Негодная певица и некромант за клавесином (СИ) - Черная Мстислава - Страница 54

—  Эльфы расстроились.

—  И не только эльфы, Карин. Расстроились аристократы из старых семей, особенно недоволен наш король.

—  Вы маг, —  озвучиваю я очевидное.

—  И что? Лучшие целительные эликсиры эльфийские. Доступ к эликсирам и накопителям, привилегии мне и потомкам, собственный дворец, золото, деньги. И вся это роскошь в обмен на содействие. Недурно, не правда ли?

Показать интерес? Притвориться, что хочу хотя бы крошку чужого пирога?

—  Хм…

— Ты бы предпочла сохранить магию, да? Трудно представить, чтобы юная госпожа из хорошей семьи позволила себе столь вызывающий наряд. Девушкам положено быть хрупкими и зависимыми.

—  К чему этот разговор?

—  Ни к чему. Просто приятная беседа. Впрочем, беседа тоже подходит к своему завершению.

—  Ты нашёл её? —  раздаётся вопрос от стоящего к нам спиной жреца.

Какое им до меня дело? Меня искали… как некромантку? Полная картинка пока не складывается, и магистр с улыбкой поясняет:

— У тебя особенная роль, Карин. Ты должна умереть на глазах своего учителя.

— Что?

— Иначе никак, — он продолжает улыбаться, будто мы обсуждаем погоду в столице, а не мою смерть здесь и сейчас.

Страха нет… Точнее, он есть, куда без него, но он так глубоко, что я его не чувствую, потому что страх мне не поможет.

Кое-что проясняется. Дан рассказывал, что его ученицы уходилили от него в поисках силы и погибали. Получается, экзаменатор хотел проиграть со мной тот же сценарий? Сперва я стала ученицей Дана, потом бы ушла к экзаменатору. И, надо полагать, погибла бы во время практики? Мороз по коже — я прошла по краю собственной могилы и даже не заметила.

— А в чём смысл? — они хотят свести Дана с ума? Но зачем?

Магистр ничего не поясняет.

Расслабленность уходит, ухмылка тает. Выражение лица становится почтительным, и почтительность адресована, ясное дело, не мне, а жрецу. Одет в белое, на плече траурный шарф.

Я не успеваю заметить, в какой момент появляется длинный-длинный корень, и я оказываюсь в кольце. Щупальце некротвари сжимается ощутимо, но пока безболезненно, а я понимаю, какая в нём скрыта мощь — чуть сожмётся и раздавит.

У меня перехватывает дыхание — слишком быстро щупальце переносит меня куда-то вперёд, а в следующее мгновение его хватка ослабевает, и я получаю толчок в спину. Я непроизвольно делаю шаг вперёд и оказываюсь в окружённом мёртвой изгородью пространстве. Передо мной прозрачный купол. Под куполом алтарь, а на алтаре…

Дан?!

Он не не пришёл!

Радость стремительно гаснет. Внутри купола сизой дымкой вьётся силуэт, и я вдруг узнаю девушку из своего кошмара.

Призрак? А что с ним делать?

Снаружи купола нежить. До моего появления похожая на лысую лисицу существо уныло шкрябало когтями по полупрозрачной преграде, но едва оно меня почуяло, бросило своё занятие и ощерилось.

Оно слепое? Почему оно водит носом, принюхивается?

— Карин?! — Дан приподнимает голову, и я понимаю, что роль алтаря исполняет исполинский пень. Он держит Дана за руки и за ноги корнями…

А почему Дан ничего не может сделать?

Додумать я не успеваю. Лиса-нежить срывается с места, и бросается ко мне.

— Она умрёт, — слышу я шелест тени.Тихий и в то же время заполняющий собой всё пространство, будто призрак шепчет не Дану, а мне на ухо.

— Карин, нет!

Я шарахаюсь. Отвлекаться нельзя.

Лысая лисица проскакивает мимо и тормозит, взрывая землю когтистыми лапами. Она вновь принюхивается, но теперь ловит направление гораздо быстрее, и я понимаю, что она не будет разгоняться во всю прыть — расстояние между нами гораздо меньше. А значит она меня достанет.

— Умрёт-умрёт-умрёт, — твердит призрак, а эхом звенит 

По плану лиса меня убьёт, и Дан всё это увидит.

Почему жрец и экзаменатор уверены, что я не смогу защититься? Экзаменатор очень хорошо представляет мой потенциал.

Бить в лоб плохая идея?

