Спецоперация «ZАСЛОН» (СИ) - Пасхов Рутра - Страница 12

– Добрый, – поприветствовал его, поднявшись с кресла, хозяин кабинета.

Следователь подошел к нему и видом, движениями и взглядом дал понять о желании поздороваться тактильно, ожидал ответного сигнала к этому. Андреевич уловил его манеру, которая была весьма тактична, – он подал руку.

– Слушаю вас, – сказал магистр научного сообщества, садясь в кресло и одновременно указывая рукой, приглашая сесть гостя.

После того, как гость разместился, сняв очки, легонько приподнял голову, говоря этим движением о намерении и готовности слушать.

– Признаюсь, – начал неторопливо следователь, – я весьма запутался, изучая это дело. Очень много времени приходилось отдавать изучению метода одного из ваших сотрудников. Того, который внезапно умер. Нужно было разобраться во всех тонкостях и хитросплетениях его разработок и программы.

– О да, – протянул глава концерна. – Программа сулила большие перспективы. Это был заказ администрации президента и правительства.

– Дайте мне, пожалуйста, доступ в его кабинет, к его компьютерам, а после того, как я обработаю информацию, я с вами свяжусь и объясню суть дела.

Директор предприятия цыкнул.

– Свяжетесь? Объясните суть дела? Ну и что меня интересует?

– Ладно, ладно. Пожалуйста, – следователь замолк с виноватым видом.

– Может быть, чаю? – предложил хозяин кабинета, чтобы сгладить неловкую ситуацию.

– Думаю, что мне нужно будет много чаю. Если можно будет, чтобы далеко не уходить, и поесть после тоже. Столовая у вас есть же?

Доктор кивнул.

– Я так понимаю, информации придется изучить очень много, скорее всего, я буду приходить сюда несколько дней.

Доктор развел ладони.

– Спасибо, – почему-то на это ответил сотрудник. – Покажите мне его кабинет.

– Его сразу же опечатала служба безопасности по требованию… – он сделал свой привычный жест, показал пальцем вверх. – У вас есть разрешение на ее вскрытие?

Следователь молча развернул папку, одна сторона которой превратилась в экран, приложил палец, на экране засветился щит, сложенный из треугольников, обрамленный лучами. Через секунду он сменился яркой надписью: продукция АО «ЗАСЛОН». Еще через пару секунд на экране появился другой щит, уже с мечом, и аббревиатура с расшифровкой, из которой директор предприятия, изготовителя планшета, смог углядеть только слово «комитет». Это был незнакомый ему герб – не следственного комитета. Свое любопытство и удивление он не стал проявлять.

Следователь дождался загрузки документа, подал планшет хозяину кабинета. На нем значилось: разрешение на вскрытие и обыск…. Кроме прочих статусных структур, обозначивших себя печатями и подписями куривавших организацию персон, значилась и подпись начальника регионального подразделения следственного комитета. Доктор всматривался в подписи какое-то время, а после спросил:

– Вы будете там один?

– Вскрытие и вход, соответственно, и поверхностный осмотр, мы осуществим вместе с начальником службы безопасности подконтрольного вам предприятия или с персоной, которую вы предоставите, и еще одним представителем концерна. Я буду абсолютно за, если это будете вы.

– А далее? Вы будете там работать один?

Следователь кивнул с самодовольным лицом, сопроводив кивок опущенными веками, и через несколько секунд взаимного молчания сказал:

– И сьемку буду вести, – он показал на мини-камеру, встроенную в аккуратный шильдик, вшитый в нагрудный карман пиджака.

– Пойдемте, пожалуйста, произнес доктор. Кстати, у вас старая модель, мы уже их и не выпускаем, – констатировал он, не отрывая взгляда от камеры.

Глава 9: Ложь и откровение

За день до визита супруги профессора к следователю.

