Любовь по рецепту (СИ) - Шаенская Анна - Страница 99

– Как это не ел? Ты что мявчишь такое, а?! – из коморки под лестницей выскочила комендантша. – А бочонком сметанки кто перекусывал полчаса назад?

– Не перекусывал, а так, усы испачкал, чтобы в голодный обморок не упасть, – Тхаржик вновь запрыгнул на стойку и, привстав на задние лапки, сиротливо мяукнул. Так протяжно и жалостливо, что захотелось отдать ему не только всю корзинку, но и сбегать в комнату за добавкой.

Кошачья магия в действии... Главное, чтобы этот пушистохвостый вымогатель не «смявчался» с гномами! Вот уж где убойный тандем получится.

– Один кусочек, – я всегда считала себя сильной личностью, но отказать коту было выше моих сил. – Ингвард, можно...

– Можно, – ответил, давясь смехом.

Едва приоткрылась крышечка корзинки, голова закружилась от чарующей смеси ароматов, а взгляд затерялся в обилии коробочек и баночек. Чего здесь только не было! Салаты, холодные закуски, канапе, булочки, блинчики, пирожочки...

Ингвард магией призвал пустое блюдо, и на стойку рядом с Тхаржиком перекочевал румяный пирожочек с мясом и кусок вяленой оленины. Ответом стало восторженное «мряу».

Пока зверёк рассыпался в благодарностях, Ингвард наглухо закрыл корзинку и, подхватив меня под руку потянул к выходу.

– Всего хорошего! – на бегу попрощалась с котом и хихикающей комендантшей. – Ой, а куда мы идём? Или это сюрприз?

Мы как раз вышмыгнули из штаба и свернули за угол, направляясь к закрытой лестнице. Куда она вела я не знала. Эта часть Клюва не считалась закрытой, но мы просто не успели всё осмотреть.

– Здесь неподалёку есть восхитительная смотровая площадка, – пояснил Ингвард. – отдохнём немного, перекусим...

Мимо нас прошёл дежурный Ловец. Даже если он и удивился, увидев начальство под руку с адепткой, то виду не подал. Впрочем, у Йохары сегодня официально был выходной, а меня ректор отдыхать отпустила. Так что мы ничего не нарушали, пикники уставом не запрещены.

– Ингвард, – вкрадчиво начала, едва мы добрались до магического подъёмника. – Раз уж мы гуляем, может расскажешь о планах ректора?

Мысли об очках и гномах не давали мне покоя, ужасно хотелось выпытать подробности!

– Ты правда хочешь поговорить о работе? – мой манёвр моментально пресекли, переводя разговор на другую тему. Это ещё больше подогрело интерес. Что же задумала Элисандра, если на дело гномов повесили гриф «секретно»?

– Не о работе, – усмехнулась, – она нас и сама найдёт. А вот Трорин...

– Лесли, – в голосе Ингварда проскользнули укоризненные нотки. На вопрос он так и не ответил. Дождался, пока я зайду в лифт, поставил корзинку в угол и нажал несколько кнопок на пульте управления.

– Ну, хоть намекни! – взмолилась, едва подъёмник тронулся. – Я же не прошу посвятить меня в дела государственной важности...

– Просишь, – вздохнул.

Даже так...

– А если сама угадаю? – сдаваться не собиралась. Женское любопытство страшная вещь, а когда твой мужчина знает ответ, но не хочет рассказывать... у‑у‑у‑у...

– Нет, – Ингвард в одно движение оказался рядом и, прежде чем я успела опомниться, прижал к себе, целуя в губы. Порывисто, страстно, заставляя забыть обо всём на свете.

Мне бы возмутиться подобному коварству, но почему‑то захотелось ещё раз спросить о гномах! Хорошая тема оказалась, душевная. Нужно почаще её обсуждать, глядишь и с истинной связью дела наладятся.

Не зря же Трорин обещал, что после отборов никто не покинет Тинтару одиноким?

Платформа неожиданно остановилась. Тихий писк подъёмника прозвучал как в тумане, мы даже не обратили на него внимания. Зачем куда‑то выходить, если здесь так хорошо?

Секунды, минуты, вечность... время словно остановилось. Растворилось в ласковых, бережных касаниях моего истинного, хриплом шёпоте и сбивчивых признаниях.

