Пой. История Тома Фрая - Коста Габриэль - Страница 69

– Ты в порядке? Может, стоит подняться? Знаешь, тут не так тепло, как я предполагал. – Ричард улыбнулся от того, что привлек внимание Тома. Он быстро встал и протянул руки вперед, надеясь на дальнейшее сотрудничество, но друг только дернулся и прекратил попытки встать. – Ладно. Давай я сам. – Ричард почувствовал, как позвоночник крошится в алмазную пыль и улетает в окно. – Когда ты стал таким тяжелым?

«Это ты слабак».

– Так, хорошо, вот. Давай сюда. – Ричард раскраснелся, как краб в кастрюле. Он зашептал что-то на испанском. Том был уверен, друг проклинал всю ситуацию и его в придачу. Ричард пошел на кухню за доской и стилусом. – Вот. Пиши, что случилось, и не заставляй меня звонить Джеку. Тот приедет и вправит тебе мозги. – Ричард не собирался этого делать ни в коем случае: за другом, несмотря на смену, точно увяжется Алан, и тогда случится катастрофа.

– Походу, Дилан здесь больше не живет… – Том вяло стер с доски.

– Прекрати. Люди часто ругаются и потом мирятся. Это нормальная практика, и невозможно жить без мелких ссор как минимум. – Ричард поучительно кивнул. – Вот он, например, забил всю ванную косметикой, руку некуда положить. Тебя это не раздражает? Меня, к примеру, бесит.

– Существуют проблемы. – Том стер уже более энергично. Последняя фраза друга возмущала. Он только что попытался обвинить другого человека в своей неуклюжести. – Намного серьезнее этой. – Стер. – Между прочим одним из пунктов ссоры, – стер, – значилась украденная маска. – Стер. – И бальзам для волос! – Стер. – Я же тебе ясно дал понять. – Стер. – Не трогай ты его косметику!

– Да там тысячи этих масок! Ему что, жалко дать одной попользоваться?! – Ричард, возмущенный и пристыженный за кражу, сцепил руки на груди и отвернулся в сторону. Они молчали пять минут. – Хорошо. Но неужели воровства маски и бальзама достаточно, чтобы ты лежал на полу?

– Для Дилана – да. – Том стер, колеблясь в решении поведать Ричарду суть их ссоры. Если он скажет хоть самую малость, то сорвется и выложит все как есть. Том так долго находился один на один со своими мыслями, что сил терпеть больше не осталось. Старые друзья у него хорошие, при первой возможности выдадут свой субъективный вердикт. – Я отобрал у него роль. – Ричард распахнул и глаза, и рот от удивления. Том ожидал такой реакции, правда, ему неизвестно было, почему именно друг так себя ведет. – Роль Тони… Дилан почти получил ее. – Том стер и продолжил писать, пока друг задыхался от эмоций. – А тут пришел я. – Стер. – Одна песня. Ноль дополнительных прослушиваний. – Стер. – И сразу главная роль.

– Так ты же не специально пришел и силой выбил эту роль? Да ты даже не знал о Дилане и прослушиваниях! Том, посмотри на меня. – На просьбу Ричарда Том поднял на него лицо. – Ты же не пошел бы на прослушивание, знай ты о планах Дилана?

– Нет! – Том потряс доской, мешая Ричарду читать. В потемках это делать было еще тяжелее. – Конечно нет! – Он стер.

– Вообще, я считаю, это глупо. Вы не два актера на весь Голливуд, – заключил Ричард, и Том закатил глаза на отсылку к песне про Лос-Анжелес. – Не смогли поделить одну роль. Он что теперь, будет ругаться с каждым, кто его обойдет? Жизнь полна несправедливости, и реагировать так на неудачи, даже подобного характера, бессмысленно. – Том успокаивался от удивления. Его мысли совпали со словами Ричарда, а значит, в них есть хоть немного смысла. Тем временем друг поставил громкую точку. – Уж точно не в профессии, которую он выбрал сам.

– Ох, – написал Том.

– Тоже так думаешь? Да? – Ричард улыбнулся. – Том. Ты парадоксальный человек. Правда. От чистого сердца говорю. Ты, без преуменьшения, самый талантливый по части пения парень, которого я знаю. То, что ты разделал Дилана под орех, не удивительно. Ему никогда до тебя не дорасти. Никогда. – Том только дернулся писать, как Ричард перехватил его руки. – Стой. Я все равно не поменяю свое мнение. Дилану придется смириться с твоим талантом, и все на этом! Такова реальность. И у меня еще одна ужасная новость для него. – Он пожал плечами и отпустил руки Тома. – Ты все равно будешь лучше в этом деле, чем он. Если ты не решишь сменить профессию, не дай бог, конечно, то перещеголяешь его в любом случае. – Он улыбался. – Твой голос способен воскресить мертвого.

