Молоко для вредного ректора (СИ) - Блум Хельга - Страница 43

Я тихонько фыркнула и поторопилась за начальством — вести беседу с человеком из министерства. Успели мы как раз к финальной части допроса. Чиновник уже задал массу вопросов студентам и преподавателям и теперь заканчивал терроризировать теряющую терпение, но еще держащуюся проректора Каллахан.

— Хм.. А почему отсутствует план развлекательных мероприятий? — спросил, наконец, инспектор.

— Сейчас в академии началась подготовка к Зимнему балу, — торопливо вступила в разговор я. — И, разумеется, скоро будет День Осеннего Равноденствия.

Инспектор задавал один вопрос за другим, время от времени хмурясь и слюнявя кончик карандаша, прежде чем тот вновь заскользит по бумаге. Закончив, он сообщил ректору Корвусу, что готов побеседовать с ним наедине.

Позже я узнала, что в кабинете ректора за чашкой чая инспектор произнес:

— Ну что же, вынужден сообщить, что дела в Форише Глас идут куда хуже, чем я представлял с самого начала. Мне жаль, Бриар, но придется, вас закрыть.

— Не лги, будто тебе жаль, — резко ответил ректор Корвус.

— Знаешь, это ведь правда. Я бы и рад оставить все так, но сам понимаешь, — человек из министерства развел руками. — Благо студентов прежде всего.

Ректор ядовито оскалился:

— Ты хотел сказать, благо тех шишек из министерства, что тебя отправили к нам.

Инспектор уехал на следующее утро, еще раз, совершенно неискренне, сказав, как ему жаль. Нам почему-то от этого не становилось легче.

Глава 34.

Удивительно, как быстро и слаженно может работать отдельно взятая магическая академия, когда на кону стоит ее судьба. Началось все с того, что мои активные талантливые второкурсники узнали, в чем дело. Кажется, это донна Первис, потащившая Мезенгарда, Гаредоса и Кензари сдаваться ректору, подслушала разговор преподавателей и поняла, что дела плохи и академия на грани закрытия.

К слову об этой боевой троице. Выяснилось, что именно Мезенгард, Гаредос и Кензари украли змею-бойтату из зверинца профессора Мирскена. Ну, на самом деле, крал Гаредос, чтобы впечатлить девушку, то бишь, донну Первис. За Гаредосом увязался Мезенгард, который согласен на любое правонарушение, лишь бы было весело. А уж когда они возвращались с добычей, их застукал Кензари. Как оказалось, Кензари не так давно повздорил с матерью и та урезала ему месячное довольствие. А бойтата — ценная вещь, за которую можно выручить немало золота.

В общем, Кензари помог им спрятать животинку и сказал, что будет молчать, если получит свою долю денег. Наивный Кензари и не предполагал, что красть столь ценное существо можно не ради наживы, а ради любви и богатырской удали, так что был уверен, что змейка будет продана, а деньги поделены на троих. Для него стало сюрпризом, что Гаредос хотел подарить бойтату любимой девушке. А уж когда Мезенгард, познакомившись с ценным животным поближе, понял, что «такая милашечка пропадет без опытного зоолога и надо ее вернуть», Кензари окончательно вышел из себя.

Собственно, драка в коридоре была вызвана именно столкновением трех интересов похитителей. Молодые горячие особи не нашли ничего умнее, чем решать конфликт кулаками. Возможно, все и обошлось бы, поскольку перед ректором драчуны не раскололись и об украденной бойтате не сказали ни слова.

Преступники не учли лишь одного — Лиру Первис. Узнав, на что пошел ради ее любви Гаредос, Лира первым делом всыпала незадачливому ухажеру, а заодно и его заклятым приятелям. Тем не менее, доводить дело до отчисления хулиганов Лира не хотела, похоже, она действительно влюблена в этого остолопа Гаредоса. Отсюда и несколько крайне неловких разговоров, которые у нас состоялись с донной Первис, когда она пыталась мне что-то сказать, но при этом хотела выторговать для хулиганов условия получше.

Именно Лира Первис после отъезда инспектора созвала второкурсников на то, что они позже назвали «особо секретным совещанием». Не самое худшее название, учитывая, что речь идет о шестнадцатилетках, верно?

