Невеста в законе. Поймай меня, дракон (СИ) - Эмет Мария - Страница 7

— Кто счастливец?

— Да какой там счастливец! Засмеют его и все тут.

— Ну, а все-таки?

— Она по старым граблям ходит. Со старшего Элфорда на младшего переключилась. Ненормальная…

— Ну-ка! — я выхватила газету у мужчины.

«Вчера Декстера Элфорда заметили вместе с Дакотой Эверджин, более известной как „Сумасшедшая Графиня“. Неужели она не может забыть Валтора Элфорда, а потому ищет утешение в его ближайшем родственнике?! Это похоже на правду! Быть может, графиня хочет вернуть бывшего жениха? У леди Эзельгейл появилась умалишенная конкурентка. Наш журнал советует ей похлопотать о своей безопасности. Или, быть может, у пары все серьезно? Леди Эверджин смотрит на своего любовника с обожанием во взгляде. Это хорошо видно на эксклюзивной фотографии, которую предоставил наш отважный корреспондент».

Фото прилагалось. Не знаю, где тут искать «обожание», ведь в этот момент я чихала. А фото сделал не отважный, а тупой корреспондент, который был вчера в поместье. Надо бы намекнуть главе КСС, что секрет, а пропажа кристалла — это действительно большой секрет, может быть раскрыт. Этому фотографу хорошо бы надавать по морде, однако вместо этого ему надавали большие деньги за эту выдумку.

— Бред! — наконец выдала я, убрав газету от лица.

— О-о-ой… — побледнел на глазах мужчина, до этого не знающий с кем говорит.

— Держите, — я протянула ему брехучку.

— Себе оставьте, — заикаясь сказал тот, и быстро побежал по улице.

Стиснув зубы, я начала пробираться к источнику моих проблем. К глашатаю. Люди, которых я откровенно толкала локтями, сначала вякали, но когда осознавали, кто перед ними, мигом уступали проход. Все-таки я в первую очередь графиня, а уже потом умалишенная.

— При-и-и-иве-е-ет, — голосом серийного маньяка протянула я, смотря на мальчишку. Тот от неожиданности выронил всю стопку мусора… То есть газет. — Скажи, мой милый, каким тиражом эту гадость напечатали?

— Тридцать тысяч копий в продаже, миледи. И сейчас печатают ещё столько же.

Подняв испорченную бумагу с земли, я снова обратилась к трясущемуся пареньку:

— Это я заберу. Передай редактору, чтобы остановил печать. Иначе он будет иметь дело с судом. Вмешательство в личную жизнь карается законом. Понял? — глашатай нервно кивает. — Молодец, а теперь, — я достала из кармана золотую монетку и всучила её в маленькие ручки, — беги, пока Сумасшедшая Графиня тебя не покусала.

Люди не разошлись, они продолжали наблюдать за представлением. Под их пристальным вниманием я сожгла сплетник черным огнём и развеяла пепел по ветру.

— Концерт окончен, можете расходиться.***

Когда я зашла в аудиторию, все притихли, смотря на меня с нескрываемым интересном. Как говорят Чип и Дейл: «Наш девиз отвага и слабоумие». Эти качества оказались у баронессы Тритлон.

— Скажи честно, Дак, ты ему платишь за встречи?

— А ты? — заломила бровь я.

— О чем ты, Дак?

Как же меня задолбало это Дак. Как, епрст!

Я медленно подошла к сокурснице, сделав максимально мрачное лицо.

— Знаешь, Крис, я хоть на балы не хожу, но много знаю. Ты совсем не умеешь хранить секреты. О твоих мольбах взять тебя прямо на торжестве в подсобке для швабр могу знать не только я, но… И весь свет. Тогда мы окажемся в одной лодке. А что? Сумасшедшая Графиня и Похотливая Баронесса — убойный дуэт! — прошептала на ушко девушки, а после весело хихикнула. Отстранившись, я была довольна результатом. Бедняжка больше не улыбалась, а тряслась. В больших кукольных глазках собирались слезы. — Хочешь совет дня? Или, может быть, жизни? Доброта — лучшее спасение от всех проблем.

— Откуда?..

— Да так… Птичка принесла, — я снова усмехнулась. — А ещё я знаю, что Элфорд Младший ответил. Напомнить? «Вы мне противны, леди Тритлон», — вот его слова, а после ты увидела его в коридоре, целующего твою младшую сестру. Обидно, да?

— Замолчи! Замолчи-замолчи! — закричала она.

— Что она тебе сказала? — тут же вопросил Йун.

— Да, что? — подхватил Жэнтер.