«Жаль его сил недостаточно, чтобы вдохнуть жизнь в лилии».

– Спасибо. – Том вздохнул и стер. – Я собираюсь отказаться от роли.

– Что?! Не смей! Я звоню Джеку! – Настала очередь Тома хватать друга за руки. – Ты больной? Под тебя роль переписывают, а ты собрался все слить в трубу? – Том смотрел на друга выжидающим взглядом. – Хорошо, даю тебе тридцать секунд.

– Ты серьезно считаешь, что это мой потолок? – Писал Том, и на его лице красовалась уверенность. Он стер. – Таких ролей будут сотни. – Он пожал плечами и улыбнулся. – Я уступлю роль Дилану. Звони не звони. – Стер. – Сейчас я готов на эту жертву, и будь что будет.

– Ванесса бы надрала тебе зад.

«Знаю».

– Точно не передумаешь? – с надеждой спросил Ричард. Том лишь помотал головой и отчего-то широко улыбнулся.

«Как же стало легко! Я поступил ужасно, предложив Дилану подачку в виде игры во время моих больничных. Раз нужно поступиться своими желаниями, слегка отсрочить мечты… Так тому и быть. К черту эту «Вестсайдскую историю»! Мюзиклов на моем веку будет еще пару тысяч. Если Дилану так важна роль, он так переживал… пусть забирает. Я не знаю, что потеряю, отказавшись от роли, но точно потеряю Дилана. Мне не хочется верить, однако Ричард прав. Пока мы плаваем с ним в одном бассейне, велика вероятность столкнуться вновь. Я просто обязан увести его в сторону игры на бас-гитаре и найти ему хорошую группу. План звучит отлично, даже несмотря на то, что во многом это мечты и не мое дело. Стоит написать ему о своем решении? Или пусть лучше ему позвонит Арни, наш режиссер? Сюрприз будет знатным. Надеюсь».

– Никому не говори об этом, – писал Том, прикладывая максимум стараний, чтобы буквы получились ровные. – Обещай.

– Обещаю, – фыркнул Ричард и отвернул голову в сторону. – Когда ты это сделаешь?

– Завтра. В два часа дня репетиция, – написал Том, но Ричард уже не читал. Они оба смотрели на бруклинское небо.

И снова Луна, и снова такая разная.

«Дилан Мун…»

Ричард никогда не боялся опасностей. Он плевал им в лицо и всегда гордо делал так, как велело ему сердце, и, если это самое сердце велит ему наполнить ванну украденной у Дилана морской солью, напустить пены и намазаться чужим кремом, он так и сделает.

После ссоры парней Ричард точно не ожидал увидеть владельца косметического бутика в ближайшее время. Том же покинул квартиру минут десять назад, чтобы отправиться на Бродвей и сняться с роли Тони. По мнению любого здравого человека, в том числе и Ричарда, идея была отстойная. Променять главную роль в одной из самых знаменитых постановок в Нью-Йорке на такого, как Дилан – бред.

Отправив друга самостоятельно ломать себе карьеру, Ричард решил принять расслабляющую ванну. Таких страстей даже его горячо любимый Бродвей не видел. Если бы Том еще узнал об Алане… Ричард засвистел и покачал головой.

– Если он окажется его двоюродным братом, первый гонорар с книг я отдам на экранизацию их истории. – Он подул на пену. – Это будет бомба. Продам его на Нетфликс и скажу что-то типа… Основано на реальных событиях. О! А Дилан будет Король-лич… – Он подпрыгнул в ванне, выливая воду. – Ой…

В этот момент входная дверь противно заскрипела. Ричард ухмыльнулся, удовлетворенный своим вчерашним тихим проникновением. А потом до него дошло кое-что очень важное: у них гости. Дверь открылась сама, а значит, это не грабители. Том, по привычке, всегда поет о своем приходе. Благо песен про возвращение домой предостаточно. Осознание, кто на самом деле вернулся, парализовало Ричарда. Он каким-то невероятным чудом решил оставить включенным лишь небольшой светильник. Если Дилан поймает его в маске, в ванне с его солью и пеной, Том найдет Ричарда в этой же ванне, но уже в кислоте. Страх начал перерастать в настоящий ужас, подгоняя Ричарда встать и выпрыгнуть из окна. Он как можно тише вылез из ванны, чуть не рассмеявшись в очередной раз от своих гениальных способностей ниндзя. Ричард был просто обязан быстро снять маску, кинуть ее в унитаз, спустить воду в нем и ванне и закрыться. Из всего этого он успел только вылезти и натянуть трусы с шортами и футболку. Не хватало стоять и врать перед Диланом в чем мать родила. Он и так не самый лучший лжец.