Будешь моей, детка (СИ) - Стужева Инна - Страница 58

- Да, пара сейчас, понимаю. Хорошо, что все в порядке. Просто я хотел, узнать. Да.

Тут он видит меня и замирает.

- Стась, не пропадай, пожалуйста. Позвони мне, как освободишься, - говорит он и отключается.

Замечаю, даже в темноте, что его руки сильно трясутся.

Стася говорила, он пьет очень давно, и трезвым бывает только по утрам.

- Она теперь живет у меня, - говорю я, чтобы сразу расставить все точки над i, - и сюда не вернется. Ни под каким видом.

Стасин отец смотрит на меня пару секунд, а потом медленно кивает.

- Я надеюсь, она сама захотела пойти с тобой, - говорит он.

- Можете не сомневаться, силой ее никто не принуждал. Но если бы она отказалась, я бы применил силу. Мне бы пришлось перекинуть ее через плечо и унести. В этой общаге ей не место и сюда она больше не вернется. Что касается остального...я бы никогда не сделал ничего из того, чего бы она сама не захотела.

Он кивает снова.

- А вот вы, - перехватываю инициативу, - на что вы готовы пойти ради своей дочери? Вот в чем вопрос.

Он смотрит на меня и молчит.

- У меня есть к вам разговор, и он не для посторонних ушей. Пройдемте в комнату?

Спустя десять минут я выхожу из Стасиной комнаты и пару секунд раздумываю над тем, в какую сторону повернуть. Мне нужна женщина, что заварила всю кашу, тетя Люда, как ее называет Стася. И с ней, также как со Стасиным отцом, у меня будет отдельный разговор. Правда пойдет он совершенно в ином ключе.

Прикидываю, могла ли тетка вернуться домой за те десять минут, что я был занят, или стоит подождать на улице.

- Люд, стой, - орет кто-то со стороны выхода из общаги.

Я разворачиваюсь и иду на голос.

Женщина видит меня и ее полное неприятное лицо кривится так, будто она проглотила по меньшей мере кило лимонов.

- Поговорим? – кидаю я.

Прохожу мимо нее и компании и выхожу на улицу.

Уверен, женщина последует за мной, как бы ей ни хотелось избежать этого.

И она идет.

Хотя, если верить тому, что я знаю о ней, возможно, что рассчитывает поскандалить.

Тянусь за сигаретами, но не найдя пачки, да еще вспомнив, что бросил курить, чертыхаюсь.

Женщин я не бью, принципиально, хотя некоторым не помешало бы как следует врезать, вот хоть ей.

Руки так и чешутся. А потому пара затяжек пришлась бы очень кстати.

Тетка останавливается в метре от меня и ее маленькие глазки впиваются в мое лицо. И как только Стася могла так долго выдерживать ее натиск и не сломаться. Эта женщина ненавидит всех и вся.

Хотя, не совсем всех. Ненавидит тех, кто хоть сколько-нибудь успешнее, чем она сама или ее драгоценный сынок. И пытается загнать неугодных под пресс своей собственной неустроенности.

Но со мной этот номер у нее не пройдет.

Хотя бы потому, что ненависть к себе настолько въелась в кожу, что я уже давно не обращаю на нее никакого внимания.

Стоит лишь вспомнить о Кире.

Стоит лишь подумать, о том дне, когда у меня не получилось его спасти.

Отец с матерью старательно поддерживают уровень моего неоплатного долга семье. Ведь я мог бы не только спасти, хотя мне самому было всего десять. Я мог бы не допустить того, что мы вышли на том чертовом катере в море. Я мог бы…

Черт, почему у меня нет с собой сигарет. Хорошо, что нет. Иначе бы я сорвался и потом чувствовал себя паршивей некуда.

Плевать. Не о том сейчас речь.

Все это никак не распространяется на Стасины проблемы, это мое личное.

То, с чем я живу.

То, с чем мне помогла справиться Стася, просто выслушав и успокоив. В россыпи своих белокурых волос и с таким пониманием во взгляде она похожа на настоящего ангела. Она и есть ангел.

Мой ангел, который спасает меня от ада.

И я не позволю, чтобы такие озлобленные жизнью люди, как эта женщина, обижали мою девочку.

- Что приперся? – говорит тетка и упирает руки в бока, - мало тебе того, что ты избил Витеньку и увез нашу Стаську? Мало? Так ты снова здесь?

