Самый лучший фамилиар (СИ) - Львов Николай - Страница 48

— Ого, — протянул Ульрих, переводя взгляд на Эда. — Говорящие коты и какофонические уродцы. Что вы тут за зверинец собрали?

Вместо ответа Эд словно подлетел к нему, змееобразно уклонился от двух ударов в голову и прижал раскрытую ладонь к животу качка. Рев какофонии на мгновение усилился, а потом затих. Эд отскочил.

— У-ух, — поморщился Ульрих, громко после этого отрыгнув. — Это было несколько неприятно. Больше так не делай.

Эд снова начал наращивать громкость какофонии.

Я же в это время лихорадочно думал. Камень, маленький осколок, упал на него и повредил кожу. В то же время ему нипочем удары, выстрелы и даже молнии. А что, если…

Я выскочил из-за укрытия и окатил его струей огня, настолько жаркого, насколько смог. Когда последние всполохи развеялись, я увидел, что не добился ничего, кроме того, что на нем почти сгорели штаны.

— Да что я тут с вами вожусь! — крикнул Ульрих и кинулся на Эда. Завязалась схватка, сопровождаемая звуками ударов и рева какофонии.

Спустя несколько секунд Эдвин отлетел от особенно мощного удара. В это время Гиз скрылась из виду, а Лира присела за соседним обломком камня и лихорадочно, но очень ловко перезаряжала барабан.

— Ты! — грозно заревел Ульрих. — Говорящий кот! Следующим будешь ты!

— Лира, стреляй в камень за ним.

— Что? — непонимающе воззрилась на меня волшебница.

— Стреляй в камень! За ним!

Лира щелкнула курком перезаряженного револьвера. Последовало три выстрела — все они ушли в камень за спиной Ульриха. К моей неописуемой радости, мелкие осколки камушков до крови посекли его незащищенные плечи. Спину, наверняка, тоже, но этого я не видел.

— Сволочная ведьма! Убью!

Он было ринулся к Лире, но импульс его рывка погасил Эд. Почти потерявший сознание сонитист схватил его за лодыжку.

— Дерьмоед! — качок два раза пнул волшебника в лицо. Эдвин потерял сознание и отпустил его.

— Лира, нам надо срочно отвести его от Эда и две-три секунды продержать его на месте.

— Н-но я плоха в ближнем бою… — ну, полуобнаженный чудесник и правда внушал ужас.

— Мы победим, если сделаем это.

Ульрих присел, а потом совершил умопомрачительный прыжок в нашу сторону. Без разговоров он провел простой прямой удар в Лиру, от которого девушка уклонилась, потом качок резким ударом, пошедшим по касательной, скинул меня с камня. Мы кинулись наутек, а ревущий от ярости налетчик побежал за… мной! Донные духи, мне конец!

Я пробежал около двадцати метров, как вдруг звуки его шагов прекратились. Я обернулся и увидел, как его оплетают быстро растущие и утолщающиеся побеги. Оглядевшись, я увидел неподалеку Гиз с такой яростной сосредоточенностью в глазах, что мне стало куда страшнее, чем было до этого.

Очевидно, она нас слышала, и поэтому я немедленно приступил к выполнению своего плана. Я начал нагнетать в себе столько Мощи, сколько вообще мог. Вены жгло огнем, началась изжога, каждый глоток воздуха стал для меня раскаленным комком пара. Уже буквально через секунду из-под моих когтей заструился жидкий огонь. Но этого было мало.

Ульрих начал срывать с себя побеги. В ответ их словно бы становилось только больше. Прошло еще две секунды, а я все накапливал Мощь. От меня начали идти клубы пара. И этого тоже было мало.

Зарычав, Ульрих рванулся вперед. От толчка бо́льшая часть побегов оказалась вырвана с корнем, и чудесник начал медленно продвигаться вперед. Он обезумел от ярости и только невнятно рычал, глядя прямо мне в глаза. Я все накапливал в себе огненную Мощь. Около меня начала тлеть трава.

За спиной Ульриха внезапно возникло залитое кровью лицо Эда. Сонитист захватил шею чудесника в захват. Не было надежд, что он его придушит, но Эд хотя бы остановил его.

Еще три секунды… две… одна.

— Эд! Быстро назад!

В одно мгновение произошла куча событий. Из земли выскочили прочные темные корни, обхватившие ноги чудесника. Эдвин оттолкнулся от широкой спины налетчика и отпрыгнул метров на пять в сторону. Я разом выпустил всю эту, без преувеличения, ужасающую мощь Инферно в почву, на ладонь ниже ног чудесника. В ту же саму миллисекунду я представил наиболее мощный харраку, какой только мог.