– Люблю тебя..., – слова скользят по коже тёплым весенним ветерком, разгоняя толпу сладких мурашек и заставляя зажмуриться от удовольствия. Ответить не успеваю... Несколько секунд, чтобы перевести дыхание, и наши губы снова сливаются в тягучем поцелуе. Долгом, жарком, и обжигающе нежном.

Лёгкие горят огнём, воздуха катастрофически не хватает, но сама мысль оторваться друг от друга кажется кощунственной...

Ещё одно тихое «люблю», и татуировка на запястье оживает, наполняясь древней магией. Её отголоски светящимися ручейками растекаются по запястью, а с кончиков пальцев срываются снопы магических искорок. Их сияние заполняет лифт, оплетая нас серебристым коконом и стирая остатки сомнений. Проклятия больше нет. Мы победили! Окончательно и бесповоротно!

Подъёмник снова пищит и гнусавый голос автоматона предлагает нам нажать кнопку для экстренного вызова дежурного артефактора:

– Мастер Фордин готов выехать к вам на помощь, но требуется детальнее описать проблему, – сообщил механизм, – нажмите один, если застряли между уровнями, два, если у вас заклинило двери...

– Полагаю, мы справимся и без мастера Фордина, – фыркнул Ингвард, нажимая «ноль» и выключая устройство, – но из лифта лучше выйти.

– Да‑а‑а..., – рассмеялась, представив как бы вытянулась лицо почтенного гнома, узнай он истинную причину нашего... эм... «заклинивания».

– Прошу, – Ингвард подхватил корзиночку с продуктами и открыл дверцу.

– Благодарю, – я выскользнула на смотровую площадку и, увидев открывающиеся виды, не сдержала восторженного писка.

Не представляю, когда мы успели подняться на такую высоту, отсюда штаб был виден как на ладони. А вместе с ним бескрайний океан и белоснежная коса, по которой аккуратными островками рассыпались склепы местной нечисти и древние храмы.

Отчего‑то вспомнилась наша первая ночь в штабе и прогулка за травами...

Подойдя к магическому биноклю и вбив нужные сведения, я нашла домик господина Варханги. Тот самый, на крышу которого упал Себастьян в обличие грифона. Теперь на месте крохотного особнячка возвышался роскошный трёхэтажный склеп, гномы мастерски справились с поставленной задачей и компенсацию вурдалак получил отменную.

Да и Сайвэлли усвоил урок, ректор говорила, что огневик теперь просто образец для подражания. Хватается за любые боевые поручения, лишь бы снова не попасть в строительное рабство к гномам.

Удивительно, но горный народ сбил спесь даже с красотки Марго. Хотя на целительницу могло повлиять и исчезновение подруги, мы до сих пор держали спасение Сандры втайне. Для неё в лазарете выделили отдельную охраняемую палату, а сама девушка принесла нерушимую магическую клятву, что не будет пытаться сбежать.

Доверия к ней не было, но жалость победила застарелую вражду. Я не желала целительнице плохого и искренне надеялась, что после суда она сможет начать всё сначала. По сути, отец обманом заставил её пособничать Айшагире, а когда вскрылась правда, магесса отказалась принимать участие в интригах. За что и оказалась в казематах.

Хорошо, что Хаука и гномов заперли в соседних камерах и они успели её спасти.

– Господин Варханга в восторге от нового дома, – Ингвард подошёл абсолютно бесшумно, как и полагается ягуару. На талию легли сильные руки, и я вновь оказалась прижата к крепкому мужскому телу. – Министр просил передать вам небольшой презент в благодарность, что тем вечером вы собирали травы именно возле его склепа.

– Да? – удивлённо переспросила. В ту ночь мне казалось, что вурдалак не переживёт потери. Он выглядел таким несчастным и больным...

– Во время строительства гномы учли все его диагнозы и добавили на первом этаже целительскую комнату с грязевыми ваннами, – пояснил Ингвард.

Ну... в гномах я никогда не сомневалась.

– Так что там за презент? – вдоволь налюбовавшись новым домом, я отодвинула экран «бинокля» в сторону и сосредоточилась на роскошном виде.

– Сундучок с редкими тинтарскими травами. Ректор запретила отдавать вам его до конца отработки...

– Можешь не продолжать, – вздохнула, вспомнив об условиях. Странно, что наставница простила нам жабу... Если следовать её логике, мы и Эмеральду должны были ловить по всем болотам, а не принять из рук Дарины. – Хотя, я не понимаю, чем подарок министра отличается от дара травницы, – добавила.