Босс с прицепом (СИ) - Филимонова Лина - Страница 17

- Мне пора на работу. Увидимся в обед. Виктория, застирайте, пожалуйста, мою рубашку.

- Я вам не горничная! - только и успеваю я пробормотать ему вслед.

- Да не волнуйтесь вы, - произносит босс, когда мы выходим из машины возле больницы.

Мы оба делаем вид, что утром ничего не случилось. Если честно, я плохо помню, что именно тогда произошло. Его губы коснулись моих… Это было? Кажется, да. Или нет…

- Я не волнуюсь! - огрызаюсь я.

- А зачем нижнюю губу кусаете?

- Моя губа. Хочу и кусаю. Может, в контракт внесете пункт о запрете на кусание моей нижней губы?

Он смотрит на меня. Вернее, на мои губы. Мне становится жарко. Потому что взгляд у него не замороженный. А совсем наоборот.

Чтобы отвлечься, я начинаю говорить о садике.

Он нашел Максиму детский сад. И хочет, чтобы мальчишка туда ходил на полдня - мол, это будет хорошо для его социализации и подготовки к школе. У них там какая-то навороченная программа.

Но Макс не хочет ни в какую!

И убедить его по-хорошему практически невозможно. Ведь у него теперь есть я. А со мной намного лучше, чем с воспитателями.

- Может, ну его, этот сад? - говорю я.

- А я считаю, надо ходить. Мы с мамой один раз его уже убедили. Думаю, и сейчас у нее получится. Она ему все объяснит, и он перестанет упрямиться.

- То есть вы для сына не авторитет?

- Ну, я… Меня он хуже слушается.

- И это нормально?

Он молчит.

Мы входим в здание. Идем к лифту. Максик, как обычно, носится вокруг нас кругами.

- Не можете договориться с собственным ребенком, - резюмирую я. -. Как вы вообще фирмой управляете?

- Вполне успешно.

- Видела я ваше управление. Вас все боятся.

- Так и должно быть. Я начальство.

- Сын тоже должен вас бояться?

- Нет.

- А как?

Он пожимает плечами.

- Расскажите мне, раз вы такая умная.

- Я не умная. То есть… Ум для этого не нужен. Нужно доброе сердце…

- Хотите сказать, я злой?

- Вы сами сказали, что вас все боятся.

- Тогда вы почему меня не боитесь?

- А я вообще мальчишек не боюсь. Ни больших, ни маленьких.

А вот маму своего босса побаиваюсь… Она вырастила ледяного демона! Кто она вообще такая? Суровая и яростная повелительница демонов? Сожрет меня с поторохами…

Пока мы едем в лифте, разговор замирает. Потому что Максику бежать некуда, и он стоит рядом. Но после того, как мы выходим на нужном этаже, философская беседа продолжается.

- Так в чем моя проблема как воспитателя? - спрашивает Арсений Маньякович.

- В том, что вы маменьких сынок, - заявляю я.

- Я?! - возмущенно взвивается босс.

- Именно. Вы во всем полагаетесь на маму. Скинули на нее ребенка.

- Я работаю!

- Хорошая отмазка. Но для меня не прокатывает.

Мы проходим по холлу, заставленному диванами и креслами. Максик бегает между ними. Мы увлечены разговором, но поглядываем на него одним глазом. Босс - левым, я правым. Оставшимися глазами мы сердито сверлим друг друга… Невольно замедляя ход.

- То есть вы хотите сказать, что я… - разъяренным голосом произносит босс.

- Вы - маменькин сынок. Вы привыкли, что за вами убирают грязные носки и использованнные презервативы. Вы просто избалованный мальчишка!

- Интересная версия, - слышу я женский голос.

И тут же раздается вопль Максика:

- Бабушка!

С кресла, стоящего к нам спиной, поднимается статная пожилая женщина в шелковом домашнем костюме.

- Мама…. - растерянно лепечет Арсений Маньякович.

Повелительница демонов сверлит меня взглядом. И я понимаю, у кого мой босс научился замораживать людей.

Блин…

Можно я прямо сейчас провалюсь сквозь землю?

22

Виктория

Я чувствую, как кровь отхлынула от лица, а потом резко прихлынула обратно. Я предательски покраснела. Как неудобно получилось…

- Здравствуйте, - лепечу я. - Я няня Максика.