Мгновением позже раздался взрыв багрового пламени. Во все стороны полетели клочья земли, а высоко в воздух взвилось тело чудесника. Взрывной волной в поместье расколотило все окна.

Ульриха подбросило метров на десять. Достигнув высочайшей точки, его тело безвольно перекрутилось и тяжело упало прямо на один из камней. Послышался хруст.

И все стихло.

***

— Все целы? — словно издалека послышался голос Лиры.

— Ну, вроде да, — откуда-то донесся едва слышный голос Гиз.

Я увидел, как совсем неподалеку от меня на ноги встает Эд. Бывший солдат теперь весьма соответствовал своему прошлому — окровавленный, перемазанный землей, со свернутым набок носом. На моих глазах сонитист как мог оттер лицо от грязи, схватился за кончик носа и резким движением вправил его. Не то чтобы это сильно помогло, но теперь хоть нос смотрел в ту же сторону, что и глаза.

— Джас, проклятый самоубийца. Это было охренительно, хвала и почет.

Я охренел от таких слов Эда. Очень… разносторонний отзыв.

Сзади ко мне подковыляла Лира. Рассеянный взгляд блуждал по разгромленному саду, в то время как ее худые пальцы перезаряжали револьвер.

— Не знал, что вы стрелок, мисс, — с уважением протянул Эдвин.

— У нашей Лиры второй класс по стрельбе, — пояснила Гиз, которая баюкала явно сломанную руку. — Лучшая среди ведьм факультета.

Ого. Ну так-то да, в стрессовой ситуации метров за пятнадцать уложить шесть патронов в лицо дорогого стоит. Но, пожалуй, мы зря напомнили об этом Лире. Внезапно с лица девушки схлынула вся кровь, и она начала оседать на землю. Эд успел подхватить ее, и аккуратно уложил на землю, подложив ей под ноги кусок камня.

— Стресс, такое часто бывает, — пояснил он.

После этого волшебник начал цокать языком, вертясь по сторонам, как флюгер. Спустя полминуты цоканья он затих, тряхнул головой и сообщил, что к нам движется галгара. Людей вокруг нас не было.

Гиз принесла в здоровой руке неполный черпак воды и окатила меня ею. Было очень хорошо — я весь зашипел и начал исходить густым-густым паром. Да, я словил очень мощный перегрев.

В этот момент волшебник вытащил резонатор и включил гармонию на полную мощность. Начал он с руки Гиз. Чтобы зарастить перелом, пришлось потратить около трех минут. За это время очнулась Лира.

Пройдясь нежно тянущим одну сладкую ноту клинком по всем нам, Эд принялся за себя. Закончив с подлечиванием, сонитист как мог отряхнулся. Глубоко вздохнув, он сунул руку за пазуху, вытащил оттуда какой-то очень странный приборчик, похожий на вытянутый сигарообразный свисток красного цвета.

— Ну что, перейдем к самому сладкому? — задал он вопрос.

— Ты о чем? — спросила Лира, с лица которой еще не ушла бледность.

— Ну как… У нас у всех есть несколько оч-чень весомых вопросов к нашему голому неуязвимому бойцу.

Невдалеке, как по заказу, послышался сдавленный стон Ульриха.

Глава 15. После боя

Я внимательно посмотрел на амулет в руках Эда. Длиной в палец, ярко-красный сигарообразный корпус, кончик как у свистка и маленькая кнопочка на боку в желобке. Судя по всему, эта кнопочка могла перемещаться.

— Если бы я мог, то использовал эту штуку сразу, — объяснил Эдвин. — Однако, после одной заварушки он работает из рук вон плохо, да и то через раз. А починить уже некому, такие дела. Однако, этой веселой вещице абсолютно плевать на силы чудесников, причем с высокой колокольни. Будь свисток цел, беготни бы не было. С другой стороны, будь он цел, я бы сейчас в Табакерке сидел… Не будем о грустном, будем о жестоком. Дамы, вы когда-нибудь видели пытки?

— Что? — синхронно выдали Гиз и Лира.

— Ну как что, — пожал плечами сонитист. — Мучения, которые я буду причинять данному неприятному типу. Соответственно, в обмен на разглашение необходимых нам сведений я эти мучения причинять не буду. Наверное. — в этот момент Эдвин был поход на перемазанного землей академика-извращенца, настолько обыденным тоном он все это говорил.