Любовь по рецепту (СИ) - Шаенская Анна - Страница 85

В синих глазах некроманта вспыхнуло искреннее недоумение.

– Гномы превратили отбор в шоу, транслировали его по миркалам на всю империю и едва не довели Хорхе до рукоприкладства, – пояснила Элисандра, – он всерьез собирался выселить горный народ на болота.

– Хорошо, что передумал, – немного подумав, ответил Ингвард, – зная Трорина, он бы и тхаргам нашёл, что продать!

Представив посреди трясины пёстрый гномий ларёк и Маэстро в бронированных кальсонах, защищающих от клыков рептилий, я едва не подавилась конфетой.

Дай гному волю, он организует экскурсии на болота, сделав из монстров местную достопримечательность.

– Я так понимаю, цвасхии от него не отбились? – сочувственно уточнила ректор.

Этот момент интересовал и меня. Перед тем, как лечь в лазарет, Ингвард собирался встретиться с Эльсанной и обсудить новые графики патрулирования подземелий.

Наставники уговорили жриц помочь с отловом оставшихся айшарирцев.

– Они всё‑таки договорились о сотрудничестве.

– Вот это да! – присвистнула ректор. – Ну... гномы!

Она взяла со столика новый флакон и накапала в каждый стакан по пять капель восстанавливающего зелья. К аромату кофе моментально примешался знакомый "лазаретный" запах.

– Пейте, – приказала, поставив бокалы на тумбочку.

Взяв свою порцию, залпом проглотила эликсир. На вкус он оказался вполне сносным, я готовилась к худшему.

– А теперь отдыхайте, – наставница магией убрала грязную посуду, и подхватив поднос с флаконами, направилась к выходу, – вернусь через полчаса. И только попробуйте...

– Мы помним, – с обезоруживающей улыбкой перебил Ингвард.

Мне очень хотелось добавить, что мы сейчас застрахованы от необдуманных поступков самочувствием. Но поразмыслив, решила не язвить.

Дверь закрылась с тихим щелчком, в палате повисла тишина, нарушаемая лишь цоканьем каблуков Элисандры.

Мы остались одни. Девочки и Маркус уже ушли, правда, последнего от усталости шатало как при качке.

– Ингвард, – позвала, и тут же запнулась. Я хотела задать несколько вопросов о паучке, но сомневалась, имею ли право любопытствовать на эту тему.

Мастер предупреждал, что кумо очень болезненно реагирует на вопросы о своём облике, и обсуждать это было невежливо.

– М‑м‑м‑м? – меня окинули выжидающим взглядом.

– Я... я... про Маркуса спросить хотела! – выпалила на одном дыхании. – Ему точно нельзя пом...

– Не знаю, – перебил меня Ингвард, – когда я нашёл их на болотах, думал, они с Лори уже не жильцы. Принёс в штаб и начал выхаживать...

Ох... Вот значит, как они попали сюда.

– Айшагиры часто выкидывают на нашу половину отработанный материал, – синие глаза потемнели от гнева, – думают, что так могут запугать нас. Но многие из стражей, приезжавших в Тинтару на заработки, решили остаться и бороться с Тёмными именно после таких случаев.

Слова Ингварда отозвались в груди глухой болью. Я понимала, о чём он. Сложно ненавидеть зло, пока не столкнёшься с ним лично.

– Мы едва вытянули Лори и Маркуса, – продолжил, – кажется, весь штаб принимал участие в их лечении. Бегали на болота за травами, делились магией, развлекали беседой, когда они приходили в себя...

Он на миг замолчал, погрузившись в воспоминания. А я беззвучно поблагодарила Триединую, что Лори с Маркусом попали именно к Ловцам!

Невероятное везение, встретить на болотах патруль. Впрочем, адепток‑беглянок тоже спас счастливый случай и помощь Великой Матери.

Если бы мы в тот день не отправились сканировать купол и подземелья...

– Лори и Маркус были детьми, когда я принёс их в штаб, – продолжил, – в таком возрасте восстановить вторую ипостась проще всего, но...

Он снова замолчал. Похоже, они всё испробовали...

– Шансы всегда есть, – неожиданно добавил Ингвард, – возможно, когда‑нибудь мы найдём способ вылечить Маркуса?