Покопавшись в компьютере внезапно умершего профессора, инспектор по особо важным делам скопировал интересующие его файлы на флэш-накопитель и ушел. На вопрос главы концерна «что же так скоро, когда предварительно планировал несколько дней приходить?» тот ответил короткой фразой, без пояснения: «Не придет». Оглянувшись на наблюдающего за ним с вопрошающим видом руководителя учреждения, уже в коридоре, объяснился так:

– Как ни странно, все, что меня интересовало, всю нужную для следствия информацию, я, к счастью, быстренько нашел. Она не была запаролена. Большинство материалов у нас уже имелось в процессе расследования.

На вопрос магистра, могут ли они пользоваться рабочим кабинетом и компьютерами ученого, ответил не сразу, остановился и, глядя на пол, в некой задумчивости сказал:

– К сожалению, он запустил вирус – и уже вся информация была уничтожена специальной программой. Я смог только проследить следы связи контактов и сторонних серверов, через которые пересылались материалы. Теперь мы будем вскрывать их и расшифровывать данные.

***

Через день после визита супруги профессора к следователю.

Она шла через парк, в котором обычно они прогуливались с супругом. Неожиданно кто-то ее взял сзади за локоть.

– Не поворачивайтесь, – услышала она знакомый голос.

Оборачиваться и не нужно было, он встал сбоку. Это был следователь.

– Внимательно меня слушайте. Я действительно хочу вам помочь. Только никому ничего не говорите. Если вы хотите, чтобы ваши средства вернулись вам, мы должны встретиться здесь ровно через два часа. Вы должны быть постоянно в поле моего зрения. Ходите вокруг парка, по магазинам или по кафе. Не пользуйтесь сотовым телефоном, никому не звоните. В контакт ни с кем не вступайте. Если кто-то захочет с вами вступить в контакт, вы должны переложить сумочку с левой стороны на правую. Тогда я пойму, что существует какая-то опасность. Вы подойдете к той дальней скамье, – он показал взглядом, чуть кивнув снизу вверх головой, в сторону. – Там будут сидеть женщина невысокого роста, лет сорока, девушка лет двадцати, спортивного телосложения, с распущенными длинными волосами, и девочка-подросток, на вид лет десять.

Через два часа наблюдений он стал ожидать ее поодаль от этой скамейки. Она подошла. Как он предварительно предупредил, там уже ожидали указанные лица: та самая суррогатная мать, старшая из сестер (участница экспериментов Рембрандта) и девочка-телепат. Подросток был в униформе, шел из школы через этот парк. Это был самый оптимальный вариант собрать эту троицу. Супруга ученого села на эту скамейку рядом с ними. Они друг друга не знали. Это был кульминационный момент загадки, которая изменила и, скорее всего, изменит их жизнь.

Пасхов подошел, поздоровался со всеми.

– Я сейчас вам объясню, что есть очень странная составляющая ваших судеб, которая значима, но не известна вам. Просьба – обойтись без особых эмоциональных возгласов. Проявите, пожалуйста, удивление спокойно. Поверьте, я мог бы этого не делать, не откровенничать с вами, и сделать то, что нужно мне.

Пока они удивленно смотрели на него, он изучал волны поиска на своем смартфоне. В действительности этот прибор не являлся смартфоном. Он не вызвал у остальных вопросов, потому как был замаскирован, по проекту мастеров концерна «ЗАСЛОН», под мобильный телефон. Он сканировал чипы, которые были в них вживлены. Из материалов, которые он получил из компьютера ученого, была выяснена система паролей, которые ученый создал для разблокировки своих счетов. Все четыре чипа имели свою часть кода паролей, считать их можно было только таким образом, – сконтактировав вместе, получить центральный пароль электронной подписи для доступа к офшорным счетам. Это было гениально, но очень опасно. Ведь ситуация могла пойти не по задуманному сценарию. Значит, существовал и какой-то альтернативный путь. Только выяснять это было некогда. Поэтому он решил их всех собрать в одном месте.