- Вашу Стасю? – усмехаюсь я и вижу, как в глазах женщины проскальзывает испуг.

Да, я умею так улыбаться. Чтобы проняло даже такую, как ты.

- Если в какой-то момент вам вдруг показалось, что вы имеете на нее какие-то права, пора вам раз и навсегда расстаться с этой мыслью.

Я говорю ровным тихим голосом, не повышая его ни на йоту, но тетку все равно пронимает.

Похоже, она неплохой психолог.

И сейчас она видит по моему лицу, а также по скрытой в моем голосе угрозе, что мои слова не пустой звук.

Так и есть, далеко не пустой звук.

- Ты ничего не сделаешь нам! – все же выдавливает из себя женщина и тут ее телефон громко звонит.

Да, - рявкает она в трубку, и я слышу шепелявый голос ее сына.

- Маааа, долго ты там?

- Витенька, что с твоим голосом????

- Ниче, мам, воды принеси!

Смотрю, как женщина разворачивается и бегом несется проверять, как там ее сын.

Я пообещал ему, что если будет вести себя так, как мы договорились, я дам ему денег на стоматолога и он сможет вставить себе зубы. Пока что придется обходиться так.

Тетя Люда возвращается через каких-то пять минут, ее лицо пылает от гнева.

- Ты, ты…., - подлетает она ко мне, а поскольку больше у нее не находится слов, я подсказываю ей сам.

- Я что? Прогуливался вокруг общаги, даже близко не подходя к вашей комнате?

- Ты! Ты снова его избил!!!!! – вопит она, теперь почти не сдерживаясь.

- Это он вам сказал? – выгибаю бровь.

- Он сказал, что неудачно свалился с дивана, но я знаю, что это ты! Ты!!!!

- Если он сказал, что неудачно свалился с дивана, значит так и есть, - пожимаю плечами.

- Сволочь! Ты…сволочь, вот ты кто!!! Я желаю тебе гореть в аду!!!!

Не трудитесь мадам, я уже давно обосновался там, причем на вполне законных основаниях.

Женщина выкрикивает новые ругательства, потом начинает причитать, и в других обстоятельствах я бы мог пожалеть ее, но стоит вспомнить, как она наседала на Стасю. Как подослала к ней своего сына…

- Просто держитесь от Стаси, а заодно и от ее отца, подальше, - обрываю ее стенания и подхожу ближе.

- Просто держитесь подальше и тогда все у вас будет хорошо. Вам ясно?

- Ясно, – кивает женщина и как-то вся сразу поникает.

Словно по щелчку.

Отходит на шаг и присаживается на стоящую тут же древнюю скамейку, сколоченную на скорую руку из двух пней и прогнившей в нескольких местах доски.

Теперь я вижу перед собой не ту разгневанную фурию, что привыкла оказывать давление на окружающих, а просто немолодую и очень несчастную женщину. Которая к тому же тянет на себе сына-оболтуса.

- Ой, что ж делать то, - снова причитает женщина и вскидывает на меня глаза, - я поняла, все поняла. Мы больше к Стасе и близко не подойдем, но….ой, что ж делаааать тооооо.

И она чуть ли не бросается в плач.

- Вы о чем сейчас? – прищуриваюсь я.

- Ой, что будет тоооо, - снова тянет женщина и мне хочется ее как следует встряхнуть.

- Вы можете сказать нормально?

Я рассчитываю поскорее смотаться отсюда и заняться уже другими делами. Сколько можно тянуть резину. В конце концов, я к Стасе хочу.

Только при мысли, что она окружена сейчас другими парнями, а меня там нет, все внутренности скручивает.

- Что происходит? – не выдерживая, рявкаю я и тетка тут же выпрямляется в струну.

- Я это…я…ну…только что от вашей матушки, - рапортует, а я хмурюсь.

- Но я ж не знала, что так будет, - заискивает тетка дальше, даже на «вы» перешла.

- Вот, утром как собралась, так сразу поехала к ней. Машка..Машка, дура, все из-за нее. Она в этот, интернет, полезла, да и увидела вас на фотографиях тех. Сказала, очень уважаемые родители, отец-депутат и все такое…Они бы никогда не позволили, такой, как Стася…Ну я и….К нему меня не пустили, а вот ваша матушка решила выслушать. Ну и…