Одинокий странник. Тристесса. Сатори в Париже - Керуак Джек - Страница 35

В Америке жить на природе считается здоровым видом спорта для бойскаутов, но преступлением для зрелых людей, которые превратили его в свой род занятий. Бедность считается добродетелью у монахов цивилизованных наций — в Америке же проведешь ночь в кутузке, если поймают без мелочи на бродяжничество (в последний раз, я слыхал, это пятьдесят центов, напарник — сейчас сколько?)

Во времена Брейгеля вокруг бродяги танцевали детишки, он носил огромные и драные одеяния и всегда смотрел прямо перед собой, равнодушный к детям, и семейства не возражали, что их дети играют с бродягой, это было естественно. Но сегодня матери крепко держат своих чад, когда через город идет бродяга, из-за того, во что сезонника превратили газеты — в насильника, душителя, пожирателя детей. Держись подальше от чужих людей, они тебе дадут отравленную конфету. Хотя Брейгелев бродяга и сезонник ныне суть одно и то же, дети пошли другие. Где даже чаплинский бродяжка? Старый бродяга «Божественной комедии»? Бродяга у Вергилия, он ведет за собой. Бродяга вступает в мир ребенка (как на знаменитой картине Брейгеля, где громадный бродяга торжественно проходит по лоханной деревушке, а на него гавкают и над ним смеются дети, Св. Пестрый Дудочник), но сегодня это взрослый мир, не мир ребенка. Сегодня сезонника вынуждают таиться — все смотрят легавых героев по телевидению.

Бенджамин Франклин был вроде бродяги в Пенсильвании; ходил по Филли с тремя здоровенными свитками под мышками и массачусетским полупенни на шляпе. Джон Мьюр был бродяга, отправлялся в горы с карманом сухарей, которые размачивал в ручьях.

А Уитмен приводил в ужас детвору Луизианы, когда топал по большой дороге?

Как насчет Черного Бродяги? Самогонщика? Курокрада? Римуса? Черный сезонник на Юге — последний из Брейгелевых бродяг, дети отдают ему дань и стоят в почтении, ничего не говоря. Видишь, как он выходит из сосновистой пустоши со старой невыразимой торбой. Енотов тащит? Братца Кролика? Никто не знает, что он тащит.

Сорокадевятник, призрак равнин, Старый Закатеканский Джек-Бродячий Дух, старатель, пропали духи и призраки бродяжничества, но они (старатели) хотели свои невыразимые торбы набить золотом. Тедди Рузвельт, политический бродяга — Вэчел Линдзи, бродяга-трубадур, захезанный сезонник — сколько пирожков за одну из его поэм? Бродяга живет в «Диснейленде», земле Бродяжки Пита, где все очеловечено, львы, жестяные дровосеки, лунные псы с резиновыми зубами, оранжево-пурпурные тропки, изумрудные замки высятся вдали, добрые философы, а не ведьмы. Ни одна ведьма никогда не варила себе бродягу. У бродяги двое часов, которых не купишь в «Тиффани», на одном запястье — солнце, на другом — луна, оба ремешка сделаны из небушка.

Реактивный век распинает бродягу, потому что как мне прыгнуть на грузовой самолет? По-доброму ли смотрит на бродяг Луэлла Парсонс, интересно? Генри Миллер бы разрешил бродягам купаться у себя в бассейне. А Шерли Темпл, кому бродяга подарил Синюю Птицу? Ходят ли юные Темплы без синих птиц?

Сегодня бродяга вынужден прятаться, для пряток у него меньше мест, его ищут легавые, вызываем все посты, вызываем все экипажи, бродяги обнаружены в окрестностях Птицы-в-Руке — Жан Вальжан взвешивается со своим мешком канделябров, орет вьюноше: «Вот твой су, твой су!» Бетховен был бродяга, который становился на колени и слушал свет, глухой бродяга, который не мог слышать, как жалуются другие бродяги. Эйнштейн был бродяга в драном свитере под горло, сделанном из барашка; Бернард Барух, разочарованный бродяга, сидящий на скамейке в парке с ловящей голос пластмасской в ухе, дожидаясь Джона Генри, дожидаясь кого-то очень безумного, дожидаясь персидского эпоса.