Я повторяю то, что уже делала — окутываюсь некроэнергией, заворачиваюсь в плотный непроницаемый кокон.

Лиса широко раскрывает пасть, демонстрирует белоснежные зубы.

Глава 64

Момент истины.

Клацнув зубами, лиса тормозит, снова взрывает землю. Морда от меня на расстоянии вытянутой руки, даже ближе. Лиса недоумённо крутит лысой башкой, принюхивается. Я остаюсь на месте, боясь шелохнуться. Лиса подходит на шаг ближе, пробует воздух. И мне везёт, лиса меня не чует. Она возвращается, тычет носом в землю, ищет. И не находит. Я смещаюсь, и лиса проходит мимо. Она делает ещё один круг и теряет не только след, но и интерес. Она возвращается к незримому барьеру и продолжает прерванное занятие —  пытаться прорваться к Дану.

—  Карин.

—  Умрёт! —  истерично выкрикивет призрак.

Тень начинает раскачиваться, и я замечаю сотканный из дыма жгут, которым она привязана к Дану. Марево не просто касается кожи, оно явно уходит в тело.

Чудовищный ритуал…

Я даже близко не понимаю, как связаны прорыв Изнанки, некроэнергия и принесение в жертву некроманта, которого зачем-то накануне или во время ритуала нужно непременно свести с ума. Но мне и не нужно понимать, достаточно знать, что эльфийские жрецы выстроили ритуал, который вернёт им щит, оставляющей сырую магию из источника в Священных лесах, как не нужно понимать, какой состав у целебного зелья, если оно действительно лечит.

—  В чём дело? —  доносится до меня. —  У нас жёсткий график.

Если его нарушить, ритуал сорвётся?

—  Не понимаю. Щита у неё нет.

—  Разберись, ты здесь для этого.

—  Да.

Нет…

Призрак мечется на привязи, и каждый его рывок вызывает у Дана то ли хрип, то ли стон. У меня сердце кровью обливается, но я не позволяю себе отвлечься. Я медленно пячусь. Приближаться к лисе смертельно опасно. Магистру достаточно одного удара —  я потеряю концентрацию, и кокон из некроэнергии развеется. Конец очевиден. Но одновременно лиса —  моя единственная надежда. Я не знаю, как она мне поможет, просто кроме неё меня точно никто не спасёт.

Магистр останавливается на небольшом расстоянии, и лиса резко втягивает воздух, оборачивается. Её спина выгибается дугой.

Низкое рычание, вспышка магии, и я вижу летящую в меня шаровую молнию. Я не пытаюсь закрыться —  уверена, что магистр не пытается меня убить, его цель сорвать с меня защиту. И я всего лишь отшатываюсь, влетаю спиной в полупрозрачный купол. И одновременно я получаю жгучий болезненный удар. До искр из глаз.

Кажется, я тоже кричу.

Я теряю концентрацию, теряю защитный кокон, и лиса бросается на меня. Из-за слепоты она слегка промахивается, ведь я продолжаю падать.

Купол не выдерживает, лопается.

Меня, лису, магистра —  всех раскидывает ударной волной высвободившейся силы.

Можно считать, что только что я на практике сдала экзамен по азам теории магии. Мой расчёт оправдался, и я первая вскакиваю на ноги, бросаюсь к алтарю.

Нужно что-то сделать с тенью?

Идей у меня нет.

Зато с алтарём всё просто.

Не просто. на самом деле. Мне до одури страшно ошибиться, страшно, что моё решение окажется ошибкой, страшно, что я причиню Дану непоправимый вред, а, называя вещи своими именами, обреку его на гибель.

Но сделать хоть что-то лучше, чем не сделать ничего.

И я бросаюсь к алтарю, вспоминаю, что я делала с переродившимся деревом на кладбище. Пень ведь от него не сильно отличается, верно?

Я опираюсь обеими руками на столешницу.

—  Карин…

Стянув всю доступную мне некроэнергию, я направляю её в алтарь, и ветки, ствол — всё начинает стремительно сохнуть.

Алтарь исчезает в считанные мгновения, а у меня мутится перед глазами, подступает тошнота. Я крепко зажмуриваюсь — сейчас никак нельзя терять сознание.

— Я… — что я пытаюсь сказать?

— Карин!

Его тёплые ладони ложатся на плечи, и я откидываю голову. Дану на плечо:

— Я думала ты не пришёл, — с трудом выдыхаю я. Мне нет дела ни до лисы, ни до жреца, ни до магистра.