Код Рембрандта (СИ) - Пасхов Рутра - Страница 24

Девочка взяла листок бумаги, написала город, улицу и дом, где жил этот человек, о котором говорила.

– Ты знала, что он есть, – заявила малышка дерзко. – Ангелы говорили твоими словами. Я слышу… иногда… что говорят люди молча, сами с собой. Там живет тот ребенок, от тайной возлюбленной дедушки.

Бабушка изумленно смотрела то на написанное, то на внучку. Она действительно знала о существовании у своего мужа отпрыска от другой женщины, однако в семье эта тема была под запретом. Когда бабушка вышла из заторможенного состояния, то сказала:

– Только никому не говори этого, прошу тебя. Малышка, виновато посмотрев на бабушку снизу вверх, ответила:

– Хорошо, я не скажу.

Глава 10: Тест для экстрасенса

Протоколы опросов и допросов вышеописанного случая я поведал, правда, как вы распознали, немного облагородив своими интерпретациями, сделавшими историю более интересной, своему коллеге, господину Мерзаканову.

– Как вы думаете, бабушка поверила в эту байку? – был его первый вопрос.

– Засомневалась, конечно. Естественно, она подумала о разговоре взрослых, который вольно или невольно девочка подслушала. Не меньше вопросов вызвало знание ребенком точного адреса упомянутого человека. Может, он претендует на наследство? И кто же знал его адрес? Может, кто-то из знакомых или родственников с ним контактирует? Она решила проверить. Каково же было ее изумление, когда выяснилось, что действительно по этому адресу живет некто Рушан. К слову, вся семья реально соблюдала табу, никоим образом эта тема не затрагивалась, никто не интересовался тем ребенком деда. Это даже превратилось в семейный миф, изредка знакомые могли поинтересоваться, мол, реально ли есть такое. Так вот,

сперва женщина не поверила в такое имя у объекта поиска, но потом, сделав запрос через центр определения собственников имущества, убедилась в подлинности. Сомнения почти развеялись. Назвали его так, созвучно имени мужа, которого звали Ншан. То есть любовница ее супруга назвала ребенка именем ее мужа, с которым общалась до нее. Менталитет и характер интересующей личности женщина объективно могла уяснить для себя. Его родословная исходила из тех причерноморских народов, что оказались в России на основании манифестов Екатерины II, а до этого добрых пару тысяч лет, еще со времен Евпатора Митридата, бороздили берега Понта Аксинского, осваивая крымский полуостров.

Эта история, может быть, и не нужна нам здесь, если бы не одно «но»: они познакомились в то время, когда проходили обучение в специальной школе космонавтов. Он являлся инструктором по контактам с внеземными цивилизациями. Не спешите удивляться, это даже не секретная организация, однако полученные ею данные, тем более выходящие за рамки стандартных сводок, засекречиваются. Эта программа финансируется как частными корпорациями, так и государством, а еще больше смешанными – в основном, конечно, НАСА. Даже такой вариант нестандартной ситуации был предусмотрен. Оставался только вопрос, который двояко интерпретировался среди участников программы: программу приняли на всякий случай или были на это веские причины? Так или иначе там Ншан познакомился с Валентиной. Ну, любовь-морковь, решили пожениться, Валентина беременная, Ншан обрадовался, приезжает с ней к себе домой, в родные края. Беременность ее была на начальном сроке, пока еще традиционные для такого положения внешние изменения женщины не выдавали состояния. Вроде бы все должно было пойти гладко, но не в этом случае, оказывается. Мама новоявленного мужа своим пытливым взглядом определила похлеще УЗИ наличие эмбриона в животе. Этот фактор никак не был good для ее патриархальных религиозных взглядов. В общем, она сказала «до свидание». Именно «до свидание», а не «до свидания». А сын ее… это был тот случай, когда патриархальное воспитание и почитание родителей вынуждают действовать не в своих интересах, не в русле наших чувств. Сказать по совести, он не обидел эту неудачную царевну. Пришлось ей превратиться обратно в лягушку, хотя, как сказать, в лягушку ли. Ибо все подарки, которые наш Иванушка подарил, а она была вся в золоте, он зарабатывал хорошо, родители помогали неплохо, – остались с ней. Ншан расстался с ней без вражды… в подробности я не вникал, поэтому моральную сторону не буду затрагивать. В общем, эту историю решили забыть, но она вот таким образом всплыла. Благодаря социальным сетям бабушка как-то нашла этого мужчину. Конечно, он был очень похож на ее мужа. Сомнений пыль припудрила том истории жизни. Ну что ж, реальность такова – это был его ребенок.

