Желание на любовь 2 (СИ) - Колоскова Галина - Страница 43

Паркер опять покоробило слово «детская», так запросто слетающее с его губ, и, кроме того, всеобщее безразличие: никто даже не удивлялся, принимая всё как должное. Она вскинула взгляд на дочь, ожидая увидеть хотя бы в её глазах несогласие, но его не было. Выходило, что девочка, как и все, желала пополнения в своей семье, при условии, что она будет создана. Это походило на заговор. Кэтлин понимала желание Бренды с Харрисом нянчить маленьких внуков, принимала мечту бездетной Одри повозиться хотя бы с малышами Мэттью. Выходило, что, и детское желание Лилибет о брате или сестре не пропало с годами. Если бы не маленькое «но» в больших обстоятельствах. Все давно решили, что её воссоединение с Мэттом непременно состоится, приняли как само собой разумеющееся – и это не могло не вызвать в ней протеста. Бунта, направленного прежде всего против себя.

Две половинки одной Кэт вступили в очередное противоречие; и та, что родом из юности, вернее, из страхов и неприятного опыта, в данный момент восторжествовала. Громким голосом выдав то, что вторая хотела сначала обсудить с Мэттью, но так и не решилась за полтора дня:

– Не раньше, чем через полгода, а может, и ещё позже.

– Ты сейчас шутишь? – агент первым вышел из состояния шока.

– Нет, говорю абсолютно серьёзно. Это условие расторжения моего контракта. Уходить в никуда с испорченной репутацией я не хочу.

Он плотно сжал челюсть, переваривая несколько минут назад сказанное, а потом достал телефон и набрал аэропорт.

– Номер твоего рейса.

– Зачем?

– Я лечу в Финикс вместе с тобой.

– Но я не возвращаюсь в Аризону.

Вуд нажал сброс, с недоумением уставившись на брюнетку.

– Ничего не понимаю! То говоришь, что не раньше, чем через полгода, то, что не возвращаешься в Финикс.

– Всё очень просто. – Кэтлин сделала глоток вина, прежде чем продолжить обзор неприятных новостей. – Я лечу в Монреаль. Место моей работы на ближайшее время именно там. Открываем новый филиал. Моя задача: запустить издательство с нуля, а потом могу быть свободна и с отличными рекомендациями в кармане.

Агент перевёл взгляд на дочь.

– Ты знала?

– Да. – В этот раз Лилибет не прятала взгляд, ранее скованная данным матери обещанием. – Пап, Канада – не Антарктида или Северный полюс. Мы сможем летать друг к другу. Мама сама должна была об этом сказать, извини, что молчала.

– Понятно... – Про «летать» к друг другу и «говорить» по телефону он уже слышал не раз, но на деле всё ограничивалось сбросом трубки и редкими смс-ками. Их диалоги проходили в полной тишине.

Гости чувствовали себя неправомерными вмешиваться. Даже Одри на этот раз промолчала.

Мэттью встав из-за стола, направился к выходу, но остановился и задал ещё раз вопрос:

– Номер рейса? Хочу знать, во сколько тебя провожать.

– В пять утра.

– Хорошо, в три буду дома.

– Пап… – попыталась остановить его девочка.

Агент поднял ладонь, призывая Лилибет и всех остальных не трогать его сейчас.

– Совершенно забыл: меня ждут недоделанные отчёты. Я на работу.

Кэт молчала, наверное, единственная из присутствующих совершенно точно понимая, что творится сейчас в душе Мэтта: крушение надежд, пусть и на пустом месте. Она так и не успела сказать, что любит его и дальнейшую жизнь видит только рядом с ним и дочерью, а кричать вслед под пристальными взглядами его родственников – не хотела. В конце концов, и у неё есть гордость.

Паркер наблюдала сквозь дверной проём, как торопливо Мэттью накидывает плащ, обматывает вокруг поднятого воротника тонкий шарф. Чертыхаясь, толкает ноги в туфли, не обнаружив прицепленную сбоку от ящика с обувью ложку, перекладывает из куртки в карман брелок с ключами. Все движения на автомате, ноль эмоций на мужественном лице. И лишь тонкая пульсирующая жилка на виске говорила о степени его напряжения.

