Босс с прицепом (СИ) - Филимонова Лина - Страница 15

19

Виктория

Я сама позвонила Ярику.

Думала, он обиделся за прошлый раз. Я же завела его и продинамила. Но нет. Ни следа обиды. Стоило мне сказать, чтобы заезжал за мной на новое место работы, как он сразу примчался.

Весь взмыленный, радостный, возбужденный - как я успела почувствовать во время наших объятий…

Ну и что мне с ним делать?

- Что это был за хрен? - спрашивает он, когда мы остаемся одни.

Имея в виду, конечно же, Арсения Маньяковича. Который вел себя очень странно.

В смысле, еще более странно, чем обычно.

- Мой новый работодатель, - объясняю я.

Вообще, я никому не хотела говорить, что работаю няней. Но мы с Ярославом часто видимся, как минимум два раза в неделю ходим танцевать бачату. Так что ему придется признаться.

Главное - с моей семьей он не общается и меня не выдаст.

Больше никому говорить не буду. Подруги… Не так уж у меня их много, этих самых подруг.

Есть одна, лучшая, Галка. Но она укатила в Питер, поступила там на магистратуру и мы уже год общаемся только онлайн. Вот с ней мне хочется поговорить и посоветоваться. С ней, а не с Яром.

- Ты у него дома работаешь? - с подозрением спрашивает он.

- Ага.

- В смысле?

- Няней.

- Ты что, с дуба рухнула? А как же твоя работа в “Спецэффектах”?

- Меня уволили.

- Вот гады…

Один вполне конкретный гад. Хотя Клара, на самом деле, тоже гадина. Послушалась какого-то там Арсения Маньяковича, уволила меня….

- Пришлось устроиться няней, - продолжаю я. - Хороший вариант подвернулся. С отличной зарплатой. Но это временно!

- Бедная моя девочка… Я тебя утешу, - внезапно выдает Ярослав.

- Не надо меня утешать!

- Конечно, надо. И не думай, что я буду приставать. Я не такой. Понимаю, что тебе сейчас не до того. Теперь понятно, почему ты с бутылкой вина. Я думал, ты вино не очень… Но если надо напиться - я тебя поддержку.

Эта дурацкая бутылка оказалась в моих руках совершенно случайно. Просто взбесил меня мой босс. В очередной раз.

А так да. Вино я не люблю и не разбираюсь в нем. Могу иногда выпить пива. Такие вот у меня плебейские привычки.

- Отвези меня домой, - говорю я Ярославу.

- Понял, - кивает он.

А, когда мы оказываемся у подъезда, он паркуется и поднимается со мной. Такой весь заботливый, сочувствующий, внимательный… даже неловко его послать.

Он ставит чайник, предлагает пожарить мне яичницу или заказать роллы. Я говорю, что сыта. Он заявляет, что голодный.

В итоге яичиницу жарю я. Для него. А он поит меня вином Маньяковича - сам-то за рулем.

- И у кого ты нянька?

- У Максимки. Он классный мальчишка. Хоть и очень шебутной.

- Ты же говорила, что ненавидишь детей.

- Я так говорила?

- Ага.

- Так и есть. Но я хорошо с ними справляюсь. И за это неплохо платят.

- Я, кстати, сейчас нормально зарабатываю, - ошарашивает меня Ярослав.

- Хочешь мне денег предложить?

- Легко. Могу. С удовольствием! - выпаливает он.

- Спасибо. Не надо. Я справляюсь. Но я тебе очень признательна.

В ответ он лезет целоваться.

- Отличное вино! - шепчет с придыханием. - Особенно на твоих губах…

- Мне не нравится.

- А я бы выпил. Может, я брошу машину и мы с тобой…

- Нет! Мне завтра на работу. И ты обещал не приставать.

На самом деле мне очень хочется, чтобы Ярик, наконец, уехал. Его “утешения” меня не то что не успокаивают - еще больше выводят из равновесия.

- Так я и не пристаю, - обижено бубнит он. - А если этот твой работодатель будет приставать…

- Не будет. Я ему нафиг не нужна. У него и без меня бурная личная жизнь.

- А зачем он собирается знакомить тебя со своей мамой? - Яоослав снова становится подозрительным.

