной силой, как обещал. Все подумают, что вы просто ушли и не вернулись. Просто бросили их там погибать, твари бездушные.

— Тварь бездушная — это ты, — зло процедил сквозь зубы Калипсо, и я прям ощутила всем телом бурлящую в нем силу.

— О, я много хуже любой бездушной твари, — Хааск прям-таки сиял от восторга. — Недаром же я являюсь богом войны и коварства, хм-м-м? Соглашайся, малыш. Всего лишь какая-то девушка в обмен на силу, власть, признание… Всё то, к чему ты всегда стремился. Что ты, девушек других не найдешь, что ли? Подумай о том, что это лишь небольшая жертва, справедливый обмен во имя великой цели.

— Лори — не вещь, которой можно торговать, — пророкотал Калипсо, делая еще один шаг назад и выставляя перед собой руку, в которой начал формировать какое-то боевое заклинание. — Если вы не отпустите нас с миром, то я буду сражаться. Мы — будем сражаться. Вы забываете о том, что Лори — фурия, способна погасить магическую Искру любого из вас… Мы не собираемся ни на кого нападать, если вы просто нас отпустите прямо сейчас, но…