- Имя у тебя есть, няня?

- Виктория…

- А я Анна Евгеньевна.

- Тебе разве можно выходить из палаты? - наезжает на свою маму Арсений Михайлович.

Мне почему-то кажется, что он это делает, чтобы дать мне время прийти в себя. Или это я фантазирую? С чего ему мне помогать? Я только что в очередной раз ему нагрубила…

- А кто мне запретит? - огрызается она.

- Врачи!

- Я уже все бока отлежала и начала мхом покрываться.

- Бабушка, а где у тебя растет мох? - с любопытством спрашивает Максик.

- Это образное выражение, - объясняет предводительница демонов.

И продолжает сверлить меня взглядом.

Мне невыносимо хочется сбежать… И тут я чувствую, что Арсений Маньякович берет мою ладонь. И легонько ее сжимает.

Зачем он это делает?!

Ведь от его проницательной родительницы этот жест не укрылся…

- Пойдемте ко мне в палату, поболтаем, - произносит она. - Это разговор не на одну чашку чая!

- Начинается, - бурчит Арсений Маньякович. И шепчет мне на ухо: - Не бойся, Лисичка. Она тебя не съест. Я рядом.

Никогда еще я не была так рада близкому присутствию своего босса!

- У меня вода закончилась, - обращается к нему Анна Евгеньевна. - Сгоняй на первый этаж, купи бутылку. Обязательно щелочную!

Нет! - хочется крикнуть мне.

Я бы все отдала, чтобы он сейчас не уходил…

- Давайте я сбегаю, - осеняет меня.

- Ты? - удивляется мама моего босса.

- Ну да. Я же тут… наемный работник.

Она смотрит на меня. На Арсения Маньяковича. И качает головой. Как будто я сказала что-то не то.

Босс, тем временем, отправляет за водой проходящую мимо санитарку. А мы все вместе идем в палату, которая напоминает люксовый гостиничный номер. Кроме отдельной ванной, супер-кровати с подъемным механизмом и плазмы на стене, тут есть журнальный столик с чайным сервизом и двумя креслами.

Я пытаюсь помочь маме Арсения Михайловича организовать чай, но она заставляет меня сесть в кресло.

Максик скрывается в ванной.

- Тут есть телефон! - раздается его возбужденный голос. - Домашний!

- Значит, вы недовольны тем, как я воспитала своего сына? - спрашивает Анна Евгеньевна.

- Я этого не говорила.

- А я слышала…

- Мам, отстань от Виктории.

Надо же, бросается на мою защиту! Но первый шок у меня прошел. Я сама справлюсь.

- Я говорила, что неправильно спихивать своего сына на маму. Надо самому его воспитывать. Вести себя, как отец. А не прикрываться работой...

Я знаю, что ступаю на хрупкую почву. Меня сейчас, наверное, сожрут с потрохами. Но я действительно так думаю! И я не привыкла бояться высказывать свое мнение. Даже перед грозной повелительницей демонов. Даже если она смотрит на меня, сурово сдвинув брови.

Наверное, нужно было все же придержать язык…

И тут вдруг складка между ее бровей разглаживается, на лице появляется озорное выражение, напоминающее Максика. И она начинает смеяться.

- Девочка зрит в корень! Я тебе сто раз повторяла, что ты слишком много работаешь и слишком мало времени проводишь с ребенком!

- Вы теперь вдвоем будете меня пилить? - улыбается Арсений Маньякович.

- Она мне нравится, - говорит ему Анна Евгеньевна, кивая на меня.

- Мне тоже, - заявляет он.

И вдруг смущается… Или мне показалось?

- Я не хочу в садик! - внезапно выпаливает появившийся из ванной Максим.

- Ну и не ходи.

- Мама! - это Арсений Михайлович.

- А что “мама”? Мы ему обещали. Ты нашел отличную няню. Пусть ребенок отдохнет последнее лето перед школой.

- Да! Я хочу отдыхать! Я уже школьник!

- Но… Там занятия!

- Он весь год занимался. Хватит с него занятий. И так умный.

- Я умный, - подтверждает Макс. - Весь в папу.

Я молча пью чай.

Уф. Пронесло. От меня отстали. Да еще и неожиданно одобрили.

- С Максиком, конечно, нелегко, - говорит Анна Евгеньевна.