Сергей Есенин был великий бродяга, он извлек прок из русской революции, чтобы мотаться повсюду, пия картофельный сок в отсталых деревнях России (самое знаменитое его стихотворение называется «Исповедь хулигана»), который сказал в тот момент, когда шли на штурм царя: «Мне сегодня хочется очень из окошка луну обоссать». В этом безэговый бродяга, который породит когда-нибудь дитя — Ли Бо был бродяга могучий. Эго есть величайший бродяга — Привет Бродяге Эго! Чьим памятником станет когда-нибудь кофейная банка из золотой жести.

Иисус был странный бродяга, ходивший по воде.

Будда тоже был бродяга, который не обращал внимания на другого бродягу.

Вождь Дождь-в-Лицо, еще причудливее.

У. К. Филдз — его красный нос объяснял значение тройственного мира — Великая Колесница, Малая Колесница, Алмазная Колесница.

Бродяга рождается из гордости, не имея ничего общего с обществом, а лишь только с самим собой и другими бродягами, да, может, еще и собакой. Сезонники у железнодорожных насыпей по ночам варят огромные жестяные банки кофе. Гордо бродяга брел по городку мимо задних дверей, где на подоконниках остывали пирожки, бродяга был умственно прокаженный, ему не требовалось просить поесть, крепкие западные костлявые мамаши знали его позвякивающую бороду и драную тогу, приходи да бери! Но гордость гордостью, все равно какое-то раздражение есть, потому что иногда она звала приходи да бери, являлись орды бродяг, по десять-двадцать зараз, и, в общем, трудно бывало стольких накормить, иногда бродяги о других не думали, но не всегда, но, когда бывали, за гордость свою уже больше не держались, они становились бомжами — мигрировали на Бауэри в Нью-Йорке, на Сколли-сквер в Бостоне, на Прэтт-стрит в Балтиморе, на Мэдисон-стрит в Чикаго, на Двенадцатую улицу в Канзас-Сити, на Лэтимер-стрит в Денвере, на Южную Мэйн-стрит в Лос-Анджелесе, на Третью улицу в центре Сан-Франциско, на Сволочную дорогу в Сиэтле (все это «запущенные территории»).

Бауэри — пристанище для бродяг, прибывших в крупный город оттягиваться по-крупному, раздобыв себе тележки и собирая картон. Множество бомжей с Бауэри — скандинавы, у многих кровь не сворачивается, потому что столько пьют. Когда наступает зима, бомжи пьют напиток под названием «дым», он состоит из древесного спирта и капли йода, и струпа лимона, его они выпивают залпом и бам! впадают на всю зиму в спячку, чтоб не простудиться, потому что определенного места жительства у них нет, а на улице в городе зимой бывает очень холодно. Иногда бродяги спят рука об руку, чтобы согреться, прямо на тротуаре. Ветераны миссии Бауэри говорят, что самые оголтелые во всей компании — это бомжи, пьющие пиво.

«Фред Банц» — великий «Говард-Джонсонс» для бомжей; он располагается на Бауэри, 227, в Нью-Йорке. Меню они там пишут мылом по окнам. Видно, как бомжи неохотно платят пятнадцать центов за свиные мозги, двадцать пять центов за гуляш, и шаркают наружу в тонких рубашках х/б по холодной ноябрьской ночи навынос, и осваивают лунную Бауэри хрястом разбитой бутылки в переулке, где стоят у стены, как непослушные мальчишки. На некоторых приключенческие дождливые шляпы, подобранные у железнодорожных путей в Хьюго, штат Колорадо, или разношенные вдрызг башмаки, скинутые индейцами на помойках Хуареса, или куртки из траурного салона тюленятины и рыбы. Бомжовые отели белы и кафельны, и кажется, будто на попа сортиры поставили. Бывало, бомжи рассказывали туристам, что некогда были они преуспевающими врачами, а теперь рассказывают туристам, что некогда были гидами для кинозвезд или режиссеров по Африке, а когда зародилось телевидение, они потеряли свои права на сафари.

В Голландии бомжей не разрешают, то же, возможно, и в Копенгагене. А вот в Париже можно быть бомжом — в Париже к бомжам относятся с огромным уважением и редко отказывают им в нескольких франках. В Париже имеются разнообразные классы бомжей, у бомжа классом повыше есть собака и детская коляска, в которой он хранит все свои пожитки, а те обычно состоят из старых «Франс-Суаров», тряпья, жестяных банок, пустых бутылок, сломанных кукол. Такой бомж иногда располагает возлюбленной, которая везде следует за ним, его собакой и коляской. Бомжи пониже не владеют ничем, они просто сидят на берегах Сены, ковыряя в носу на Эйфелеву башню.