- Наверное, чтобы она дала мне инструкции к своему внуку.

Я сворачиваю разговор. Кормлю Ярослава яичницей и выпроваживаю. Мне просто не терпится взять в руки контракт и изучить его!

Конечно, надо было сделать это вчера. Но я облажалась. Так что надо хотя бы теперь выяснить, какие еще подводные камни могут меня ждать.

Почему нельзя писать контракты нормальным человеческим языком? Зачем эти трехэтажные канцеляризмы? “В дальнейшем именуемый”, “в целях проверки соответствия квалификациии”, “условия труда являются оптимальными”... Будто какие-то бюрократические тролли писали.

Да, это типовой рабочий договор. С некоторыми не бросающимися в глаза дополнениями. Я с трудом продираюсь сквозь юридический язык. Вроде ничего реально страшного… Кроме момента с расторжением. Если я захочу прервать отношения со своим работодателем раньше установленного трехмесячного срока, то должна буду выплатить штраф - десятикратный размер оплаты труда. Это сколько? Если в месяц двести тысяч, то два миллиона.

Совсем охренел этот Маньякович! Это же настоящий грабеж! Этим пунктом он по сути установил для меня крепостное право.

Я снова закипаю.

Но, когда добираюсь до условий оплаты труда, на душе теплеет. Прекрасные условия! Я смогу даже на курсы повышения квалификации пойти, если захочу.

А три месяца… Они пролетят незаметно.

Уже лежа в кровати, я получаю сообщение от Арсения Маньяковича:

“Виктория, сколько будет сто восемьдесят девять минус сто двадцать три?”

Прямо вот так, словами, а не цифрами. Он что там, совсем кукушкой поехал?

“Вы пьяный?” - интересуюсь я в ответ.

“А вы?”

“Не ваше дело”, - огрызаюсь я.

“Как проходит свидание?”

“Превосходно. А ваше”.

“У меня нет никакого свидания”.

Нет?

А для кого были те цветы, которые он пытался сбагрить мне?

“Завтра проверю вас на присутствие промилле в крови”, - продолжает мой ледяной босс.

“В трубочку дышать заставите?”

“Говорят, дыхание рот в рот - более эффективный способ”.

“Это шутка?”

“Это суровая правда”.

“Не смешно”.

Я отбрасываю телефон. Откидываюсь на подушки. Закрываю глаза. Начинаю проваливаться в сон…

И почему-то чувствую ментоловый вкус его губ…

Кыш! Уходи из моего сна, бесячий ледяной демон!

20

Виктория

Утро. Я еду на работу с водителем Арсения Михайловича. В голове упорно крутится его фраза про дыхание рот в рот.

Дурацкие у него шутки!

Вообще, странные у нас отношения. Ненормальные. Никгда бы не подумала, что буду так дерзить своему боссу. Но он не настоящий босс! То есть… Он босс. По договору.

Но он очень сильно меня бесит. И тому есть вполне объективные причины. Он реально передо мной виноват! И знает это.

Поэтому между нами все так… нестандартно.

Я уверена, эта его фраза была шуткой. Но в дверь все равно вхожу с некоторой опаской. Вдруг набросится и начнет проверять промилле в моем дыхании…

Но на меня набрасывается Максик.

- Лисичка! Я поел шоколадные шарики. Без молока. Так вкуснее. И хрустее.

- На второй завтрак сварите ему, пожалуйста, кашу, - произносит появившийся в прихожей босс.

Как будто я сама не знаю!

Я развязываю шнурки, не глядя на него. В голове вертятся разные остроумные колкие ответы.

Но когда я выпрямляюсь… Все они мгновенно вылетают из моей головы.

Потому что Арсений Михайлович стоит передо мной в одних брюках. То есть без рубашки.

С чашкой кофе в руке.

И с потрясающим накаченным торсом.

Вау…

Его пресс похож на стиральную доску. Только красивее. А таких впечатляющих косых мышц я не видела никогда. Во всяком случае, живьем. А руки… Его бицепсы и трицепсы можно демонстрировать студентам художественных вузов как образец гребанного совершенства!

Офигеть. Я даже не подозревала, что он такой… Я видела его в рубашках и пиджаках.