Закрытия академии не хотел никто и, в то время как преподаватели приходили в себя после событий в подвалах пытались без лишней шумихи решить вопрос с Уэсливером и топили горе в чашках успокаивающего чая, студенты искали свои собственные пути спасения.

Признаться, в те дни мы, профессора, мало знали о том, чем занимаются наши студенты. Так или иначе мы потеряли коллегу и не имеет значения, что Уэсливера таким, какого мы его знали, на самом деле никогда не существовало. Мы были знакомы с маской. Человек же, прятавшийся под ней, чуть не убил нас с Эхои и всех, кто находился в академии.

На педсовете ректор Корвус в кои-то веки дал слово преподавателям.

— Итак, коллеги, Митч Уэсливер находится в медицинском крыле под присмотром доктора Агро, однако долго так продолжаться не может. Ваши предложения?

— Пустить его на удобрение для растений! — мстительно предложил профессор Остерандо. Он все еще не мог простить Уэсливеру свой бесценный гравилат.

— Отрезать этому мудаку.. — Эхои бросила осторожный взгляд на Бриара, — ну, что-нибудь отрезать.

— Сдадим его полиции и дело с концом! — широким жестом рубанул воздух профессор Мирскен.

Из куска клубничного пирога, который держал профессор, полилась начинка, падая прямо на мантию проректора Каллахан. Проректор одарила коллегу строгим взглядом и отодвинулась.

— Но репутация академии, — вздохнула она и покачала головой.

— Какая репутация, коллега? Очнитесь же! — вспылил неизменно тихий профессор Гоббс. — Нас всех не сегодня-завтра разгонят и это уже решенный вопрос. Терять нам нечего, так что пусть с Уэсливером полицейские разбираются.

— Возможно, вы правы, — медленно кивнула проректор. — Однако… профессор Мирскен перестаньте уже крошить на меня свой пирог!

— А что прикажете на вас крошить, если у меня только пирог? — насупился зоолог и отодвинулся от проректора подальше.

Еще один суровый взгляд метнула проректор в сторону Мирскена.

— Вот ничего и не крошите.

— Если мы сообщим о профессоре Уэсливере, — ровным мягким голосом рассуждала Джин Келли, — сюда слетится стая сумасшедших экспериментаторов, готовых рисковать чужими и своими жизнями ради сомнительного ритуала. Полагаю, это как ситуация с убийцами-подражателями. Известные убийцы вдохновляют других на… ну, на убийства, — неловко закончила она и забилась обратно в угол у книжного шкафа, отчаянно розовея щеками.

— В ваших словах есть смысл, — скупо похвалил библиотекаршу Бриар.

Ну, надо же! Расщедрился наш гоблин на такое вот слабое подобие похвалы. Кто бы мог подумать?

Я бросила на него мимолетный нежный взгляд. И действительно, кто бы мог подумать…

После долгих размышлений, споров и трех съеденных пирогов (один из которых был практически целиком проглочен оголодавшим Мирскеном), мы пришли к решению: произошедшее в подвалах должно остаться тайной. Разумеется, она уже известна половине академии, но любое учебное заведение это живой организм, с которым можно договориться. История с профессором Уэсливером не уйдет дальше этих стен.

Даже если Форише Глас закроют, а именно это и произойдет как только чиновники подготовят все необходимые бумаги, мы будем знать, что, по крайней мере, не привлекли в этот край охотников за силой, которую не обуздать. Что до Уэсливера… У Эхои среди прочих артефактов хранится и давно опустевшая лампа. Если Уэсливер так мечтал о могуществе, он его получит. Как известно, джинны обладают феноменальной космической мощью.

***

— На следующем семинаре мы побеседуем о преимуществах и недостатках нелинейных заклинаний. Одни из вас будут говорить, что нелинейные заклинания это хорошо, другие попытаются опротестовать эту точку зрения. Пожалуйста, подготовьте аргументы для обеих сторон. На занятии я разделю вас на две группы, дам пять минут на подготовку и проведем дебаты. На сегодня вы свободны, всего доброго.

Вопреки моим ожиданиям аудитория не заполнилась звуками отодвигаемых стульев, топотом множества ног и веселым гомоном студентов, у которых, наконец, закончилась последняя пара. Второкурсники остались сидеть на своих местах, не отводя от меня взгляда.