Вуд вышел за дверь, не найдя в себе сил проститься с сестрой и родителями. И лишь там свободно вздохнув, прогоняя прохладный воздух сквозь ноздри, закричал, разрывая беззвучным воплем квадратную коробку гаража. Удар кулаком по покрытой пластиком панели стоил ей трещины. Он сорвался, впервые за много лет не сумев справиться с приступом гнева, и было от чего.

Кэтлин так и не стала отрицать связь с Лебовски, даже не пожелав наврать или как-то смягчить его ревность, а значит – между ней и адвокатом всё серьёзнее, чем он мог подумать. Игра на два фронта Мэтт не устраивала. Отношения подобного типа он проходил с Лесси. Окунаться в это дерьмо ещё раз просто не было сил.

Агент бесцельно мотался по городу, останавливаясь на светофорах, разглядывая прохожих сквозь покрытые каплями дождя стёкла. Он несколько раз заходил выпить кофе, пытаясь хоть как-то прочистить мозги, затуманенные противоречивыми чувствами. Постепенно Вуд успокоился, и на место гнева пришло раскаяние за грубость по отношению к дочери, добровольно принявшей на себя роль буфера между двумя родными людьми. Он набрал номер её сотового.

– Прости меня.

– Да ладно, пап, я понимаю, насколько тебе нелегко сейчас. Ещё и со мной проблемы в школе, это ты меня извини. Я, правда, не могла ничего тебе рассказать.

– Я принимаю это. Ты моя умница, и даже не думай, что чем-то мне в тягость. Я уже говорил, что всегда буду на твоей стороне. Захочешь перевестись в другую школу – подыщем что-то рядом с домом.

– Бежать – не в моей привычке.

Вуд усмехнулся, услышав эти слова второй раз за последние дни. Девочка боец по характеру, это в ней от него.

– Я не собираюсь менять место обучения и всё решу и с Камиллой, и с прочими. По этому поводу не переживай.

– В тебе я даже не сомневаюсь, а сам сегодня повёл себя как последний трус.

– Трусы не спасают людей. Пап, не наговаривай на себя, я очень тобой горжусь. – Лилибет на секунду замялась и добавила: – Мама тоже. Я это знаю. Она любит тебя, просто поверь ей.

Мэтт досадливо сморщился.

– Хотел бы. Но между собой мы сами разберёмся. Где Кэт сейчас? С Одри?

– Нет, все разошлись…

– Значит, в гостевой комнате?

– Нет, пап, она уехала решать какую-то проблему. Сказала, что будет к вечеру.

Агент с силой сжал веки. Он мог объяснить в поведении любимой брюнетки многое, но вот такое отношение к дочери… Даже сейчас Паркер нет рядом с явно расстроенной девочкой. Мэттью осёк свои мысли. А сам-то он почему не с Лилибет? Они оба слишком заигрались во взрослые игры с ревностью, отодвинув самое главное на второй план.

– Я постараюсь как можно скорее вернуться.

– Не беспокойся, пап, я не одна, а с Чайтоном. – (Как будто данная новость могла успокоить агента.) – Занимайся бумагами.

– Передай Риджу, что я уже еду. – Голос отца не оставлял сомнений в точке зрения на присутствие парня в доме, где нет родителей.

– Хорошо.

Мэтт несколько минут смотрел на дисплей, в который раз благодаря Кэт за рождение дочери. Холод обид и ревности отступал, душа потихоньку наполнялась теплом. Он нажал на вызов, но после нескольких гудков сбросил. Извиняться перед брюнеткой Вуд был ещё не готов. Но теперь уже она сама вызывала на разговор. Он выдержал несколько секунд и ответил.

– Да, Кэтлин, извини, что оторвал от дел. – Мэттью слышал приглушённую музыку и звук тормозов. – Ты куда-то едешь?

– Да, уже добралась. Мне необходимо встретиться кое с кем, но это ненадолго. Как работа?

Он посмотрел в окно, пытаясь определить, где находится, и ответил совершенно уверенно:

– Продвигается. Освобожусь намного раньше, чем думал.

– Нам надо поговорить.

– Согласен, нужно было сделать это ещё вчера. Встретимся дома.

Агент не успел убрать телефон, как светящийся экран снова потребовал его внимания. Этого звонка он дожидался несколько дней.

– Да. Бетти, удалось узнать?

– Конечно. Записывай. Она сменила номер и на данный момент находится в Англии.

– Спасибо, я твой должник.

Хаппер рассмеялась в ответ: