Романов. Том 12 (СИ) - Кощеев Владимир - Страница 48

Сама княжна никак не отреагировала на сообщение о еще одном возможном наследнике. Емельян Емельянович мог зачать хоть армию детей, но делал он это, не будучи наследником. А значит, потомство Георгия Емельяновича будет в приоритете по всем законам.

А уже из этого следует, что ей переживать в этой истории не о чем.

— И все же я хотел бы вас отблагодарить, Дмитрий Алексеевич, — возвращая разговор в прошлое русло, озвучил Емельян Сергеевич. — Однако я столкнулся с тем, что совершенно не понимаю, чем мог бы быть вам полезен в текущей ситуации. Возможно, у вас есть что-то такое, в чем моя помощь могла бы прийтись к месту?

Да, мне действительно тяжело выбрать подарок. Все-таки Романовы и сами по себе очень обеспеченный род. Казань, Якутск, Красноярск — мы буквально сидим на печатном станке, который круглые сутки производит деньги. А кроме того, я вхожу в ближний круг цесаревича, что немногим придворным удалось. И это не считая расположения самого Михаила II, который принимает меня в Кремле без доклада.

Что можно подарить человеку, у которого все, казалось бы, есть?

— Боюсь, Емельян Сергеевич, если у вас нет в казне рода машины времени, чтобы я успевал везде и всюду, — произнес я с печальным вздохом, — то я не могу сказать, чего мне не хватает. Я обласкан государем, пользуюсь расположением всех сильных родов. В моей работе меня окружают достаточно компетентные люди, так что мне совершенно нечего желать, кроме времени на то, чтобы выполнять свои обязанности.

Великий князь кивнул. Судя по довольной ухмылке, проступившей на миг на его лице, примерно такого ответа он и ожидал.

— Тогда оставим этот разговор на будущее, Дмитрий Алексеевич, — предложил он. — И если случится так, что род великих князей Невских сможет быть вам лично полезным, вы скажете нам об этом.

— С этим я могу согласиться, — наклонил голову я.

— Тогда, раз со всеми формальностями покончено, — произнес Георгий Емельянович, — предлагаю перейти к ужину.

Возражений не последовало, и наследник, подняв крохотный колокольчик, тряхнул его в руке. Тонкий звон потек по столовой, и из двух ведущих в помещение дверей тут же потянулись два строя прислуги, загруженной блюдами и напитками.

Угощений было много, и готовилось все со вкусом. От ароматов кружило голову, однако ни я, ни Ольга на еду не налегали. Впрочем, как и хозяева. Все же каждого аристократа с детства учат, что и в каком количестве есть, дабы спокойно поддерживать беседу и не выкатываться из-за стола от обжорства, а уйти на своих двоих, не теряя достоинства.

— Ольга Кирилловна, как продвигаются ваши успехи в Уральской Гимназии? — спросил Георгий Емельянович, глядя на невесту.

Он вообще практически не сводил с моей сестры взгляда. Другую девушку подобное внимание обязательно смутило бы. Я и сам пользовался этим приемом, чтобы заставить Викторию краснеть еще в столовой Университета. Однако Ольга Кирилловна, казалось, не замечала этого пристального взгляда.

— Через год я закончу ее с золотой медалью, — совершенно спокойно ответила она, взглянув на молодого человека. — Образование крайне важно для моего будущего, а потому я отношусь к нему со всей положенной серьезностью.

— Это похвально, — заметил Емельян Сергеевич, отпив из бокала. — Дмитрий Алексеевич стал отличным примером того, как важны для Русского царства люди знающие и умеющие своими знаниями пользоваться.

Сестра приподняла уголки губ, обозначая улыбку. А великий князь продолжил, переводя взгляд на сына:

— В свое время я надеялся, что Георгий поступит в Царский Государственный Университет, — сообщил Емельян Сергеевич. — Однако мой сын предпочел карьеру образованию. И, прошу заметить, добился немалых успехов на этом поприще. Вы уже выбрали, какое высшее учебное заведение будете посещать после Гимназии?

Княжна Уральская кивнула.