– Возможно, – улыбнулась, пытаясь представить как паучок будет выглядеть в человеческом обличье.

Разговор ушёл далеко от романтики. Не так я представляла свидание после снятия проклятия, но с каждой секундой в душе сильнее разгорались щемящая нежность и восхищение этим мужчиной. Его силой духа, благородством и добротой.

И печать пары напитывалась этими чувствами, наконец, обретая силу.

Мы через многое прошли, и многое ещё предстояло преодолеть. Но сердце переполняла уверенность – дальше будет проще, ведь теперь мы вместе!

***

        Дорогие читатели, прикрепляю визуал пушистика Маркуса))

        PS          : он есть на обложке в уменьшенном виде)))

ГЛАВА 48 Гномы идут в наступление

                   На следующий день, штаб (Лесли)          

Отдохнуть после лечения не удалось. Следующее утро началось с паникующей нечисти, прорывающейся на аудиенцию к Хорхе. Вначале мы очень удивились, но причина массовой истерии оказалась нам до боли знакомой, и носила модные рейтузы из светящегося малинового шёлка.

Пока я лежала в лазарете, а наставники разрабатывали план борьбы с айшагирцами, Маэстро Трорин чах над сметами и размышлял о способах компенсации финансовых убытков, нанесенных дядюшкой Хуаном.

Гном был настолько шокирован потерей тридцати процентов выручки, что к утру его зловредный ум выдал новую и во всех смыслах сногсшибательную идею – организовать мега шоу «Отбор за гранью, или Любовь после жизни».

Ошалели все. Особенно нечисть, которая до сегодняшнего утра беззлобно посмеивалась над нами и Ловцами, вынужденными следить за «Секретным отбором». Местные немёртвые считали, что надёжно застрахованы от гномьих выходок.

Наивные глупцы... От Маэстро Трорина ещё никто не уходил!

– Я слишком стар для подобных потрясений! – с отчаянием воскликнул король личей.

Арман Вальгорра примчал в штаб полчаса назад и стрелой влетел в кабинет командора, выдворив оттуда менее титулованных жалобщиков. Дракон не раз пытался убедить его, что обязательно найдёт управу на гномью банду, но выставить лича не получалось.

Правитель был шокирован, возмущён и потрясён до глубины души. Он клюкой цеплялся за дверь, и едва Хорхе выталкивал его из кабинета, просачивался обратно с новой порцией жалоб.

– У меня мигрень, давление, артрит и радикулит! – скороговоркой выпалил лич. – Вы знаете каково это, полжизни провести с радикулитом и воскреснуть с ним же?!

– Даже боюсь представить, – с чувством прошипел Хорхе, подхватывая немёртвого под локоть и волоча к выходу. – Не переживайте, мы обязательно защитим вас...

– Как?! – взвыл лич. – Этот сумасшедший гном заявил, что смерть не оправдание и не повод отлынивать от отбора! И... и..., – несчастный запнулся, пытаясь выровнять сбившееся дыхание, – знаете, что самое страшное?

– Что? – настороженно уточнил командир.

– Трорина даже пришибить по‑тихому не получится! – с отчаянием простонал Арман. – Он же воскреснет и навсегда останется в Тинтаре!

В кабинете повисла звенящая тишина. Хорхе проникся, осознал весь масштаб катастрофы и заметно помрачнел. А я едва сдержала смех, записывая в журнал жалобы августейшей нечисти.

Нас позвали сюда на рассвете в качестве секретарей и поручили регистрировать жалобы немёртвых. За несколько часов мы приняли больше сотни несчастных, и до появления Армана процесс шёл достаточно быстро. Местные брали талончик у Тхаржика, получали образец и заходили к нам уже с готовыми документами.

Им оставалось только расписаться в журнале и подтвердить подачу жалобы на гномов.

Но король личей посчитал, что очередь – не царское дело и нам пришлось записывать его претензии. А их было море...

– Я слишком стар для подобного! – с чувством повторил Вальгорра. – Если не найдёте способ приструнить гномов, личам придётся искать нового Владыку!

Судя по тому, с каким энтузиазмом Арман рвал на куски орков, напавших на нас перед Советом Двадцати Кланов, он мог пережить всех обитателей Тинтары вместе взятых. Но по известной только ему причине, король обожал жаловаться на болячки, доводя окружающих до нервного тика.