Босс с прицепом (СИ) - Филимонова Лина - Страница 29

- Нет! - взвивается Арсений Михайлович.

- Боитесь без ушей остаться?

- Очень боюсь!

Стрижка закончена, мы все втроем гуськом идем в дом, где в прихожей висит зеркало. Я молчу. Потому что… почти утратила дар речи.

- Ну как? - спрашивает босс, остановившись перед дверью.

Видимо, боится смотреться.

- Теперь вы похожи на Вин Дизеля, - выдыхаю я.

- Это же хорошо? - с сомнением переспрашивает он.

- Это офигенно…

Кто бы мог подумать, что из-под личины маньяка проклюнется такой сексуальный брутал!

Когда он поднялся со стула и я на него посмотрела… На меня сразу нахлынули воспоминания о том, как я в пятнадцать лет ворочалась в постели, насмотревшись “Форсажа” и наблюдая в своем теле неведомые желания и ощущения.

А теперь герой моих девичьих фантазий стоит прямо передо мной!

Босс задумчиво разглядывает себя в зеркале. А я, от греха подальше, возвращаюсь на кухню. Я же собиралась накормить Максимку творогом с фруктами...

Пока я вожусь за столом, на кухне появляется Арсений Маньякович. Открывает холодильник, достает мясо, лук, роется в шкафчиках, выуживая какие-то специи.

А потом он надевает фартук.

Вау!

Два моих фетиша сошлись в одном. Брутальный лысый мужчина в фартуке, очень похожий на Вин Дизеля, возится на кухне… На это я могу смотреть часами!

И мне предоставляется такая возможность.

Я сижу в шезлонге, у бассейна, а мой босс возится у мангала, разжигая угли, нанизывая мясо на шампуры и сосредоточенно раздувая огонь.

Рельефные мускулы его рук так и играют, твердая, как орех, попа, вырисовывается под спортивными шортами, когда он поворачивается ко мне спиной. А от свежеподстриженной головы отражаются солнечные лучи…

Мне становится все жарче.

Я перебираюсь в тень. Пью ледяной лимонад. Прикладываю ко лбу мокрое холодное полотенце… И все равно вся пылаю!

Когда передо мной появляется блюдо благоухающего поджаристого шашлыка, у меня получается съесть всего кусочек. Хотя шашлык я обожаю. К тому же приготовленный такими мускулистыми руками…

- Виктория, вам не нравится мой шашлык?

- Нравится. Спасибо. Просто пить очень хочется…

Я иду на кухню и наливаю себе очедной бокал лимонада, добавив щедрую порцию льда. Никак не могу охладиться и унять жажду.

Возвращаюсь, падаю на шезлонг. И начинаю дрожать. Ну все. Кажется, остыла, наконец.

Глаза слипаются. Я упорно сопротивляюсь сну, но слышу маньяческий шепот:

- Спите.

И чувствую, как на меня опускается мягкий плед.

- Максик… - шепчу я.

- Я присмотрю за ним.

- Ага, а потом накажете меня…

Эта нависшая угроза весь день не дает мне покоя.

- Обязательно накажу, - шепчет босс.

И я проваливаюсь в дрему.

Жарко. Очень жарко…

Я чувствую прохладные губы на своем горящем лбу. Мне снится, что это мой брутальный босс…

- Лисичка!

Я открываю глаза.

Это не сон. Арсений Маньякович целует меня в лобик.

- Что вы…

- Лисичка, у тебя температура.

Я отрываюсь от земли. Парю в воздухе. Щеки касается колючая щетина… Какое знакомое ощущение!

И какое приятное…

Меня опускают на кровать. И… начинают раздевать.

- Что вы делаете? - сопротивляюсь я.

- Ты сгорела. Я собираюсь сделать тебе прохладный компресс.

- На лоб?

- При перегреве рекомендуются компрессы на все тело.

- Я не хочу!

- А придется.

- Нет!

- Да. Это как раз то самое наказание…

38

Арсений

Лисичка весь вечер какая-то странная. Ровно с тех пор, как побрила меня наголо. И это было то еще испытание! Ее нежные ручки на моей лысой, внезапно ставшей такой чувствительной голове… Чуть не сожрал ее в очередной раз.