– Ну и какое отношение это событие имеет к нашей истории?

– А вот такое – тайное пособничество бабушки нам. Когда эта девочка предсказала визит к ней мужей ученых, когда они реально пришли, стали расспрашивать, итогом чего стал переезд ребенка в специальный центр для изучения детской психики, так мы обозначили наше заведение, ибо сами понимаете, – только страшась за будущее своего чада, родители согласились на такой галс.

– Хм, вы имели отношение к мореплаванию?

– Хождению.

– О! И куда движется корабль программы относительно ветра? Или относительно какого ветра движется судно?

– Или проходит определенный отрезок. Этот аддон, отдельный отрезок в программе.

– Хм, да вы еще и в играх, вижу, зависаете.

– Бывало, что «проваливался» в этот мир. Кстати, любил пострашнее, с фантастическим сюжетом.

– В итоге, как понимаю, родители были против и стали за?

– Отец кричал о полной вменяемости дочери и грозил нам судом.

– И?

– Угроза на угрозу, – я сжал губы и приподнял плечи. – Ювенальная юстиция толку мало дает порою, но как страшилка действенная.

– О боже…

– Вот Бог и помог, видимо.

Они улыбнулись.

– Спешу познать дальнейший ход истории. Что с Богом-то? – спросил Мерзаканов в манере, присущей старцам.

Хотя походил он на них если только короткой бородкой, а так – был высок, грузен и носил на лице печать некогда доблестных ханов Золотой Орды.

– Когда пришли вот таким образом за ребенком, вернее, когда стали требовать, чтобы ребенок прошел специальный курс диагностики в экспериментальном филиале специального центра НИИ детской психиатрии, именно под таким названием наша лаборатория фигурировала в документах служебного пользования, – отец девочки решил, что ее считают неполноценной и хотят отправить на принудительное лечение. В общем, он поднял такую бучу. Ну, дальше – по сценарию выше.

– И что решили?

– Пришлось и родителям оплачивать переезд, проживание там, соответственно, сохранить бронь на работе и… черт побери, платить зарплату. Мы ведь не материализовались из воздуха, связались, конечно, и с комитетами, согласовали все на федеральном и на городском уровне. Понимаете же, всякие есть социальные комитеты. Взяли с собой людей из администрации, из отдела по несовершеннолетним, ну и еще откуда-то были. Это возымело, конечно, эффект, но все равно, не только родители, все были удивлены, ведь девочка никаких способностей, за гранью нормальности, так сказать, не проявляла. А почему – я уже говорил, мать боялась всякого навета на будущую невесту, бабушка скрывала способности внучки, дабы не выдать свою тайну, а папа и слышать не хотел о всяком там волшебстве, как он выражался. Хотя отец был удивлен, по большей части тем, что к этому отнеслись так серьезно. В итоге, после сорока минут объяснений, ему все-таки вдолбили, что есть в его дочери сверхспособности, как ребенок их проявляет. Когда он немного вник в суть дела, а главное – уловил интуитивно, зачем ребенок нам нужен, – он начал склоняться к согласию на исследования и… намекнул на свои финансовые проблемы. В общем, беседа подошла к своему логическому концу, мы получили девочку, а они – каждый свое: мама с бабушкой – возможность узнать механизм, с помощью которого совершаются предсказания, а папа – то, о чем все чаще мечтал, – не работать, а денежки получать. К слову, не то чтобы папа совсем не верил в способности дочери; по крайней мере если супруга его нервировала этим утверждением, то своей маме он верил, а та шепнула уже на ухо о действительно имеющихся у девочки особенностях. Сказанное возымело на него влияние, но что-то его пугало. Ведь каждого будет пугать перспектива экспериментов над своим ребенком с использованием каких-то нетрадиционных методов диагностики. Почему это вдруг ребенка, если есть отклонения от нормы, не стали лечить просто в местной поликлинике?