— Как и все женщины рода Демидовых, я буду учиться на своей земле, — сообщила она, сделав осторожный глоток сока из хрустального бокала. — Как показывает практика, у нас сильнейшие университеты и институты, ведь именно они выпускают наилучших специалистов в Русском царстве.

Я мог бы с этим поспорить, но за меня задал вопрос будущий муж:

— Почему вы так считаете? — уточнил он. — Разве не ЦГУ значится самым лучшим в стране?

Ольга Кирилловна пожала плечами.

— По статистике подавляющее число выпускников Царского Государственного Университета забывают о своем образовании сразу же, как только получают диплом. А выпускники Уральских высших учебных заведений трудятся в лучшем княжестве Русского царства, — с улыбкой ответила она, после чего пояснила: — В Уральском княжестве.

— И судя по тому, какие изделия оно поставляет, княжна совершенно права, — улыбнулся я.

Никто ведь не посмеет оспаривать это заявление. Главная кузница страны действительно поглощает практически всех уральских специалистов, которые получили должное образование. И зачастую тянет руки к соседям, чтобы забрать лучшие умы и у них. Руслан Александрович не зря акцентировал на этом мое внимание, когда учил быть наследником Демидовых.

И так будет еще очень долго, ведь на Урале сейчас куются самое современное на свете оружие, доспехи, техника.

Мои.

Глава 25

Кремль. Князь Романов Дмитрий Алексеевич .

Я следовал за слугой Милославских, не глядя по сторонам. Вчерашний вечер у великих князей Невских прошел хорошо, я успел немного отдохнуть. И теперь был занят тем, что изучал подробный доклад о делах в секретной царской лаборатории, доставшейся мне в управление, куда опричники доставили «Мойру».

Как и обещал Игорь Михайлович, руководство там уже сменилось. Во главе лаборатории государь поставил Александра Игоревича Милославского, своего троюродного племянника. До назначения на позицию руководителя тот занимал высокую должность в царской канцелярии и опыта имел достаточно, чтобы непосредственно управлять лабораторией.

Парадоксально, но наличие научной степени в фундаментальных науках никак не помогает, когда дело касается непосредственно руководства огромным штатом людей. Скорее даже мешает, ведь хороший ученый, но плохой организатор порой причиняет больше ущерба, чем пользы.

Обратные же примеры показывали куда более позитивные результаты. Ведь каждый должен быть хорош на своем месте. Вот и Александр Игоревич за эти несколько дней сумел перетряхнуть лабораторию, навести порядок и даже подать в родную канцелярию подробный отчет.

С подготовленными бумагами я и знакомился в процессе ходьбы по коридорам Кремля.

— Проходите, Дмитрий Алексеевич, — отвлек меня голос гвардейца, дежурящего под дверью царского кабинета.

Кивнув в ответ, я вошел и закрыл за собой дверь. В помещении никого еще не было, так что я встал у спинки кресла, в которое мне обычно предлагали сесть, и вернулся к делу.

Изучение трофейной установки уже началось. Персонал лаборатории не спешил, вдумчиво описывая каждый винтик системы, занимающей чуть меньше места, чем многотонный грузовик. Да и весила «Мойра» соответственно.

Когда искусственный интеллект показал мне на карте, что Михаил II приближается к кабинету, я свернул все лишние окна и выпрямил спину. Государь вошел стремительно, на ходу жестом велев мне садиться. Сам царь опустился в свое кресло и тут же вывел свой рабочий терминал из режима сна.

Я сел в кресло, ожидая, когда мой биологический отец заговорит первым. Все-таки это меня вызвали, а не я сам пришел. Стало быть, и инициатива на стороне Михаила II. Впрочем, долго ждать не пришлось.

— Итак, Дима, — отложив в сторону мышку, повернулся ко мне царь. — Прежде всего я хотел с тобой поговорить о результатах твоей поездки с наследником.

Говорил Михаил II ровным, спокойным тоном, смотрел на меня доброжелательно. Да и я не делал ничего, за что меня можно было бы хотя бы упрекнуть. Так что я даже позволил себе немного расслабиться в кресле.

— Слушаю, государь, — склонив голову, ответил я.