Я, кстати, ничего так выгляжу. Сам не ожидал. Думал, буду как уголовник. А Вика говорит, что я похож на Вин Дизеля…

Спасибо, тебе, мой креативный сынок! Если бы не ты, я бы этого не узнал. Теперь можно лысеть спокойно. Если вдруг придется.

А Лисичка… что-то с ней не то. Щечки раскраснелись, глаза горят - но каким-то нездоровым огнем. А носик красный. Да она перегрелась на солнце!

Сначала без конца пила лимонад, а теперь зябко поводит плечами и клюет носом. Я накрываю ее пледом. Ее шепот о наказании еще больше распаляет мое и без того пылающее воображение.

Спокойно, Арс. Иди пожуй льда и засунь голову в морозилку.

Максик, кстати, тоже сонно трет глаза. Сегодня у него был очень активный и насыщенный день.

- А почему Лисичка уже спит? - спрашивает он. - Она же еще меня не уложила!

- Придется тебе сегодня засыпать без нее. Кажется, твоя няня очень устала. И перегрелась на солнце.

- Не будем ее будить, - с серьезным видом кивает мой сын. - Пусть поспит. Отдохнет. Я же любого до смерти загоняю.

Какая самокритика!

- Бабушка всегда так говорит, - продолжает Максик. И безо всякого перехода выпаливает: - А ты женишься на Лисичке?

- Я?

- Она очень красивая.

- Да.

- И добрая.

- Да…

- И любит со мной играть. Как будто она не взрослая… Она же взрослая? Ты можешь на ней жениться?

Я окончательно теряюсь.

И тут Максик меня добивает:

- Мама же уже не твоя жена? Как у Антона. У него папа не мамин муж.

Блин.

Я и не подозревал, что он о ней думает. Ведь не говорит ничего… У него же внимание переключается каждую секунду! А она не появлялась больше года.

А он, оказывается, размышляет о таких вещах…

Он молодец. А я тормоз…

- Ты купишь мне голову от манекена? Я буду ее стричь.

Ну вот. Уже переключился и забыл.

- Посмотрим, - неопределенно отвечаю я.

И веду его в детскую. Где он отрубается буквально через три минуты.

А я… Я готовлю все необходимое в спальне няни моего сына и иду за ней. Поднимаю ее, легкую горячую пушнику. Она обвивает руками мою шею, сонно прижимается ко мне. Я плыву…

Лисичка в постели. Мягкая, податливая, теплая… Больная! - напоминаю я себе. Бедная несчастная девочка. Ей сейчас плохо.

А мне…

- Это твое наказание, - шепчу я.

Чувствую, что предохранители накалились. Того и гляди перегорят пробки. Но пока держатся…

Лисичка без футболки. В шортах и топике от купальника.

- Лежи тихо! - командую я.

И придерживаю ее рукой за плечо. Под моими пальцами нежная шелковистая кожа. И трепещущая плоть…

- Вы… прекратите! Что вы делаете? Это насилие!

- Никакого насилия, Лисичка. Я просто немного тебя полечу. Я не сделаю ничего предосудительного… Ты боишься меня?

- Нет! - она упрямо сжимает губы.

- Ну и правильно. Не надо меня бояться. Я хороший. Я добрый и заботливый. Поэтому просто расслабься.

- Я… - лепечет она.

- Доверяешь мне? - спрашиваю я.

Смотрю ей в глаза самыи честным и открытым взглядом. И с каким-то мальчишеским трепетом жду ответа.

- Да! - выдыхает Лисичка.

И откидывается на подушки.

А сейчас самое трудное. Не обмануть ее доверие.

Я не собираюсь! Я же не извег какой, пользоваться беспомощным состоянием девушки.

То есть… я как раз собираюсь им воспользоваться. Но только для того, чтобы сделать ей хорошо. И приятно…

- Жарко? - спрашиваю я.

- Ага, - кивает она.

И облизывает пересохшие губы.

Я мог бы смягчить их поцелуями. Ничего на свете я сейчас не хочу так, как зацеловать эту рыжую обгоревшую девчонку. Но вместо этого подношу к ее губам стакан с водой, в которую добавил немного лимона.

- Она кислая! - возмущенно пыхтит Лисичка.

- Не нравится? А чего ты хочешь? Чаю? Просто воды?

- Пить хочу!

Она жадно допивает воду, немного проливает, капли стекают по шее и подбородку. Блестят на груди… Это невыносимо!

Невыносимо хочется слизать эти капли. И облизать ее всю…