И их вообще не смущает, что я рядом. Еще даже отойти не успела. Крис отвечать, само собой разумеется, не стала. Напротив, она жестко приказала всем заткнуться и большими шагами вышла в коридор. Её подруга вприпрыжку последовала за ней. Несколько парней переглянулись, хохотнули невесть от чего и тоже пошли за баронессой. Правильно, идите. Добейте её своим любопытством. Когда человеку плохо, то ему меньше всего хочется отвечать на вопросы.

Сев на самый верх, я мысленно торжествовала. Верно говорят, что тот, кто владеет информацией, правит миром. А ещё мне очень нравится выражение «Поступайте с людьми так, как бы хотели, чтобы поступали с вами». У всех этих золотых детишек чрезмерно раздутое самомнение, они считают, будто все, кто ниже их, должны им просто так, по факту существования. Они сильно ошибаются, ибо прислуга — самые близкие к ним люди. Нет, не матушка, вечно гоняющаяся за новыми шмотками, не отец, чьей целью является построить дом богаче, чем у соседа. Слуги, и только они. С самого детства аристократов кормят, моют, воспитывают и обучают всем мудростям жизни слуги. Но отчего общество решило, что эти маленькие люди заслуживают плохого обращение. Одного не учли — у слуг тоже есть душа, и они могут обидеться. Обидеться страшно. Так, что будут готовы рассказать всю самую грязную тайну о своих господах.

Со мной не стоит ссориться. Я очень миролюбивый человек, привыкший во всем находить прекрасное. До попадания в этот удивительный, но при этом с некоторых сторон неприглядный мир, я и знать не знала, что такое враг. Теперь у меня их несколько десятков, если не сотен. А ещё, как оказалось, я могу быть расчетливой, жесткой, беспардонной мерзавкой. Могу без проблем давить врагов, словно букашек пальцем. Или плитой. Тут уж какое у меня настроение.Ох, чего только не сделаешь во имя любимого сына. Через кого только не переступишь…

8

Через некоторое время парни и подружка Тритлон вернулись в аудиторию.

— Что ты ей сказала, гадина? — направилась ко мне Патриция.

— Правду. — Пожала плечами я. — Горькую правду. Могу и о тебе тоже кое-что рассказать. Когда ты в последний раз плакала?

Фыркнув, девушка развернулась и ушла. Правильно делает. Думаю, ей не очень хочется, чтобы все узнали о её отце-душегубе.

— Доброе утро, адепты! — показался на глаза куратор. С шумом обрушив на стол стопку учебников, он с широкой улыбкой оглядел нас. — У меня хорошие новости!

— Вы уходите? — заржал словно конь Эд — тупоголовой парень-переросток. Отличительная черта — идиот. А еще он обожает коллекционировать девушек. Аристократки ему не даются, а юные несмышленые адептки-бюджетницы охотно попадаются в сети, понадеявшись на него. Или на его деньги. Скорее второе, ибо Эд рожей не вышел. Но после ночи девушки искренне не понимают, почему над ними смеются, а после с позором выгоняют из комнаты. Без одежды. За это боевику вообще ничего не делают, наоборот, говорят, какой же Эд крутой. А вот девушек академия сначала засмеет, а после бедняжки сами бегут забирать документы. Чаще всего адептки приезжают из провинции, дабы попытать счастье в столице. Негодник Эд ломает их мечты, и они возвращаются обратно, так и не получив специальность.

Дуры. В этом мире можно верить только себе. И то, не всегда.

— Хорошая шутка, — мягко говорит Шульфор. Только это он и может. Отец Эда занимает почетную должность в министерстве магического образования. Если куратор посмеет обидеть этого остолопа или его друзей, то моментально полетит с должности. А может, и с крыши дома. Эд обожает «выбивать дурь». Жаль, что никто не хочет сделать с ним аналогичное. — Его Величество король Диодий II решил… — театральная пауза, — что в этом году на балу Красной Луны, мы — третий курс боевой магии, будем устраивать выступление!

Что за год такой? Нас решили обложить со всех сторон, что ли?

— Не вижу радости. Улыбнитесь, это большая честь! — говорил мужчина. — Нужно хотя бы два человека… Желающие? — все замерли. Никто не хотел развлекать короля и его гостей. — Один? — кажется, все перестали дышать. — Что ж… Тогда я выберу сам. — Шульфор принялся пристально вглядываться в лица магов. На «шишках» он не задерживался, они точно откажутся. На аристократов поменьше он смотрел дольше, но выбор пока не делал. А вот когда его взгляд поднялся на самый верх и столкнулся со мной… — Эверджин!